Свадьба на выбор, или Женихи в ассортименте - Маша Царева

Обида мигом улетучилась. На таких, как Максим Андрейчик, обижаться долго невозможно.

Он молчал. Ярослава поняла, что он по-джентльменски предоставил ей возможность самой начать раскручивать взаимно неудобную ситуацию.

– Если честно, я удивилась, когда ты позвонил.

– Я сам удивился, – подхватил он. – Когда Галочка сказала мне, что разговаривала с тобой, во мне вдруг что-то щелкнуло. Я посмотрел на нее и подумал: а что я делаю рядом с этой чужой женщиной?

– А ведь она собиралась за тебя замуж, – поддела его Яся, – и всерьез верила, что она – девушка твоей мечты.

– Да мы знакомы всего пару недель, – виновато хмыкнул Максим, – как-то странно все получилось. Я смеха ради сказал: «А давай поженимся!» А эта дура взяла и согласилась. Притащила на свидание свою ненормальную мамашу. Представляешь, мы втроем ходили в кино. И мамаша обсуждала со мной исключительно свадебные формальности. Отказываться было как-то неудобно…

Ярослава прыснула переливчатым смешком, представив, как Андрейчик сидит в кинотеатре, с обеих сторон безнадежно зажатый агрессивными дамами, всерьез настроенными затащить его в лоно своей семьи.

– Ну я и подумал, что тут легче дать, чем объяснить, что это ни к чему. В конце концов, существует развод. Но чем дальше продвигалась подготовка к свадьбе, тем больше я чувствовал, что попал в капкан.

Ярослава смеялась уже в открытую.

– И вот позавчера не выдержала душа поэта. Я извинился и сказал, что пока не готов к такой ответственности.

– И как она отреагировала? – заинтересовалась Яся. Интересно, а что сделала бы она сама, если бы мужчина сначала решил на ней жениться, а потом заявил, что погорячился и еще не готов? Скорее всего треснула бы его по голове первым подвернувшимся тяжелым предметом и прозвездила бы по этому поводу в телепередаче «Дорожный патруль».

– Представляешь, эта дура меня чуть не убила! – возмущенно воскликнул Максим. – Схватила со стола бронзовый бюст Карла Маркса и метнула им в меня. В голову метила, сука.

– Да, по некоторым людям плачет психиатрическая лечебница, – философски заметила Яся, а сама подумала, что все женщины, в сущности, одинаковы в проявлении сильных эмоций. – Постой, а что делает в твоей квартире бюст Карла Маркса?

– Бабушкин, – засопел Андрейчик, – она запрещает выбрасывать, говорит, что он дорог ей, как память… Яська, я звонил тебе не только для того, чтобы рассказать эту печальную историю.

– Вот как? А зачем еще?

– Мне встретиться с тобой надо.

– Что ж… Я тоже с удовольствием повидалась бы с тобой. Может быть, завтра пообедаем вместе? Я знаю отличный индийский ресторанчик в центре, там подают…

– Во-первых, я не люблю индийскую кухню, – перебил он, – потому что однажды, когда мы сплавлялись в Индии на плотах, я в такую историю влип! В одной забегаловке нам подали салатик, вкусный такой, мелко порубленный. Мы ели и восхищались. И тогда хозяин ресторана вышел к нам и, поклонившись, объяснил, что это фирменное блюдо. Этот салатик пережеван самыми красивыми женщинами деревни! Представляешь! Мы все, не сговариваясь, сорвались с места и побежали в туалет… Яська, а во-вторых… Дело срочное, я хотел бы встретиться с тобой прямо сейчас.

– Обалдел? Два часа ночи!

– Ну и что? Пойми, я до утра просто не вытерплю. Давай встретимся где-нибудь недалеко от твоего дома, а? Если хочешь, я вообще к тебе приехать могу.

– Это что, тактический ход для того, чтобы остаться у меня ночевать? – возмутилась Ярослава.

– Не угадала, это дело жизни и смерти. Так что вызывай такси. Буду ждать тебя в пиццерии «Джанго» через час. Успеешь?

– Да, – пробормотала она, – похоже, отвертеться мне не удастся.