Возлюбленные Джанин - Дениз Робинс

Питер посмотрел Клэр прямо в глаза:

— Почему ты мне это рассказала?

Она отвела взгляд:

— Чтобы предупредить тебя.

— Нет… тут что-то другое, моя дорогая Клэр.

— Если и так… это мое личное дело.

— Спасибо, — горько усмехнулся Питер.

Он вышел из комнаты и закрыл за собой дверь, Клэр курила и пристально смотрела ему вслед. От ярости у нее выступили слезы на глазах.

— А теперь, — пробормотала она сквозь зубы, — теперь, мой дорогой Никко… может быть, я все-таки подложила тебе свинью… и тебе заодно, моя дорогая Джанин…

Питер вернулся в свою гостиную. Его трясло… трясло от волнения. То, что сказала Клэр, кого угодно заставило бы поволноваться. Он любил Джанин и доверял ей. Узнать, что она его обманывала… давала деньги мужчине, которого, как она призналась, когда-то любила… у него за спиной… Это было невыносимо. Это оскорбляло его, ее мужа.

Джанин как раз собиралась спуститься в гостиную. Она чувствовала себя не очень счастливой. Ей было не по себе оттого, что Клэр Уиллингтон секретничала с Питером за ее спиной.

Она посмотрела на мужа и робко улыбнулась. Его сердце будто упало от одного ее вида. Питеру показалось, что в улыбке Джанин отразилось чувство вины… как и в бездонных зеленых глазах, прикрытых густыми ресницами. О, какая прекрасная, какая желанная его юная жена! И она действительно солгала ему… предала его.

— В чем дело, милый? — спросила Джанин. Но по его пристальному взгляду она поняла — приближается гроза.

— Входи… я хочу поговорить с тобой, Джанин, — спокойно сказал он.

Девушка следом за супругом вошла в комнату. Он закрыл дверь и оказался с ней лицом к лицу. Питер грозно сложил руки на груди, его красивое лицо стало суровым и подозрительным. У Джанин сердце разрывалось от его зловещего вида.

— Джанин, — странно тихим голосом начал он, — не могла бы ты вернуть мне деньги, что я дал тебе перед тем, как мы переодевались к обеду? Мне… мне срочно нужны наличные.

Ее сердце на миг перестало биться. Внимательно наблюдая за ней, Питер увидел, как в ее взгляде появилось выражение крайнего ужаса. У него не осталось ни тени сомнения в виновности супруги. Но он спокойно стоял и ждал ответа.

— Я… ну да, конечно, — заикаясь, ответила она. — С-сколько?

— Все, — сказал он тем же странным, холодным голосом. — Всю сотню…

Она учащенно задышала. Ее лицо покраснело, побледнело и снова покраснело.

— Я… Питер… мне так жаль… я… я истратила пятьдесят фунтов.

— Вот как? На что, Джанин?

— Я… на… я… — сбивчиво заговорила она и замолчала. Ее сердце билось так, что причиняло ей боль… колотилось… колотилось…

Затем она услышала ледяной голос мужа. Голос, совершенно ей незнакомый:

— Может, тебе лучше рассказать правду?

— Очень хорошо, — с показным равнодушием ответила Джанин. — Я вижу… ты знаешь. Я… дала Никко пятьдесят фунтов.

— Почему?

— Ему… нужны были деньги.

— А с какой стати моя жена должна давать ему деньги?

— Питер, Питер, не говори так со мной! — вскричала она.

— Я тебя спрашиваю: с какой стати моя жена должна давать Никко деньги? — Питера сводили с ума ревность и разочарование. Его переполняла горечь — ведь он так доверял ей! — Когда ты выходила за меня замуж, Джанин, ты поклялась выбросить из своей жизни этого даго. Ты мне торжественно поклялась в этом. И почти сразу после нашей свадьбы ты, скрываясь от меня, встречаешься с ним и отдаешь ему деньги… деньги, которые ты просила у меня для… для себя.

«О господи, кто же рассказал ему… как об этом узнала миссис Уиллингтон?» — беспомощно спрашивала себя Джанин.

— Отвечай, Джанин, — гневно повысил голос Питер. — С какой стати ты должна давать Никко деньги?

Она схватилась за голову:

— Ему… нужны были деньги… я…

— Можешь больше не лгать, — перебил Питер. Он вышел из себя и весь дрожал от ярости. — Есть только одна причина. У вас до сих пор роман!

Джанин уставилась на него в недоумении. Затем сказала прерывистым голосом:

— Питер, ты несправедлив ко мне. Бог свидетель, ты несправедлив ко мне. Я не люблю Никко. Я никого не люблю, кроме тебя.

— Извини. Я тебе не верю. Но прежде всего я собираюсь заставить этого пса, Никко, рассказать мне правду…

Джанин пришла в ужас, увидев выражение его горящих глаз. Она попыталась остановить мужа, когда он решительно шагнул к выходу:

— Питер… не надо… о Питер!

Он отмахнулся от нее и вышел из комнаты.

Джанин, спотыкаясь, дошла до кресла, упала в него и закрыла лицо руками. Ее охватило отчаяние. Рухнули все ее менты, все надежды на любовь и счастье с Питером. Будущее не сулило ничего хорошего.

Питер и Никко встретились лицом к лицу в ярко освещенной гостиной «Этуаль». Вокруг было полно людей, и Питеру пришлось немного обуздать свой гнев. Он остановил танцовщика, который собирался крадучись проскользнуть мимо него, увидев бледное решительное лицо Питера.

— Одну минуту. Я должен с вами поговорить.

— Черт, — прошептал Никко. Его всегда… хотя он не признался бы в этом… втайне терзал страх, что узнают о его преступлении и что Питеру однажды станет известно о том, что он убил Деррика Уиллингтона. Тогда старший Уиллингтон постарается, чтобы Никко получил по заслугам. Чувство вины никогда не покидало трусливое сердце Никко. Но он попытался беспечно улыбнуться. — Все, что в моих силах…

— Да. Вы можете объяснить смысл тайной встречи пару часов назад рядом с этим отелем с моей женой и причину, по которой она отдала вам наличными пятьдесят фунтов? Я хочу услышать объяснение.

Питер говорил тихо. Так тихо, что любой в этой полной людей гостиной, где веселые компании собрались выпить коктейли, скорее всего, подумал бы, что он беседует с этим знаменитым и красивым танцовщиком о погоде. Но Никко почувствовал, что за мягким, словно убаюкивающим голосом таилось лезвие ножа.

«Боже, кто рассказал Уиллингтону, — в панике думал он. — Не могла же Джанин сдуру все выболтать…»

Словно в ответ на его раздумья, Питер сказал:

— Я узнал это… не от моей жены… хотя она не стала отрицать. Ответьте мне, пожалуйста. Какое объяснение вы можете предложить?

Никко теребил свой белый галстук. Его изворотливый мозг лихорадочно работал. Кто-то — он не знал кто — подсматривал за ними. Но Джанин не стала ничего объяснять. Очень хорошо. Он объяснит сам. Он не расскажет Уиллингтону правду. Иначе больше никогда не сможет шантажировать Джанин. А ему необходимы деньги. Он не должен позволить Джанин освободиться от него. Губы Никко изогнулись в печальной улыбке.