Заботливый опекун - Донна Клейтон

Однако тишина в гостиной опять настигла и неприятно поразила ее. Совершенно одна в огромной квартире Блэйка Кейси чувствовала себя несправедливо забытой и заброшенной. Надо было взять себя в руки, а еще лучше — оказаться бы сейчас в объятиях мужа. Она посмотрела на часы, подумала о том, как много еще времени пройдет, прежде чем Блэйк вернется домой, и мрачные мысли вновь овладели ею.

— С днем рождения, Кейси, — обреченно прошептала она в пустоту.

К трем часам дня Кейси не на шутку встревожилась. Она все утро прождала телефонного звонка, занимая себя, чем только могла: застелила кровать, сложила одежду, разбросанную где попало, прибрала на кухне. Но, кроме спальни, убирать было негде — приходящая домработница поддерживала квартиру в идеальном состоянии.

Кейси сидела на диване, бездумно листая какой-то журнал по архитектуре, когда хлопнула входная дверь, и Блэйк вошел в комнату. В руках у него была охапка красных роз.

— Привет, — сказала она, отбросив журнал, вскочила и бросилась к нему, не скрывая восхищения и радости. — О, как мило, что ты вспомнил про мой день рождения! — Но его напряженное лицо, охладило ее пыл, и она замедлила шаги.

— Твой день рождения, — растерянно повторил он, и Кейси поняла — Блэйк забыл об этом событии.

— Но… — начала она робко, в полном изумлении, — эти розы, разве они не для меня?

— Ах… ну конечно, это тебе. — Он рассеянно протянул букет, как будто только что заметил, что держит его в руках. Кейси одарила его широкой улыбкой, бросилась к нему, чтобы поцеловать в знак благодарности, и была разочарована тем, как он увернулся и ее поцелуй пришелся ему точно в подбородок.

Ощущение неловкости и отчуждения между ними стремительно нарастало.

— Спасибо, — сдержанно прошептала она и уткнулась носом в красные бутоны. Их приятный тонкий запах совершенно не соответствовал смятению, царившему в ее голове. Что произошло с Блэйком? Почему он принес эти цветы и отверг ее поцелуй? Странно. И это напряжение в его взгляде, в сжатых губах…

— Эти цветы — знак моего извинения. — Слова прозвучали, как предвестник бури, его голос был пугающе бесстрастным, и Кейси нахмурилась.

— За что это? — Вопреки нехорошему предчувствию она старалась говорить весело. — Тебе не за что извиняться. — В страхе, что он сейчас начнет объяснять, она повернулась и двинулась в кухню. — Пойду, поставлю их в воду.

Она начала открывать по очереди ящики кухонной стойки, делая вид, что ищет вазу, и чувствуя спиной, что Блэйк стоит в дверях и молча наблюдает за ней.

— Нет, есть за что. — Похоже, отступать он не собирался. — Я обязан принести тебе огромные извинения.

Кейси наполнила стеклянную вазу водой и начала сосредоточенно подрезать длинные стебли, собирая их в букет. Она не ответила. Инстинкт подсказывал, что, о чем бы ни шла речь, ей лучше молчать.

— Я желаю извиниться за прошлую ночь, — начал он.

Она резко повернулась к нему.

— Только, пожалуйста, не говори, что ты сожалеешь о прошедшей ночи! — Мольба и отчаяние в собственном голосе неприятно поразили ее. — Я не жалею о ней и не хочу, чтобы жалел ты!

— Кейси!..

— Прошлая ночь была прекрасной. — Она не могла остановиться. — Нам было замечательно вместе!

— Но ведь мы договорились, что нужно подождать, — напомнил он. — Я сам решил, что нам не следует заниматься… не следует вступать в близость, пока… пока мы не будем к этому готовы.

— Значит, мы были готовы! — Ее пальцы сжали край барной стойки. — Это было восхитительно! — упрямо повторила она и совсем тихо добавила: — И, пожалуйста, не говори, что это не так.

Блэйк не ответил, только стоял, глубоко засунув руки в карманы брюк.

— Я воспользовался твоей неопытностью, — наконец проговорил он, — и не могу простить себе этого.

— Нет, не ты, — запротестовала она, — я сама хотела заняться с тобой любовью!

Он слегка вздрогнул от этих слов.

— Ты здесь совершенно ни при чем, я один во всем виноват. Единственное, что я могу сказать, это то, что я сожалею. И что этого больше не повторится.

Она подошла к нему, обвила руки вокруг шеи.

— А я хочу, чтобы это повторилось, чтобы это происходило снова и снова. — Она улыбнулась доверчиво и радостно, хотя от обиды и волнения у нее дрожали губы.

Он снял ее руки и отступил на шаг.

— Я все сказал. — Блэйк был непоколебим. — С сексом нужно подождать. Условие остается в силе, и я намерен сдержать свое обещание.

— А я тебе говорю, — в отчаянии она забыла всякую осторожность, — что ждать нет никакой необходимости. Я счастлива, что мы были вместе сегодня ночью, и вовсе не чувствую себя обманутой. Напротив, заняться с тобой любовью всегда было моим желанием.

Мертвая тишина воцарилась в комнате. До Блэйка наконец дошел смысл сказанного, словно он получил по голове бейсбольной битой. Секунду он стоял оглушенный, а потом кровь бросилась ему в лицо, глаза злобно сверкнули.

— Бог мой, Кейси, — в ярости прошипел он, — значит, это не я использовал тебя. Это ты воспользовалась мной.