Жаркие ночи в "девяти дубах" - Эми Фетцер

– А наши голубчики-то не дремлют, – проговорил он и улыбнулся, качая головой. – Там у них какое-то движение. Держу пари, через несколько минут они переберутся поближе к нам.

Какая женщина устоит перед такой улыбкой? – подумала Феба.

Вдруг они услышали чьи-то шаги и какой-то треск. В нескольких метрах от них садовник обрезал кусты. Увидев молодых людей, он спросил:

– Мистер Блэкмон, вы в порядке?

– Да, э-э...

– Марк, – шепотом подсказала Феба.

– Да, Марк, все нормально, спасибо.

Садовник с сомнением кивнул и вернулся к работе.

Кейн удивленно посмотрел на Фебу.

– Ты знаешь его имя?

– Да, я внимательна в отличие от некоторых.

Небо резко потемнело, откуда ни возьмись появилась огромная туча. И через секунду Феба почувствовала, как первые холодные капли дождя упали на ее и без того мокрые плечи.

– О нет, лоскутное одеяло твоей бабушки! – простонала она, всплеснув руками.

– Мы уже не раз оставляли его под дождем, не волнуйся, – успокоил ее Кейн. – Да к тому же оно под навесом. – Он снова посмотрел за угол.

– Как думаешь, мы оторвались от них? – спросила она.

– Даже не рассчитывай на это. У меня такое ощущение, что у них есть свой человек в моем доме, уж больно точно они знали время и место нашего пикника. Ладно, нам с тобой вовсе не обязательно мокнуть поддождем из-за каких-то пронырливых репортеришек.

Девушка кивнула, и они пошли по направлению к главному входу.

– Феба, извини. Ты задумала великолепный пикник, а они все испортили. Мне жаль, что так получилась.

– Ничего, я привыкла.

– Вообще, насколько я слышал, журналисты не очень-то жалуют тебя.

– Не жалуют? Да они просто уничтожили мою репутацию, – помрачнела она.

– Зато в этой истории есть свои плюсы, – усмехнулся Кейн. – Думаю, твои работы будут пользоваться еще большей популярностью, когда Криг окончательно загремит за решетку.

– Очень в этом сомневаюсь. С помощью денег и власти можно сделать все что хочешь.

В ее словах, да и в тоне, которым они были сказаны, Кейну послышался явный намек, но он предпочел игнорировать его.

– Например?

– Например, выставить меня полной дурой, а себя – пострадавшим. Криг уже не раз прибегал к этой уловке.

– Но это ложь! – возмутился Кейн.

– А кого это волнует? – пожала плечами Феба. – Приговор выносят присяжные, которые вполне могут решить, что я просто карьеристка, пытающаяся привлечь внимание прессы к своей персоне с помощью обвинения добропорядочного человека невесть в каких грехах.

– А что говорит твой адвокат?

– Он считает, что Криг, скорее всего, скоро выйдет на свободу.

Неудивительно, что она напугана.

– В таком случае тебе нужен новый адвокат, – решительно произнес Кейн.

– Я едва могу оплатить услуги этого, так что ж говорить о новом!

– Что-нибудь придумаем.

Она остановилась, скрестив руки на груди. По лицу текли крупные капли дождя.

– Кейн, послушай, я не хочу, чтобы ты вмешивался в это.

– Почему?

– Хватит того, что я прячусь тут, в «Девяти дубах», как какая-нибудь преступница. Пусть хотя бы твое имя не будет мелькать во всяких грязных статейках.

Кейн серьезно посмотрел на нее.

– Ты хочешь, чтобы он заплатил за все, что сделал? – потребовал он ответа.

– Конечно.

– Тогда не отказывайся от моей помощи. От лесного пожара бесполезно прятаться в кусты – все равно он тебя догонит. С ним борются только встречным огнем. Поняла? Доверься мне. – Увидев, что она уже открыла рот, чтобы запротестовать, он обнял ее и нежно поцеловал в лоб. – Прошу, позволь мне быть рядом. Поверь, я смогу быть полезным тебе. У меня есть определенные связи.

И Феба сдалась. Они стояли, обнявшись, под проливным дождем. Страх, одиночество, боль – все это ушло, растворилось в освежающих потоках, хлынувших с неба.

На всей земле остались лишь он и она.

Через несколько минут к ним вышел Бенсон с зонтиком.

– Прошу прощения, сэр, вы не заметили, уже давно идет дождь?

Кейн и Феба одновременно посмотрели на него, потом друг на друга и дружно рассмеялись.

– Неужели? – спросил Кейн, отказываясь от зонта.

Дождь усилился, раздался раскат грома, и они бросились к дому.

Забежав внутрь, Кейн отряхнул волосы и оглянулся на Фебу. Мокрый топик, прилипший к телу, обрисовывая потрясающую грудь. Пожалуй, на нее хоть мешок из-под муки натяни, она все равно будет чертовски сексуальна.

Появившийся слуга протянул им полотенца. Перекинув свое через плечо, Кейн вытер длинные волосы Фебы и завернул ее в мягкий плед.

– Ты можешь простудиться, – заволновался он.

Феба улыбнулась, согретая его заботой.

– У меня хороший иммунитет.

– Иди и скорее переоденься, пока Бенсон не напустил на тебя всех медсестер этого района.

Стоявший рядом Бенсон сделал вид, что последняя фраза совершенно его не касается.

Феба кивнула и направилась к лестнице, потом вдруг остановилась и обернулась.

– Кейн!

– Да, – отозвался он, выглядывая из-под полотенца, которым вытирал волосы.

– Иногда ты меня удивляешь.

– Зато ты удивляешь меня постоянно, – с улыбкой подмигнул он.

Она пошла наверх, оставляя мокрые следы на полу.

Кейн, по-прежнему улыбаясь, начал рассказывать Бенсону, как им пришлось прервать пикник. Но дворецкий почему-то озадаченно уставился на него.

– Что? Что не так?

– Сэр, уже много лет я не видел, чтобы вы улыбались.

– Что ж, лови момент, – сказал Кейн, помрачнев.

Он посмотрел на ступеньки лестницы, где медленно высыхали трогательно маленькие следы от босых ног Фебы.

Ему вдруг стало невыносимо грустно. Потому что, как только Феба узнает правду о том, как погибла его жена, она уйдет. Думать об этом моменте он не мог, поскольку вместе с ней снова исчезнет жизнь из этого дома, из него.

Спустя час Кейн был уже в кабинете. Он уже успел принять горячий душ и переодеться. Теперь настало время заняться неотложными делами.

Сначала Кейн позвонил ее адвокату. Задав ему несколько конкретных вопросов и выслушав ответы, он с недовольным видом повесил трубку. Это оказался неопытный юнец по сравнению с армией матерых юристов Крига. Поэтому Кейн договорился о встрече со своим личным адвокатом, который считался лучшим в штате.