Сломленная истинная - Ивина Кашмир

Открывать дверь не стала, перевернулась на другой бок и закрыла глаза.

Ровно в семь Тина принесла завтрак, её я впустила без промедления.

— Едва утро началось, а в замке уже переполох, — вздыхает она, наблюдая, как я жадно уплетаю кашу. — Час назад пожаловали лакеи из императорского дворца и принялись наводить свои порядки. Похоже, день будет длинным.

— Ага, — киваю, лишь бы поддержать разговор.

— Маги смерти — страшные существа, — продолжает со вздохом Тина. — Поэтому, собственно, император и попросил горячо любимую сестрицу провести бал в родовом замке Агнард. А что? Удобно! Замок на границе, и, если что-то пойдёт не так, чёрных магов легче выкорчевать отсюда, чем из столичного дворца.

Чёрные маги…

Брок с Дарлой не раз упоминали, что моя мать принадлежала к их рядам, но так и не объяснили, за что её так люто ненавидели. Мир давно разделён на светлых и тёмных магов, и война между ними идёт веками — это знает любой ребёнок. А вот причины этой ненависти для меня по-прежнему оставались тайной.

— Войны всем надоели, — добавила Тина, поджав губы. — Империя хочет заключить союз с магами смерти. Поэтому сегодня из кожи вон будут лезть, чтобы им понравиться, — она уставила задумчивый взгляд в сторону окна. — По слухам, сегодня прибудет наследник чёрных драконов. Говорят, жгучий красавец. Но что толку от этой красоты, если он злодей? Да?

— М-м-м, — мычу, продолжая набивать рот кашей.

Род чёрных драконов возглавляет магов смерти. В отличие от обычных драконов, они владеют чёрной магией и могут оборачиваться хоть по пять раз на дню. Тогда как драконы моей родины едва справлялись с превращением раз в две-три недели и, конечно, они все поголовно светлые маги.

— Не торопись ты так, а то подавишься, — Тина морщится, подперев рукой голову.

— Нормально, — отнекиваюсь, продолжая есть. — Сегодня мне потребуются силы.

— Говоришь загадками, — она прищурилась. — Но, чтобы ты не придумала, надеюсь, у тебя всё получится.

— Спасибо, Тина, я…

Договорить мне не позволили. Раздался громкий стук в дверь, и я от неожиданности выронила ложку.

— Майя, это я. Открывай.

Артиан.

Тина нахмурилась, резко встала и побежала к портьерам.

Я же убрала тарелку и засеменила к двери.

Ночью я едва его выпроводила. Артиан не хотел уходить. Ползал на коленях, говорит какие-то бессвязные слова, клялся в любви, и в целом изображал горячо влюблённого мужчину. Ему на подсознательном уровне было стыдно передо мной, вот и явился, чтобы хоть как-то унять муки совести.

Изменять истинной направо и налево одно, а когда девицы ещё и оказываются от тебя беременными, это уже совсем другая история.

Артиан выглядел хмурым и помятым, словно всю ночь не спал. Даже идеально сидящий на нём золотисто-белый камзол мерк на фоне его угрюмости.

— Любимая, идём на завтрак.

В его голосе ни тени улыбки.

— Я не голодна, — спокойно отвечаю. — Можно я побуду у себя в комнате?

Он впивается в меня подозрительным взглядом, и я мысленно готовлюсь бороться до последнего, но… Артиан вдруг с шумом выдыхает, трёт лицо рукой и говорит:

— Хорошо. Зайду за тобой в семь, любимая. Сегодня бал, если ты не забыла.

Он тянется к моей руки, сжимает запястье горячим пальцами и, неотрывно пялясь в глаза, дотягивается губами до тыльной стороны ладони.

— Если тебе что-то понадобится, дай знать.

Напоследок сверкнув синими глазами, разворачивается и уходит.

Вроде разговор не был напряжённым, но появилась испарина на лбу.

С каждым днём притворяться покорной истинной изменщика-дракона становится всё сложнее…

— Ф-у-ух, — выдыхает Тина, выскользнув из-за портьеры. — Я думала, что и этого придётся чем-то огреть. Как ты его терпишь? Я бы уже давно расцарапала ему морду и ушла в закат!

— Терплю из последних сил, — тихо призналась я, опуская голову.

Моя любовь к истинному никуда не делась, но она начала пожирать изнутри, принося невыносимые боли. И пусть лучше сердце окаменеет, чем постоянно будет кровить.

Когда за Тиной закрылась дверь, я рухнула на кровать и уставилась в потолок.

Побег близко. Острый нож готов. Я всю ночь смывала с него кровь Брока. Сбережения пришиты к подолу платья, в котором выйду к гостям. Мне остаётся только затеряться в шуме бала, проскользнуть в сад и вырезать метку. А дальше — свобода.

Скоро наши пути с Артианом навсегда разойдутся. Моё сердце зачерствеет, и червивая любовь к истинному перестанет рвать меня на части.

* * *

Артиан постучал в мою дверь ровно в шесть тридцать, и выглядел так, словно сошёл со страниц женского романа. С идеально зачёсанными назад волосами, в тёмном камзоле с белыми вставками и чарующей улыбкой, которая быстро погасла, стоило ему увидеть мой наряд.

Я надела тёмно-синее платье, которое хоть и не подходило для бала, но зато подходило мне по размеру.

— Майя, ты… — Артиан осёкся, скользя по мне мрачным взглядом, — уверена, что хочешь надеть именно это платье?

— Да, Артиан, — раздражённо выдыхаю. — Все остальные платья мне велики.

— Мама говорила, что велела пошить для тебя новый гардероб, — цедит сквозь зубы. — Почему он ещё не готов?

— Я не знаю.

Он тяжело вздыхает, переплетает наши пальцы и тянет на выход.

Спускаемся по лестнице, Артиан заводит ничего не значащую глупую беседу, я киваю, почти не слушая.

Постепенно до ушей доносятся звуки музыки, перемежающиеся с гулом голосов.

Мы входим в зал, и я начинаю озираться. Потолки высокие, своды расписаны золотыми узорами, под хрустальными люстрами всё сияет. Между колоннами, обтянутыми пурпурным бархатом, установлены зеркала, отражающие вихрь танцующих пар.

Людей столько, что кажется, воздух плотный от их дыхания и разговоров. Сегодня здесь собрался весь высший свет империи. Но главных гостей ещё нет в зале.

Мы шли с Артианом по залу, и на нас таращились все, кому не лень.

На него с восхищением. На меня с недоумением и брезгливостью. В глазах окружающих читался вопрос — как такая, как я, могла стать истинной блистательного Артиана из рода Агнард?

Посадив меня на бархатный диван, Артиан поцеловал руку и пообещал принести напиток.