Счастье от-кутюр - Нина Харрингтон

— Поэтому ты не хочешь указывать на плакатах с рекламой дефиле имя Фьорини? Ты боишься, что критики примутся сравнивать твои работы с одеждой их дома моды? Но ведь в конце концов обо всем станет известно, ты же знаешь.

Мими сдвинула брови и пристально посмотрела Хэлу в лицо, взглядом пытаясь внушить ему, насколько важно для нее сохранение тайны.

— Вероятно, ты прав, — ответила она низким хрипловатым голосом. — Я просто хочу использовать свой шанс и продемонстрировать, на что я способна. Вот и все. Только один шанс.

Внезапно Хэлу захотелось подхватить Мими на руки и утешить, убеждая в том, что такой, как она, больше нет на свете. Он испугался своих желаний.

Секунды молчания растянулись до минут. Мими старалась прочитать ответ на его лице.

— Если ты предпочтешь рассказать мне о коллекции в общих чертах, — неторопливо начал Хэл, — или показать свои эскизы, я согласен. Я подожду завтрашнего дня, когда модели наденут платья для фотосессии, если тебе так удобнее.

Мими медленно подняла голову и посмотрела ему в глаза с таким чувством, что Хэл затаил дыхание. В ее взгляде читалась неуверенность, страх, глубокое одиночество и тоска.

— На создание этой коллекции у меня ушло десять лет, — сдавленно прошептала она. — А теперь я должна показать ее миру. Я понимаю, что веду себя как жалкое, неуверенное в себе существо. А вдруг коллекция окажется плохой, Хэл? Вдруг меня сочтут бездарностью?

Кончиком пальца Хэл приподнял подбородок Мими и улыбнулся, глядя в ее испуганные глаза:

— Мы все боимся рисковать тем, что нам дорого, Мими. Именно это и делает нас людьми. Мы рискуем каждый раз, когда делаем шаг вперед и показываем свое истинное лицо миру, зная, что можем быть отвергнутыми или униженными. — Пальцами он заправил прядь ее взъерошенных волос за ухо. — Ты не одинока. Рядом будем я и Поппи. И я вот что обещаю: никто не посмеет критиковать твою одежду, пока я буду с тобой. — Хэл отпрянул и повел плечами, потом заговорил спокойно и очень решительно: — Мы докажем всему миру, что женщины, которые будут носить твою одежду, независимы в принятии решений и сами создают свое будущее. Именно это станет центральной темой показа. Невероятно красивая и элегантная одежда для настоящих женщин в реальном мире. — Его губы изогнулись в улыбке, он подмигнул Мими. — И я точно знаю, как мы это сделаем.

Мими моргнула несколько раз, чтобы прогнать сонливость, и зевнула. Отпив кофе, она посмотрела на сады соседей, залитые лучами утреннего солнца.

Далеко за полночь она закончила перешивать элегантные широкие брюки, а потом в конце концов рухнула в постель. Большую часть ночи она прислушивалась к звукам, которые свидетельствовали о том, что Хэл действительно поселился в ее студии. Проблема состояла в том, что Мими не привыкла к тому, что в доме вместе с ней живет кто-то другой.

Ее родители никогда не оставляли гостей ночевать. В их доме было только две спальни, и родители Мими старательно охраняли свою частную жизнь. Дочь унаследовала от них эту черту.

Хэл Лангдон стал ее первым гостем-жильцом, и она не знала, чего от него ожидать.

Надеется ли он, что она станет готовить ему еду или развлекать его друзей и коллег?

Мими вздохнула и подняла руки над головой, чтобы снять напряжение в плечах. Вероятно, ей придется установить основные правила его пребывания в студии, причем как можно скорее.

Да, истинная причина ее волнений — посторонний человек в родном доме. Вот и все. Ее беспокойство совсем не связано с приятной и завораживающей внешностью Хэла Лангдона.

И все же ему удалось превратить ее нормальную, спокойную и упорядоченную жизнь в абсолютный хаос.

Мими опустилась на стул, положила руки на стол и опустила на них голову.

Она сама во всем виновата.

Разве не она предложила «Лангдон ивентс» арендовать ее студию? Нет никакого смысла дурачить себя и говорить, что она просто решила немного подзаработать на арендной плате, хотя деньги в любом случае окажутся не лишними. Нет, Мими поступила так из страха. Десять лет изнурительного труда она шла к реализации своей мечты и очень не хотела, чтобы из-за каких-то пустяков сорвалась подготовка показа.

Слегка приподняв голову, Мими из-под полуопущенных ресниц взглянула на фотографию матери.

«Посмотри, во что я ввязалась, мама».

В ответ она услышала лишь размеренное тиканье старых пружинных часов.

Прогоняя беспокойные мысли, Мими моргнула еще раз и стала просматривать бумаги, лежавшие на столе, стараясь отыскать перечень дел на день.

Список она не нашла, потом вспомнила, что оставила его на столе в студии вчера вечером после того, как распечатала черновик каталога, который прислала ей Поппи.

Пропади все пропадом! В типографию каталог необходимо сдать максимум во вторник, а ей предстоит еще куча дел. Следует пойти в студию и найти перечень.

Мими вытянула голову и заглянула во внутренний дворик. Хэла нигде не было.

В таком случае она может спокойно вторгнуться на территорию, занятую Хэлом. Вряд ли он проснется в семь утра в воскресенье и будет бродить по студии. Он никогда не узнает, что Мими туда заходила. Но все равно лучше сделать все быстро, прежде чем он проснется. Следует отправиться в студию немедленно, несмотря на то что она в пижаме.

Покинув квартиру и спустившись по лестнице, Мими прошлепала босыми ногами по прохладному каменному полу патио и направилась в студию.

Она быстро посмотрела по сторонам, чтобы убедиться, что никто за ней не подсматривает, а потом упрекнула себя за глупое поведение. Ведь она находится в собственном доме.

Тем не менее молодая женщина медленно подошла к дверям, выходящим в патио, и тихо покашляла, прежде чем неторопливо открыть двери и заглянуть внутрь. Никого. Тишина.

Осмелев, она зашла внутрь и замерла на месте. Ширма была немного сдвинута в сторону. Если Мими желает, то может посмотреть на спящего Хэла.

Любопытство победило благоразумие. Заглянув за ширму, она обнаружила там ужасный беспорядок. Большой спальный мешок лежал в дальнем углу рядом с кроватью, на крохотном прикроватном столике громоздились будильник, портативный компьютер, блокнот, шариковые ручки. Сумка для фотоаппарата стояла на полу, тут же валялись ботинки, джинсы, байкерская куртка, часы и мобильный телефон. К кровати была прислонена трость.

И вдруг Мими услышала тихий смешок за спиной и резко повернулась.

Хэл Лангдон стоял, прислонившись к двери крошечной ванной. На нем были только черные трусы-шорты.

Он скрестил ноги, являя взору мускулистые икры, стройные лодыжки и длинные изящные пальцы. Мими решила не обращать внимания на большой палец ноги с ушибленным черным ногтем, а также на царапины и ссадины.

Другая нога Хэла выглядела тоньше и имела белые шрамы после операции и отметины от фиксирующих повязок и ботинка.