Свет Илай - Яна Ярова

— Верно. Но в комнате принцессы, когда обнаружилась её пропажа, этих следов было очень много. И новых, и старых. А учитывая, что принцесса была слабым магом, такого количества следов в ее покоях быть не должно. Но и сами следы, и обрывки следов в комнату принцессы можно было перенести. Вот только неизвестно, кто и как это смог сделать, да и зачем это было сделано? И во всем этом есть еще одна странность.

Яр помолчал.

— Я читал отчет магов-поисковиков, — вдруг добавил он. — Там очень много бытовых заклинаний, и даже есть след от заклинаний серпентов. Но попасть в покои принцессы просто так нельзя. Даже проложить телепорт туда не получится. Как и из покоев нельзя телепортироваться. Там специальная магическая защита стоит. Но в покоях принцессы словно была битва магов и были обнаружены обрывки телепортов и старые и совсем свежие. И это очень странно.

Стоп, стоп, стоп. Это что же получается. На моих глазах принцесса спокойно телепортировалась из своей спальни, то есть оттуда, откуда было нельзя…а потом вернулась назад. Всё это я видела в своем сне. Значит, либо стало можно, либо мои сны не об этой принцессе… Либо это просто сны, и они не имеют никакого отношения к местной принцессе А может принцесса просто обходила эту защиту?!

На передке фургона воцарилась тишина. Мои мысли, озадаченные полученной информацией, блуждали, неведомо где, а взгляд выхватывал из реальности потрясающе красивые пейзажи. В этих местах остановиться бы, отдохнуть от напряжения последних дней, посидеть у костра с гитарой…

Я вздрогнула, словно вернувшись в саму себя после долгого отсутствия. Рядом, негромко перебрасываясь словами, сидели Старик с Эдрином, Зарема не спеша тащила повозку. В голубой глубине неба заливалась трелями какая-то, почти не видимая с земли, птица.

Не нарушая установившуюся гармонию, я негромко спросила, обращаясь к Яру.

— Ты говорил, что мы сейчас в провинции Трокаст, а сколько всего провинций в Реналоне?

— Двенадцать, — также негромко откликнулся Старик. — Одиннадцать имеют своих правителей, двенадцатая принадлежит короне. И каждая провинция делится на несколько областей. Правители провинции подчиняются короне.

Потом задумался, помолчал и добавил.

— А точнее, должны подчиняться короне. Но Велисы засыпают, а правители хотят больше самостоятельности и власти. Да и бургомистры в городах некоторых провинций все чаще путают свой карман с королевским.

И снова воцарилась тишина. Я тоже молчала, пытаясь как-то понять и переварить полученную информацию.

— Вета, — вдруг сказал Яр, — мы сейчас едем от границы вглубь страны. Это потому, что Шелдон — приграничный город, и попали мы туда с Эдрином через королевский портал, который связывает столицу страны со столицами Земель и еще с несколькими крупными городами. Но Трокаст уже заканчивается. Скоро начнутся глухие и отдалённые провинции. Где-то власть Королевы сильна, а где-то нет. В Землях Рамбол и Гайфер практически не осталось действующих Велисов, и там непонятно, что творится. Не лучше дела в Таумоне и Фаркуле. Но Таумон всегда был более-менее независимым.

— Говорят, — почти шепотом сказал Эдрин, — лет пятьсот назад у Королевы родился второй ребенок. И это был мальчик. Его поженили на дочке Таумонского правителя. С тех пор Таумон на каком-то особом положении. Но, наверное, врут.

— Врут, — Яр забрал вожжи у Эдрина. — Просто Таумон — провинция бедная. Кругом горы. Пахотных земель почти нет, серебра в горах тоже нет. Только пара бухт, где из-за сильных ветров даже пристань не построить. А значит — нет торговли. Поэтому молодежь всегда готова служить в армии. Налоги там минимальны, а если из семьи больше трех сыновей на королевской службе, то еще и выплаты раз в год из королевской казны.

— Так вот, — продолжил Яр начатый разговор, — я хочу, чтобы мы были очень осторожны, в том числе и в словах. Это касается в первую очередь тебя, Вета.

Я вздохнула, и согласно кивнула головой. А Яр взмахнул вожжами, подгоняя Зарему, и та резво, словно соскучившись по быстрому бегу, понеслась по дороге, переваливаясь с одной ноги на другую.

— Подожди, подожди, Яр!

— Вета, сколько раз говорить….

— Да, да, я помню, Старик, ты Старик! Но если вам надо в провинции, то почему вы не воспользовались этим самым телепортом?

— Потому, что это Королевский телепорт, и он не отправляет по провинциям простых путешественников. А нам надо проехать по Землям королевства, не привлекая к себе внимания. Да и слишком дорогое это удовольствие.

— Поэтому вы, как преступники, отправились в Шелдон, а потом по своим делам?

— Совершенно точно, сэкономив несколько дней, и получив подорожную грамотку, что мы едем из Шелдона, а не из Ронкаса, столицы Реналона. Это может очень пригодиться нам в нашем путешествии. И я уже об этом тебе говорил.

Я не стала спрашивать Яра, по какой надобности, и куда они едут. Учитывая то, что мне уже довелось слышать, он, скорее всего, соврет, а мне бы этого не хотелось. Я уже и так догадывалась, что путешествие связано с принцессой. А учитывая то, что оба моих спутника истинные маги, скорее всего оно связано с её поиском. Но пока это были только мои догадки. В конце концов, принцесса пропала почти пятнадцать лет назад. За это время все земли можно было по камешку перетрясти в поисках девочки.

Сидеть втроем на облучке было тесновато, и я залезла внутрь фургона. Там, провозившись минут десять с замком рюкзака, но, так и не разгадав его код, я свернулась клубочком и уснула.

Сон навалился сразу, едва я закрыла глаза. Он как-будто ждал, когда моя голова коснется свёрнутого плаща, служившего мне подушкой, и не оставил даже малого шанса просто поспать, без всяких сновидений.

…Я, словно птица, летала над водяной гладью, то поднимаясь выше, то опускаясь к самой воде, едва не касаясь ее рукой. Это было устье реки, широкое и многоводное. С высоты мне было хорошо видно, что двухмачтовый корабль пытается пересечь устье, но водяной поток несет его к морю. Ветер, который безуспешно пытались поймать паруса, просто играл в свои игры с моряками. Он, то надувал паруса, и они выгибались дугой, да так, что корабль начинал натужно поскрипывать, то совсем стихал, и тогда паруса опадали с гулким хлопком, и корабль опять несся к морю, подхваченный бурным потоком реки.

Матросы суетились, бегали по палубе, громко кричали.

— Левее, бери левее. На банку