Покорись страсти - Луиза Аллен

Девушка терла и скребла, глядя на свои чуть загрубевшие пальцы с чувством, близким к отвращению. Она загорела, ногти были обломаны, а нежные ладони остались в прошлом. Как же ее избаловали, подумала Клеменс, откидывая волосы со лба и с ожесточением оттирая пятна со своих штанов. Она вела домашнее хозяйство, учила испанский и французский, занималась музыкой, обменивалась письмами с родными и друзьями, делала покупки… и думала, что очень занята. Тогда перед ней открывалась перспектива уехать в Лондон, где ее ждала праздная жизнь и единственная цель — найти подходящего супруга. Что ж, теперь она не собиралась искать себе мужа, даже если ей удастся целой и невредимой выбраться из этой передряги. Клеменс присела на койку. Она так хотела сбежать от Нейсмитов, что о последствиях даже не задумалась.

На Ямайке ей не приходилось встречать джентльмена, который взволновал бы ее сердце, да и в Лондоне она такого найти не особенно рассчитывала, но мысль о том, что теперь ни один порядочный мужчина не захочет ее, пусть даже она останется невинной, испугала Клеменс. Даже тот факт, что Натан, казалось, испытывает к ней какие-то чувства, служил довольно слабым утешением. В глубине души Клеменс подозревала, что его влечение было чисто физическим. Наверное, считал ее легкодоступной. Сама она тоже была к нему неравнодушна, но это, вероятно, было следствием обстоятельств. К тому же она испытывала благодарность за то, что он спас ее. Это просто секс, и ничего больше, мрачно думала Клеменс, посасывая палец, который стерла в кровь, пытаясь отстирать свои штаны. Для него уж точно.

Клеменс знала, что ей должно быть стыдно за свои мысли о сексе. Хорошо воспитанная девушка должна была притворяться, что ничего не знает и не желает знать об этой стороне жизни. Первое было абсурдом. Нельзя жить на тропическом острове с его жаркими ночами и свободной моралью и не получить представление о сексе. Что до второго неписаного правила, то Клеменс никогда раньше не испытывала влечение к мужчине, поэтому до сих пор этот вопрос представлял для нее чисто умозрительный интерес. Был, конечно, мистер Бенсон, чей классический профиль царил в ее мечтах неделю, или две, но это все.

Значит, всему тому, что она испытывает теперь, виной Натан Станье. Два поцелуя — один нежный, другой яростный — привели Клеменс в совершеннейшую растерянность. Когда Натан прикасался к ней, она испытывала только одно желание — чтобы он овладел ею здесь и сейчас.

Мыло выскользнуло у нее из рук и отлетело в противоположный угол каюты. Рванувшись за ним, Клеменс поскользнулась и села прямо в лужу. В этот момент в каюту вошел Натан, и на лице его было такое выражение, что Клеменс почувствовала себя полной идиоткой. Лицо красное, разгоряченное от стирки, волосы свисают сосульками, руки как у прачки — и все это его вина. Чтобы успокоиться, Клеменс принялась считать по-испански до десяти. Представь себе, что ты на званом обеде у губернатора.

— Мне жарко, я устала, расстроена, и у меня еще куча выстиранной одежды, которую нужно отжать, — сказала она медленно и слабо улыбнулась. Эта улыбка возымела нужный эффект.

— Верно, — ответил Натан. Он закрыл дверь и поднял мыло. — Начнем с самого простого. Я буду отжимать белье. Ты знаешь, где его можно развесить для просушки?

— Мистер Стрит показал мне.

Не странно ли: перед ней стоял мужчина, с которым она мечтала заняться любовью, и что же? Они обсуждают стирку. Вероятно, эти мысли отразились на лице Клеменс, потому что Натан положил на стол груду мокрого белья и озадаченно посмотрел на девушку.

— Я думала о том, что со мной будет, когда все это закончится, — призналась она.

— Что-нибудь придумаем.

Натан принялся отжимать мокрую одежду. Клеменс смотрела, как играют его мускулы под тонкой тканью рубашки. Ей вдруг захотелось, чтобы он обнял ее, прижал к себе, захотелось прикоснуться к его обнаженной груди…

— Иди развесь. — Натан положил отжатое белье в ведро.

Когда Клеменс вернулась, он укладывал вещи в большую кожаную сумку.

— Куда ты собрался?

Он же не уходит, правда?

— Я сказал Мактирнану, что мне нужно на берег, чтобы сориентироваться на местности. Пока будем на берегу, займемся тобой.

Он что, собирается заняться с ней любовью? Клеменс молча смотрела на Натана, чувствуя, что краснеет.

— Не возражаешь против прогулки, Клем? Ты говорила, что тебе жарко и что ты устала, прогулка пойдет тебе на пользу.

— Э… да, конечно, прогулка, — пробормотала Клеменс. Он же не ясновидящий, а слова «возьми меня» не написаны у нее на лбу. Он имеет в виду только прогулку и ничего более.

— Я могу чем-то помочь?

— Сходи на камбуз, возьми немного еды, — сказал Натан и протянул ей другую сумку. — Через минуту встретимся на палубе.

Один из матросов перевез их на берёг и указал на тропинку, ведущую к ручью.

— Похоже, пойдем в гору. — Натан, перекинул сумку через плечо. — Сначала подъем будет пологим, потом довольно крутым. Справишься?

Клеменс кивнула. Теперь, покинув корабль, она чувствовала себя гораздо лучше. Оглянувшись, девушка бросила взгляд на «Морского скорпиона». Там, на нижней палубе, в темноте и сырости страдают люди, Может быть, даже умирают. Она почувствовала себя совершенно беспомощной.

— Забудь на время о корабле, — посоветовал Натан, поглядев через плечо.

Клеменс кивнула. Пока она не придумает, что делать, все ее тревоги напрасны. В молчании они шли через лес. Вскоре послышался шум воды. Это был небольшой водопад — потоки воды устремлялись со скалы в Глубокую заводь.

Это было поистине волшебное место: солнечный свет, пробивающийся сквозь листву деревьев, радужные брызги воды, кружевная пена водопада.

— Можешь поплавать, когда будем возвращаться. Здесь безопасно.

Клеменс почувствовала прилив сил при одной только мысли об этом.

— Правда?

— Я посторожу, — сказал Натан и начал взбираться на крутой холм.

Когда лес расступился и перед ними открылась вершина холма, Натан остановился:

— Здесь.

Он взял Клеменс за руку.

— Раньше я проходила целые мили, — пожаловалась она. — Каждый день ездила верхом. А всего пару лет назад лазила по деревьям и резвилась в зарослях тростника. А теперь я задыхаюсь, взбираясь на небольшой холмик.

— Не такой уж он маленький. Смотри. — Натан выпустил ее руку и показал вперед.

Клеменс поняла, что они взобрались на самое высокое место острова Ящерицы. Вокруг раскинулось море, островки на его, поверхности казались крошечными бусинами. Фрегат подошел к торговому судну со сломанной мачтой, и даже без подзорной трубы Клеменс видела суету на обеих палубах — моряки с военного корабля помогали чинить мачту.

— Скоро это торговое суденышко будет в безопасности, — сказала Клеменс. — И они, наверное, укажут фрегату, в каком направлении удалился «Морской скорпион».