Покорись страсти - Луиза Аллен

Клеменс стояла позади Натана, сжимая секстан и поеживаясь. Ночь была теплой, но над кораблем словно сгустилась атмосфера угрозы.

— Ну?

При звуках голоса Мактирнана Клеменс едва удержалась от того, чтобы спрятаться за Натана.

— Чего мы ждем? Веди корабль в пролив.

— Подождем, пока луна взойдет, — твердо сказал Натан, — иначе побьем корабль.

Глаза Мактирнана сузились, но он коротко кивнул рулевому:

— Как только мистер Станье прикажет, действуй.

Клеменс видела, что настроение команды меняется. Теперь пиратами владел не страх. Они вышли на охоту, поняла девушка, почувствовали запах крови, а пролив — это словно тропа в лесу, которая приведет их к жертве.

Клеменс посмотрела на спину Натана — он как раз склонился над картой. Интересно, как ему удается сохранять спокойствие в такой напряженной ситуации.

— Эй, ты, принеси кофе. — Голос Катлера заставил Клеменс подпрыгнуть.

Осторожно положив секстан у правой руки Натана, она повернулась, чтобы уйти.

— И фонарь, Клем, — сказал Натан ей вслед.

Приготовление кофе и поиски фонаря заняли у Клеменс некоторое время, но ей вовсе не хотелось появляться на палубе. Что, если они сядут на рифы? Что, если «Морской скорпион» получит пробоину и люди на нижней палубе не смогут выбраться?

Хорошо бы сказать об этом Натану, но Клеменс чувствовала, что сейчас для этого не самое подходящее время. Медленно взошла луна, и море засеребрилось.

— Два румба влево, — сказал Натан человеку у штурвала, и все, кто находился на палубе, затаили дыхание. — Я бы посоветовал взять рифы, мистер Катлер, мне сейчас нужна не скорость, а контроль. Клем, ступай на нос с лоцманом. Он будет промерять глубину, но я хочу, чтобы ты принес мне то, что лот зацепит на дне. Беги.

Когда Клеменс была еще подростком, матрос с «Герцогини» показывал ей, как управляться с лотом, и она знала, что его смазывают жиром, чтобы взять пробы со дна. Лоцман опустил цилиндр в воду и через некоторое время поднял его.

— Мне нужно принести мистеру Станье пробы. — Клеменс вынула нож и соскребла с лота песок. Сжимая добычу в кулаке, она поспешила к Натану, раскрыла ладонь и поднесла ее к фонарю.

Натан взял ее за запястье, поднимая ладонь повыше.

— Черный песок и никаких ракушек. — Натан сделал запись в блокноте. — Беги.

Клеменс бегала туда-сюда, и ей казалось, что минули часы. По палубе разносилось монотонное бормотание лоцмана, ладонь ныла. Когда Клеменс удавалось бросить взгляд на Натана, она видела его сосредоточенное отстраненное лицо. Он изучал карту и свои заметки, то и дело смотрел на берег и паруса. Он даже взобрался на бушприт, чтобы бросить взгляд вперед, на скалы, которые, казалось, смыкались на выходе из пролива. Но главная опасность таилась в другом — где-то на дне, под толщей воды скрывались коралловые рифы, готовые вонзиться в днище корабля. Катлер поставил у штурвала двоих. Все молчали, кроме лоцмана и впередсмотрящего. Потом, вооружившись подзорной трубой, Натан вскарабкался по снастям повыше.

— Надеюсь, он знает, что делает, — раздался вкрадчивый голос за спиной Клеменс.

Мактирнан. Волоски на ее шее встали дыбом, когда он положил руку ей на плечо.

— Знает, капитан, — сказала она как можно увереннее, взглянула на темную фигуру Натана, отчетливо вырисовывавшуюся на фоне неба, и поняла, что действительно верит в это. С носа донесся крик лоцмана. — Мне нужно идти, сэр.

Вывернувшись из-под руки Мактирнана, девушка поспешила на нос. Она слышала, как Натан кричит что-то рулевому, корректируя курс. Какой капитан рискнет кораблем, чтобы проверить человека? Безумец, сказал голос в голове Клеменс. Мактирнан словно видел какую-то угрозу, исходящую от Натана.

— Дна не достать, — сказал лоцман, вытягивая цилиндр, и Клеменс перевела дух, привалившись к лееру. Натан уже спускался вниз, двигаясь, словно тень, спрыгнул на палубу и подошел к капитану.

Ничего удивительного, что Мактирнан держался настороже — они оба, и капитан, и Натан, излучали уверенность и обладали определенной харизмой. Катлер тоже мог бы играть в команде доминирующую роль, но Клеменс видела, что роль капитана ему не по плечу. Мактирнан обладал каким-то змеиным чутьем, а Натан — силой убеждения. Он говорил с такой уверенностью, что не возникало даже тени сомнения в том, что все будет так, как он захочет. Кажется, он обнаружил проход в проливе, лот поднимался чистым.

— Все хорошо, Клем? — спросил он, когда девушка подошла и встала рядом.

Она кивнула.

— Хорошо проводишь время?

Хорошо провожу время? Он что, с ума сошел? Мы на пиратском корабле, которым командует маньяк! Мы плывем по опасному проливу, по которому он ни разу не ходил, ночью, и, он спрашивает меня, хорошо ли я провожу время?