Мы над океаном. Книга 1 - Янина Логвин

Ведь я у него умница и это понимаю, правда?

Пэйт оказывается более прямолинейна, хотя ей дается это непросто.

После нескольких минут тишины, мачеха закрывает ноутбук и отодвигает его в сторону.

— Эшли, пожалуйста, не думай, что я оправдываю Кэтрин, — заговаривает серьезно, сосредоточив на мне внимание. — Я прекрасно отдаю отчет тому, что моя дочь поступила некрасиво по отношению к тебе. Я пробовала с ней говорить, когда узнала об их встречах с Шоном, но, к сожалению, не в моих силах всему помешать. У нее сложный характер, Говард многому попустительствовал, пока Кэтрин жила с ним, и в некоторых моментах вы очень разные.

Патриция решительно выдыхает, складывая перед собой руки в замок и подбирая слова:

— Если хочешь, мы сегодня же все это вместе обсудим! Ты не должна быть одна и думать, что мы с Брайаном не поддерживаем тебя. Это не так!

Я и не думаю. Мне просто хочется обо всем забыть и идти дальше к намеченной цели. Когда стоишь, проблемы не уходят, они остаются на месте, как непосильный груз. Если потребуется бежать, чтобы от них избавиться — то я готова выбиться из сил.

Я делаю глоток сока и отставляю стакан в сторону. Смотрю на мачеху:

— Нет, не хочу. Все нормально, Пэйт. Да, так вышло, что я узнала обо всем последней. Но во-первых, между нами с Рентоном уже все закончилось, а во-вторых, если не Кейт, то будет другая. Мне не нужен парень, для которого ни я сама, ни мое доверие ничего не значат. Я это точно переживу, не волнуйся. Просто… ох, — я устало вздыхаю, отводя взгляд и возвращаясь к еде. — Этот день для начала должен закончиться, чтобы о нем забыть!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- А вот это правильно, дочка! — папа оказывается рядом, наклоняется и целует меня в макушку. — Это парень не стоит того! Я уверен, Кейт вскоре и сама поймет, что сделала не лучший выбор.

Кейт и поймет? Ха! В каком месте громко фыркнуть? Я успела ее хорошо узнать, чтобы убедиться: в кукольной голове Кэтрин Хардинг никогда не рождаются мысли под статусом «Самоанализ». И уж тем более ей не знакомо чувство сожаления!

Когда она входит в кухню, притащив за собой дурацкий розовый рюкзак поросенка, то выглядит очень довольной и счастливой.

— Привет семья! — обращается к родителям, махнув хвостом. Обойдя стол, бросает рюкзак на стул рядом со мной.

С некоторых пор ей нравится покушаться на мое личное пространство.

— Даже не думай! — я наставляю на нее вилку, не глядя в ее сторону. — Здесь занято! Или я буду обедать в другом месте.

— Да начхать! — она оставляет рюкзак, но сама обходит стол и садится напротив, сбоку от матери. Спрашивает, схватив со стола кусок свежего манго и сунув его в рот: — Что, уже донесли? Ну, и как тебе новость, сестричка? Да, мы с Шоном встречаемся и у нас все серьезно! Правда, здорово?

— Никак. Вы друг друга стоите.

— Ох, это точно! — усмехается Кейт. — Он такой душка, и такой положительный, я не могу! Весь день ходил за мной хвостиком и писал сообщения, как будто у него нет других дел! Говорил о новом свидании. Хочешь узнать, куда мы идем в субботу?

— Нет. Мне это не интересно.

— Но я не виновата, что нравлюсь ему больше, чем ты, Эш! Иначе бы он не был со мной, разве нет? Вот только как же так? Ведь это ты у нас лучше всех — девочка-сбитые-колени!

— Кэтрин, хватит! — осаживает дочь Пэйт, хлопнув открытой ладонь по столу. — Я тебя просила! Можно хотя бы дома держать паритет и уважать друг друга?

— А я и держу, — возражает дочь матери и в ответ на замечание упрямо поджимает губы. — Знала бы ты, что я о твоем уважении думаю.

— Здесь Брайан, девочка.

— Ну и что? И о нем тоже. Могу и вслух сказать, мне не трудно!

Я переглядываюсь с отцом, и он взглядом просит меня не вмешиваться. Отворачивается, делая вид, что занят продуктами.

М-да, трудный же нам всем предстоит год, если уж офицер полиции Уилсон, гроза округа, не может ничего ответить одной капризной девчонке. Даже и не знаю, на что мачеха надеется?

— Нет уж, будь добра оставь свои мысли при себе! — строго замечает она дочери. — Я тебе уже ответила раз и навсегда, Кэтрин, Брайан — мой муж! Все, что ты скажешь вслух, не изменит того, что о нем думаю я!

Нам с Кейт это хорошо известно, и на этот раз она не пытается спорить. С Пэйт шутки плохи — эта женщина умеет отстаивать свои позиции. После их ссор, Кейт не раз уезжала к своему отцу, но потом всегда возвращалась. Отчасти, я ее понимала — ей тоже приходилось делить любовь своей матери с чужим человеком, но если я, в конце концов, приняла для себя право отца быть счастливым, то она эгоистично за эту любовь сражалась.

Но сейчас перед моей сводной сестрой стоит другая цель — задеть меня, поэтому она не продолжает ссору. Пожав плечами, принимает тарелку с паэлью, которую перед ней ставит мой отец, и между прочим сообщает:

— В эту субботу Шон у себя дома собирает большую вечеринку. Будут ребята из школы и парни из «Беркутов». Я задержусь немного. Возможно, до двенадцати… мы хотим устроить на пляже костер, будет интересно.

Она смотрит на меня, но я не реагирую. Продолжаю жевать. Это намного лучше, чем испепелять друг друга взглядами. Все это уже было в нашем общем прошлом и давно надоело.

— Неудачницу, естественно, не приглашали! Но я уверена, что наша умница Эш обязательно найдет чем себя занять!

— Даже не сомневайся, — бурчу я, а Кейт строит догадки:

— Всегда можно поплакать, обложившись подушками. О, или собрать фигурные пазлы! Я себе так это и представляю: тихий вечер, спальня и они — пазлы, тысяча свидетелей твоего одиночества! Боже, как это романтично! И ни одного симпатичного парня поблизости — просто сдохнуть!

Вот же гадина.

— Кэтрин, мне кажется, это слишком! У всего должны быть свои границы! — папа все же не выдержал и расстроено опускает руки, но я уже и сама встаю из-за стола и ухожу, поблагодарив его за обед.

— Не стоит, пап. Пока! Здесь не помогут границы, я лучше буду считать дни, пока не уеду отсюда насовсем!

Но вечер долгий, и мы с Кейт вновь случайно сталкиваемся на кухне. Правда, на этот раз мы здесь одни.