Спор на босса - Матильда Старр

Взгляд дамочки переместился куда-то мне за спину. А в следующее мгновение на мои плечи опустились руки… И, собственно, сомнений не оставалось: поскольку в номере больше никого не было, меня обнял сзади и привлёк к себе не кто иной как мой босс.

И вроде бы ничего особенного не произошло. Подумаешь, чьи-то руки на моих плечах. Но сейчас со мной творилось что-то непонятное. Совсем как в книжках о любви. Там у героинь вечно что-нибудь екает, кружится, подгибается, а еще бабочки в животе летают. А в жизни… А в жизни сейчас именно так и было. И сладко екало внутри, и подгибались колени, и летали бабочки. Мохнатые, щекотные, целым роем. И ладони босса казались горячими-горячими, и от их жара странно холодело в спине.

– Виолетта Игоревна, – произнёс голос у меня над ухом. Гадкие бабочки моментально перебрались на шею, а в голове стало пусто и звонко. – Нам с Юлечкой пора отдыхать…

Да, да… Пора отдыхать… И побыстрее. А то сейчас Юлечка просто стечет на пол. А боссу придется ее поднимать. Представив, как босс наклоняется, и его руки подхватывают меня, я сглотнула и попыталась прийти в себя. Даже головой тряхнула, чтоб там прояснилось. Но, похоже, тряхнула невпопад, потому что глаза Виолетты Игоревны стали круглыми-круглыми.

– …Завтра трудный день, – между тем говорил босс. Его горячее дыхание перемешивало слова, швыряя их, как мячики, отчего смысл уловить не получалось. – Поставку на ноябрь-декабрь мы сможем обсудить завтра во время обеденного перерыва. Что скажете?

Судя по тому, что выражение лица Виолетты Игоревны стало замечательно недалеким, вряд ли она была способна сказать что-то осмысленное. Впрочем, как и я.

– Да, конечно, извините, – пробормотала она.

Попятилась из номера и даже закрыла за собой дверь. Босс, наконец-то, убрал свои руки, и я смогла нормально вдохнуть.

В голове прояснилось, и первая мысль, что там появилась, была: и давно он не спит? Мог бы и сам разобраться со своей поклонницей, а не ждать, пока это сделаю я!

Я уже собиралась ему это сказать, обернулась и…

И остолбенела, потеряв дар речи.

Понятно, почему Виолетта Игоревна слегка окосела. Передо мной стоял крепкий, рельефный атлет с небрежно обернутым вокруг бедер махровым полотенцем. Ну точь-в точь статуя из музея, в который наш класс водили в школе. Девчонки тогда фыркали, парни ржали, а я стояла с открытым ртом.

Совсем как сейчас.

Полотенце было белоснежным, отчего кожа босса казалась смуглой, будто он только что вернулся с Гавайских островов, ну или куда там ездят эти успешные спортивные мужчины, белозубые, загорелые хозяева жизни.

Тело выглядело совершенным – и крепкая шея, и широкие плечи, и выпуклые кубики пресса… На этом бы мне и остановиться, но взгляд, зараза, так и норовил скользнуть ниже. Полотенце неприлично топорщилось и держалось на честном слове. Честное слово было ого-го…

Я сглотнула и попыталась смотреть в сторону, но глаза словно заклинило. Они упорно возвращались куда не надо, будто боялись пропустить тот момент, когда чертова тряпка все-таки свалится!

Я сделала усилие и подняла взгляд. Ох, зря… По тому, как сейчас смотрел на меня босс, стало ясно, что он давно с любопытством наблюдал, как я на него пялюсь.

– Спокойной ночи, Александр Анатольевич, – пробормотала я, заливаясь краской.

И стрелой рванула в сторону своего закутка с диваном. Но босс молниеносно поймал меня за локоть. От резкого движения небрежный узел развязался, и полотенце мягко спланировало на пол. Я зажмурилась. И не завизжала только потому, что голос пропал.

– Юля? – голос босса звучал странно, словно он сдерживал смех. Угу. Где мой босс и где смех? Он же никогда не смеется. Он родился суровым младенцем со сдвинутыми бровями! – Что с вами?

Я бы сама хотела знать, что со мной.

Я осторожно приоткрыла один глаз. На боссе красовались весьма приличные боксеры от Келвина Кляйна. И очень симпатичные. И так классно обтягивали за… Так, стоп.

– Не знаю как вы, – сказал босс, – а я вдруг обнаружил, что ужасно голоден…

Повезло ему. А я вот обнаружила голого босса. И теперь не знаю, что делать с глазами. И с разыгравшейся фантазией. И тем сном, который уже был благополучно забыт, но теперь встрепенулся и напоминал о себе неприличными образами.

– … Вы не против позднего ужина?

– Не против, – кивнула я.

А что, двойная польза. И организм при деле: руки, глаза и рот под контролем и не творят что попало, да и поесть не мешало бы. Голова от голода кружится.

Именно от голода! И босс тут ни при чем.

Босс куда-то звонил, что-то заказывал. Я не слушала. Занята была. Очень старалась на него не таращиться. И всё-таки успела разглядеть и крепкие ягодицы, и мускулистые ноги, и…

Мне отчего-то стало ужасно жарко. Просто нечем дышать. И в ушах стучит. Наверное, кондиционер сломался. Вот тебе и пятизвездочный отель!

– Александр Анатольевич, оденьтесь, пожалуйста…

Он удивлённо посмотрел на меня, потом на себя. В его взгляде отчётливо читалось, что он как раз считал себя вполне одетым. Но пожал плечами, всё-таки скрылся в ванной комнате и через минуту вернулся, завязывая на себе халат.

Но только лучше не стало. Белоснежный халат, конечно, все скрыл, но шеи в развале ворота и крепких икр мне вполне хватало для того, чтобы додумать всё остальное.

Ужин прибыл очень быстро: сэндвичи, овощи, фрукты. И бутылка вина, которая в мои планы никак не входила: мне ещё завтра работать. Точнее, уже сегодня.

Вышколенный официант подкатил сервировочный столик со всем этим богатством к моему дивану (вот зачем он в люксе, а вовсе не затем, чтобы на нем спать!) и исчез.

Пить из-за сумасшедшей жары хотелось ужасно, и когда босс налил мне вино, я сделала несколько жадных глотков. Не успело оно плюхнуться в мой желудок, как тут же развязался болтливый язык.

– Ну и женщин же вокруг вас крутится! – ляпнула я с укором, отставив бокал. – Вашей невесте следовало бы самой сопровождать вас в поездках.

Ой, господи, что я несу?! Это уж точно не моё дело, что там следует или не следует делать его невесте. Больше никакого вина! Из-за него я ввязалась в спор, про который потом не помнила. До сих пор расхлебываю. Не хватало еще тут что-нибудь натворить.

– Моей… кому? – переспросил босс и непонимающе уставился на меня.