Поймать и женить - Маргарита Южина

Мария Адамовна медленно опустилась прямо на мраморные ступеньки парадного входа.

– Четырнадцать тысяч, – сокрушенно покачала она головой. – Целое состояние. Занимали у всех соседей. Мальчику надо на лекарства… бедняжка на пенсии бабушки умудрился наесть ожирение… Мама! А когда обещала твоя Таточка деньги вернуть?

– Ну так с пенсии, – наивно хлопала глазами баба Нюра.

– И сколько ты ей дала?

– Десять тысяч, как она и просила, – виновато опустила голову баба Нюра и заметила: – Машенька, ведь она не попросила все четырнадцать, а я ей сказала, что у меня четырнадцать тысяч. А она так благородно поступила – четыре тысячи не взяла, вот они!

– Я надеюсь, хоть эти деньги вы отдадите за аренду, – напомнила Евгения. – А остальные… ну так и быть, в следующем месяце.

Мария Адамовна выхватила из рук бабы Нюры оставшиеся деньги и передала их Евгении Петровне.

– А остальные… в следующем месяце… – вздохнула она и быстро направилась к выходу.

Дома у Коровиных разразился скандал.

– Нет, я не понимаю, как ты могла?! – бегала невестка из угла в угол.

Иван Михайлович сидел на диване и, чтобы каким-то образом сохранить нейтральное положение, укладывал себе на голову мокрое полотенце.

– Нет, это ж надо было додуматься! – не могла успокоиться Мария Адамовна. – Мало того, что она загубила весь наш план…

– А я тебе, Машенька, говорил, – ласково напомнил супруг. – Маму вообще никуда не следует привлекать, она еще и не то учудить может.

– Мало того, что на корню загубила такую шикарную идею, так и деньги прошляпила! Мама! Мы же все решили: занимаем деньги, ты идешь к Евгении якобы отдать ей долг. Но не успеваешь, потому что тебе звонит Иван. Тут вбегаю я и говорю, что тебя похитили. Мы спешно вызываем Кулакова, он тебя ищет вместе с Евгенией, они влюбляются друг в друга, а вечером мы им звоним на сотовый и сообщаем, что ты нашлась. Они отмечают радостное событие, покупают шампанское, и все. Свадьба у нас в кармане! За свадебным столом мы раскрываем все карты, говорим, что никто не терялся, их свадьба – плод нашей трудоспособности и… они тут же платят нам из подарочных денег. Ну что непонятного? Ваня, ты вовремя позвонил?

– Вовремя, – кивнула бабушка.

– Да если бы он и опоздал – мы для этого деньги и занимали. Куда уж деться, – вздохнула Мария Адамовна. – И все бы прошло нормально, но… Скажи мне, мама! Какой черт тебя остановил на том крыльце? Ты не могла отдать ей деньги у нас дома?

– Машенька! Мы не виделись с Таточкой двадцать пять лет! – пыталась объяснить баба Нюра. – А тут я ее как увидела… Ну разве можно было терпеть до нашего дома?

– Ну во двор бы свернули! Или к Таточке пошли. Кстати, где она живет? Я сейчас же оденусь и пойду к ней за деньгами. Я думаю, их мальчик может избавиться от ожирения народными методами. Какой у нее адрес?

Баба Нюра вдруг увлеченно посмотрела на экран, где повторялись утренние новости, и округлила глаза.

– Нет, ты посмотри, что делается! – всплеснула она руками. – Опять какой-то завод строят прямо у людей под носом! А как же дышать?

– Мама, прекрати! – крикнула Мария Адамовна. – Этот завод уже сто лет строят! И говорят про него каждый раз, когда новости показывают. Я тебя спросила – какой адрес у Таточки?

Элеонора Юрьевна поджала губы.

– Машенька, с твоей стороны это некультурно – отдавать деньги людям, а потом их забирать. В какое положение ты меня ставишь?

– В обыкновенное! Деньги не твои, поэтому отдавать их ты не имела права. Ты сама себя в это положение поставила.

– Мама! Я скажу, что у меня проблемы, – решил спасти мать от позора сын. – Какой у нее адрес?

– Не знаю, – еле слышно прошелестела баба Нюра. – Они так давно переехали.

– Ну что, Машенька? – обратился к жене Иван Михайлович. – Что с ней делать?

Она набрала полную грудь воздуха и выдохнула паровозом:

– Значит так, мамаша! Никаких сухариков с изюмом, никаких котлеток из куриных лапок. Короче, ты, мама, наказана.

– Надолго?

– Нет, – отмахнулась Мария Адамовна. – Только до тех пор, пока ваша Таточка деньги не вернет.

– Господи, неужели навсегда? – охнула старушка и убралась с глаз суровой невестки. В то, что Таточка вернет деньги, она уже не верила.