Поймать и женить - Маргарита Южина

Евгения склонила голову и посмотрела на Коровину внимательно.

– Мария Адамовна, идите подлечитесь, у вас бред.

– Какой бред? Вы боитесь смотреть правде в глаза? Я же вам объясняю: мама понесла деньги за аренду, потому что я не могла – сильно была не в себе…

– Да вы и сейчас-то…

– А когда она ушла, мне позвонили! – уже вытирала слезы кружевным платочком Мария Адамовна. – Такой грубый мужской голос. Сразу стал орать в трубку. Я сначала подумала, что это какой-нибудь жених для наших «счастливчиков», вы же знаете, я всегда сначала думаю только о работе! А он сразу сообщил, что похитил нашу бабушку из-за ваших денег! Из-за этих… арендных!

– Но из-за таких денег не похищают, – возразила Евгения. – Вы мне платите в месяц только семь тысяч. Должны платить. И из-за семи тысяч…

– Да? – усмехнулась Мария Адамовна. – А за два месяца сколько получается? Посчитали? Четырнадцать! А сейчас и не за такие деньги похищают! Просто так нападают, а тут деньги!

И все же Евгения никак не могла поверить. Бабулька только что покинула кабинет, еще из ДК выйти не успела, наверное. Кто ее здесь похитит?

– Скажите, а вам-то зачем звонили? – спросила она.

– Откуда я знаю? Ой, надо что-то делать, – отчаянно качала головой Мария Адамовна. – Идти в милицию!

– Зачем в милицию?

– Правильно, лучше в полицию. Все равно теперь милиции нет… От вас можно позвонить?

– Подождите, Мария Адамовна! Что вы сразу паникуете? Надо сначала по ДК поискать!

В кабинет на громкий голос Коровиной стали забегать люди – все те же дамочки из «Матрешек».

– Что-нибудь случилось, Евгения Петровна?

– Ой, а чего за шум?

– Точно! – вдруг широко распахнула глаза Коровина. – Вы, Евгения Петровна, правильно сказали! Зачем сразу в милицию, когда мы можем найти бабушку собственными усилиями, правда же?

– Разумеется! Я вам сразу сказала – ваша мама не могла далеко уйти.

– Правильно! Нам нужно вызвать Кулакова, и он со своими собаками сразу нашу бабушку найдет! Как вы, Евгения Петровна, здорово придумали!

– Да ничего я не придумывала! И зачем каких-то Кулаковых звать? Пойдемте вместе вашу маму поищем. Девушки, вы тут такую пожилую женщину не видели? Она ко мне в кабинет заходила, никто не видел?

Девушки качали головами – никто старушку не встречал.

Мария Адамовна все сильнее заламывала руки, хотя вся душа ее просто пела. Как девушкам найти их бабу Нюру, если та уже давно смоталась тихонечко домой, как и договорились? Пусть все ищут бабушку, а потом Евгении все же придется вызвать Кулакова! Ни в какую милицию она звонить не станет, зачем ей возня накануне важного отчетного концерта! А вот когда появится Кулаков… Евгения и Борис Борисович станут искать бабушку вместе и подружатся. Через часа полтора Мария Адамовна позвонит Евгении на мобильный и скажет, что бабушка нашлась. И такое радостное событие Кулаков и Евгения не смогут не отметить!

Это Мария Адамовна придумала еще дома, а теперь старательно изображала убитую горем невестку.

– Бедная моя мамочка! Какое ужасное происшествие! Ее сердце точно не выдержит!

Волновалась уже и Евгения Петровна.

– Девочки, Валентина Семеновна, вы не видели пожилую женщину в шляпке?

– Так вы у Антонины спросите, она ж на входе-то сидит.

– И правда, не сообразила. – Евгения побежала к Антонине.

– Антонина! Вы такую женщину не видели, в возрасте, в шляпке?

– И кофта на ней длинная вязаная, да? – уточнила тучная Антонина.

– Я не помню про кофту, – растерялась Евгения.

– Да! – закивала Мария Адамовна. – Была на ней кофта! Вязаная!

– Видела, – заявила Антонина.

– Где?!

– Проходила она тут. Еще так шла как-то… будто курицу у кого стянула.

– Да что вы такое говорите? – набросилась на нее Мария Адамовна. – Курицу придумали! Боялась, может, чего-то! Евгения Петровна, я вам говорю, надо Кулакова звать, дело нечистое!

– Да кого вызывать-то? – вытаращила глаза Антонина. – Вон эта женщина… в шляпке с возрастом… на крыльце стоит, у нее и спросите.

Евгения и Мария Адамовна повернулись. На высоком крыльце, возле колонн, стояла Элеонора Юрьевна и о чем-то оживленно беседовала с женщиной такого же возраста.

– Мария Адамовна! – воскликнула Евгения. – Это ж надо выдумать: похитили! Пойдемте к вашей свекрови, она мне деньги за аренду так и не передала.

– Пойдемте, – прищурилась Мария Адамовна. – Пусть за все рассчитается!

– Да хотя бы за два месяца, больше вы мне не должны.

– Она мне… должна, – прошипела госпожа Коровина.

Они вышли на крыльцо, и Элеонора Юрьевна увидела свою невестку.

– Таточка, – растерянно обратилась она к своей собеседнице. – Ты уж меня извини, но у меня дело первейшей важности. Я потом тебе позвоню. Машенька, а почему ты бледненькая? Тебе нездоровится?

– Мама, – прошипела та. – Я тебя куда отправила?

Баба Нюра растерялась. Она посмотрела на невестку, на Евгению Петровну и снова на невестку:

– Что? Прямо так и говорить – куда? Ты уже все рассказала про наш план?

– Мама! Что ты несешь?! – взвизгнула Мария Адамовна. – Какой план? Хотя – да. У меня был план: ты сходишь, отдашь деньги за аренду, а я тем временем подлечусь.

– А-а-а, вон как, – заулыбалась старушка. – И чего?

– Да ничего, – влилась в беседу Евгения. – Деньги-то вы мне так и не отдали. Я сама за ними пришла. Пожалуйте за два месяца.

На бабу Нюру было жалко смотреть. Плечи опустились, спина сгорбилась, взгляд стал виноватым и бегающим.

– Ну? – уже всерьез всполошилась Мария Адамовна. – Отдавай, чего уж теперь…

– Так я… Вы меня только правильно поймите, – лопотала элегантная дама. – Я исключительно из-за человеколюбия…

– Мама! Отдай деньги! – сурово потребовала Мария Адамовна.

– Я… я бы с радостью, но…

– Мама!

– У меня их нет! – выдохнула Элеонора Юрьевна, то бишь баба Нюра.

– Как нет?

– Она мне точно не отдавала, – торопливо замахала руками Евгения.

– Мама! Ты проиграла их в игровые автоматы?

– Мария Адамовна, прошу заметить, в нашем ДК автоматов нет, – усмехнулась Евгения Петровна.

– Я одолжила их… Таточке, – опустила голову баба Нюра и принялась горячо рассказывать: – У Таточки абсолютно безвыходное положение! Они с дочкой живут только на пенсию Таты, а дочка сынишку одна воспитывает! И вот сынишке срочно надо… На лекарства! Он страдает ожирением. Вот я и… Нам обязательно зачтется, Машенька!