Кентаврида - Алексей Божков

Джону не захотелось оставаться, он расплатился и вышел в прохладу ночи, оставив приказчика Стампа храпеть за столом. За того можно было не беспокоится: Люк Стамп жил здесь же, на втором этаже таверны. Хозяин после закрытия заведения часто сам разносил своих постояльцев по комнатам. Да и воровства не допускал.

На площадке перед таверной в свете нескольких факелов боролись два моряка с «Русалки севера» в окружении любителей развлечений. Оба матроса в одних набедренных повязках были вымазаны гусиным жиром, поэтому вся трудность борьбы заключалась в захвате и удержании противника. Джон вместе со всеми посмеялся их выкрутасам, но ставки делать ни на кого не стал, а пошёл в сторону моря, окликнув крутившегося в толпе юнгу с «Русалки севера» вездесущего Питера. Пятнадцатилетнего парня Стоун год назад подобрал в лондонском притоне, где тот промышлял мелким воровством и постоянно голодал. За последнее время, хоть юнга и не бывал голодным, толщины в нём не прибавилось нисколько, возможно, из-за излишней суетливости.

– Что тебе удалось узнать, Пит? – заговорил Стоун на ходу.

– Да что тут, кэп! Жрут да пьют. Трактирщик Проспер через день в горы ездит. Возвращается с тушами баранов. Уже без шкур. Там, видно, разделывает, в горах, – юнга высморкался в сторону, вытер руку о грубые полотняные штаны, которые болтались на его ногах, как на палках. – И вино оттуда возит, то, виноградное, что вы любите, кэп.

– Ты следил за ним?

– Да я напросился тут с ним проехаться. До первой деревни довёз и высадил. Сказал, что дальше не поедет, сестру навестит сначала. Ха! Сестру… Видел я, как они целовались. С цыганкой, между прочим. Во! – пошмыгивая носом, рассказывал юнга.

– Так-так… Интересно. А потом?

– Они напару и уехали к вечеру. Я за ними пробовал бежать, так ведь я не кентавр. Копыта не те. И галопом не умею. А там дорог много и темно, – почти обиженно высказался Пит.

– Ладно, ты молодец, парень! Ступай обратно в таверну. Небось тепло у девок под боком-то? – хлопнул юнгу по плечу Джон.

– Так ведь они думают, я дитё какое-то. Жалеют. Даже вон постригли, рубаху подарили. Ну я за ними тоже приглядываю, – мальчишка нетерпеливо оглянулся на дерущихся.

– Вот и ступай. Приглядывай.

Пит, подпрыгивая, будто в ногах у него было вставлено по пружине, радостно побежал назад, а через минуту Джон услышал его ликующий вопль:

– Так его, так! Дави! Дави!

В эту ночь многие не спали. Пока Джон Стоун дошёл до причала, он встретил с десяток компаний кентавров, приглушённо что-то обсуждающих. Несколько раз его облаяли псы стражи, регулярно обходящей улицы города и склады. Стражники с факелами молча рассматривали Джона и проходили дальше. К бригантине он добрался по свету горящих масляных фонариков вдоль причала. Потемневшая вода не отражала ни звёзд, ни луны, только эти маленькие язычки света.

– Кто идёт? – без особой настороженности спросил из темноты грубый голос.

– Компаньон капитана, Стоун. Как дела? – Джон по трапу поднялся на палубу «Русалки севера».

– Всё в порядке, кэп. Здесь я, Мюррей. Со мной Дикси и Шенон. Как договаривались, – приглушил свой зычный голос плечистый матрос с золотой серьгой в ухе.

– Где все остальные? Из экипажа.

– На корабле никого не осталось. Все моряки – почти что местные. Только мы, новички, без жён. Кстати, тут Дикси приударил за одной вдовушкой. Только я это дело прекратил, – Мюррей при свете масляного фонаря бросил из-под чёрных густых бровей взгляд на Дикси.

Молодой патлатый парень примирительно поднял руки:

– Уж и погулять нельзя! Я же не всерьёз!

– А то ты не слышал, как нашего брата здесь к рукам прибирают! Едва мужик в постель, – а тут кентавры со священником. И женят, будь ты хоть шахом с гаремом на тысячу жён.

– Так вы в курсе этих куртуазных дел? – переспросил Джон у Мюррея.

– А? А… Вечерами в кубрике много чего наслушаешься. А бабы в разговоре по душам – дело первое. И второе, и третье, если начистоту.

Джон похлопал своего старого приятеля по плечу:

– Правильно поступил, Мюррей. И впредь будь осторожнее. Капитан Рич на корабле часто бывает?

– Нет, в основном он в городе. Смены мы не просили, к чему? Так он нами очень доволен.

– Прекрасно. Как наши маяки? – Джон всё-таки решил прикурить от факела Мюррея и остановился, прислонившись к перилам.

– Шенон на шлюпке рыбачит по всему фарватеру. Конечно, хорошо бы проследить хотя бы за проводкой ещё одного корабля с нашей стороны, с берега. Так точнее будет.

– Я тут заметил корабль, только не похоже, что его приходу рады, – Шенон, длиннорукий и сгорбленный от привычки пригибаться из-за своего высокого роста, сплюнул через борт в море.

– А кентавры к нему плавали? – насторожился кэп.

– Нет ещё. Днём сигналили о чём-то, а в темноте и они не рискнут между рифами шастать.

– Они не рискнут, а нам придётся. Другого пути здесь нет, – Джон Стоун внимательно всмотрелся в тёмное лицо Мюррея. – Как думаешь, наши пройдут?

– Сам проведу. Через экватор проходил, мимо Мыса Горн пролез – уж тут-то как-нибудь. Только бы успеть метки поставить. Ничего от Зигфрида не слышно? – он потрогал золотую серьгу в ухе – напоминание о морских походах.

– Пока нет, – Стоун вглядывался в спрятанное рифами открытое море. – Я сначала подумал, что корабль пришёл за нами. Ещё удивился, что так рано. Думаю, посланец уже добрался до Зигфрида. А Золотой немец ещё не потерял ни головы, ни нюха на хорошую добычу. Иначе придётся отложить наши дела до следующего раза.

– Зигфрида нелегко пришить. Крепкий моряк. Лучшего не найдём.

– Повесить могут кого угодно. Моряк, не моряк – на рее любой закачается на девять баллов! – буркнул одетый в чёрный плащ Шенон.

– Сплюнь! Любишь каркать! Ты своё дело сделай, а за нас не бойся, – Мюррей повернулся к Джону. – Вы, кэп, только вовремя предупредите, мы будем готовы дня через два. Верно, Шен?

– У меня и так на руках кровавые мозоли от вёсел. Да ещё рыбу таскать приходится… – Шенон услышал недовольный рык Мюррея и замолчал.

– Отдыхайте пока. Завтра пришлю вам вина и еды со стола самого Хозяина Мозера, – Джон сбежал по трапу на пристань и направился в сторону Дома кентавров.