Сердце не обманет - Барбара Картленд

Замок Честертон считался одним из старейших в стране.

– Вот почему спасти его особенно важно, – рассуждала Джина, когда они вышли посмотреть на ров. – Настоящий норманнский замок, один из первых, построенных Вильгельмом Завоевателем на землях, которые он пожаловал барону Гуи Ле Честеру.

Мисс Уилтон говорила так, будто рассказывала выученный на память урок.

– Неужели? – спросил Джон.

– Не делайте вид, что не знали этого, – укоризненно произнесла она и рассмеялась. – Это ваше наследие. Ваша слава. Иногда я представляю, как вы раздуваетесь от гордости, когда думаете, что в вашем роду были такие люди, как барон Гуи Ле Честер, Суитин Честер, который сражался вместе с Черным принцем, Элджернон Честер, придворный королевы Елизаветы…

– Не хочу вас разочаровывать, – поспешил прервать ее потомок знаменитых предков, – но я не раздуваюсь от гордости. В детстве мне было ужасно скучно учить все эти имена.

– Как? – поразилась юная любительница истории.

– Вот так. Я знаю, каким жалким существом вы меня считаете, но что было, то было.

Джон вздохнул и попытался убедительно сделать вид, будто удручен собственной нерадивостью.

– Что же, – наконец сказала она. – Ничего не поделаешь. У детей бывают разные причуды.

– Я был ужасным ребенком, – сказал герцог Честертон, подливая масла в огонь.

– Не сомневаюсь. Но нельзя же ждать от ребенка любви к истории. На это надо смотреть шире.

– Мисс Уилтон, – с чувством вымолвил он, – если вы не прекратите быть такой невыносимо здравомыслящей и проницательной, я сейчас выкину какую-нибудь глупость.

Джина засмеялась, и смех ее произвел какое-то странное и неожиданное воздействие на молодого герцога. Через все его тело как будто прошла волна наслаждения. Искушение подразнить ее вдруг стало непреодолимым.

– Кроме того, я вырос не в замке, – продолжил он. – Моя семья жила в отдельном доме. Все считали, что мой дядя женится и его сын станет наследником. Так что, вопреки вашей уверенности, меня растили не как будущего герцога.

Она вздохнула.

– Я был обычным мальчиком. Лазил по деревьям и прогуливал уроки.

– Но разве вас не увлекало столь романтическое место? Замок, который стоит тут веками?

– Нет, – не задумываясь, ответил Джон. – А теперь давайте приступим к осмотру. Здесь когда-то была самая укрепленная часть замка.

Он подвел девушку к большой круглой башне. Башня, возведенная на небольшом холме, являлась самым высоким сооружением замка и господствовала не только над остальными строениями, но и над всей округой. Она была выстроена из белого камня и имела узкие окна-бойницы.

– Из этих окон лучники обстреливали нападавших? – восторженно спросила Джина.

– Конечно.

– Прекрасно! – радостно воскликнула любительница старины.

– Какая вы кровожадная!

– Вовсе нет. Но войны – это часть истории, и истинный ученый должен смотреть на всю картину в целом. Мне жалко тех женщин, которые забивают себе голову разными красивыми картинками прошлого, тогда как на самом деле все гораздо интереснее, хотя и страшнее.

– Верно, – прокомментировал Джон, пораженный неженской жесткостью мышления своей собеседницы. – Напомните мне, чтобы я показал вам подземелья с пыточными орудиями. Вам понравится.

– О да, конечно, покажите!

Башня всегда казалась наследному герцогу сырым, мрачным местом, но Джина осматривала ее расширившимися от восторга глазами. Все здесь казалось ей удивительным.

– Как я мечтала попасть сюда в детстве! – сказала она. – Эта башня была видна из окна моей спальни, и я много раз думала о том, какие захватывающие события здесь, должно быть, происходили.

– Ну, мои предки не все время воевали, – заметил Джон. – Здесь были жилые помещения. Там, внизу, находились комнаты для прислуги, а сейчас мы поднимемся туда, где жила семья.

– Здесь внутри не все каменное, – несколько разочарованно произнесла Джина.

– Да, внутри все деревянное и не в очень хорошем состоянии. Так что ступайте осторожно.

Верхние этажи находились в еще более плачевном состоянии. Драпировка и гобелены свисали со стен клочьями. В одной из больших спален стояла кровать с пологом, покосившемся на один угол из-за того, что там не хватало столба.

Но ничто не могло омрачить радужного настроения энергичной девушки. Она счастливо порхала из комнаты в комнату, иногда ненадолго закрывала глаза и замирала, очевидно отдаваясь во власть воображения. Джон наблюдал за ней с добродушной улыбкой.

– Ваши надежды оправдались? – поинтересовался он.

– О, здесь чудесно! Только представьте, что должны были чувствовать себя жившие здесь люди.

– Я думаю, они мерзли. Здесь, наверное, всегда были невероятные сквозняки, даже когда драпировка еще была целая.

Джина как будто не услышала его слов. Она подошла к одному из узких окон и всмотрелась в долину внизу. Джон подошел, встал рядом и впервые в жизни понял, как далеко было видно с этого высокого места.

Многие мили растянулись перед их взором, и с противоположной стороны башни открывался такой же вид. Жившие здесь мужчины и женщины должны были чувствовать себя правителями этих земель.

И местные жители в свою очередь могли видеть башню с очень большого расстояния. Более того, трудно было найти такое место, откуда ее не было бы видно. Наследник титула и замка начал понимать, что имела в виду его гостья, когда говорила, что спасение замка было общим делом, и на сердце у него потеплело.

– Мы на самом верху? – спросила Джина.

– Есть еще один этаж.

Они покинули комнату и подошли к лестнице. Девушка, не долго думая, побежала наверх, но вдруг раздался зловещий треск, ступенька под ее ногой провалилась, потом провалилась та, что была ниже, и в следующий миг Джина полетела вниз.

Со скоростью молнии Джон выбросил руки вперед, подхватил ее и крепко прижал к себе.