Сердце на замке - Мелани Милберн

– Было бы глупо всех и каждого судить лишь по внешности, даже если они так убедительны, как вы.

Джемма встала и подошла к перилам. Она сжала их так крепко, что пальцы побелели. Сделав глубокий вдох, она повернулась к Марку:

– Вы все еще считаете, что я каким-то образом убедила Глэдис переписать на меня завещание? Вы хоть кому-нибудь верите, сержант Ди Анджело?

Он смотрел ей в глаза, но на его лице ничего нельзя было прочитать.

– Были случаи, когда дети использовали в своих целях пожилых родителей. Дети, которые, взяв опеку над родителями с деменцией или старческой потерей памяти, считают, что могут пользоваться их имуществом.

– У Глэдис не было слабоумия, – сухо сказала Джемма. – Она знала, что делает. К тому же я вообще не знала ничего об ее завещании.

– Были случаи, когда чужой человек заставлял старика передать ему все средства или переписать завещание в его пользу, – продолжил Марк, словно не слыша ее. – Иногда человек специально настраивал пожилого человека против его семьи или супруга. Был случай, когда один молодой парень втерся в доверие к пожилой паре. Муж женщины умирал от рака, и парень предложил ей следить за их маленькой фермой. Ее родственники, живущие в разных штатах, не могли повлиять на ее действия, пока она была дееспособна. Она передавала большие суммы денег этому парню, пока у нее ничего не осталось.

– И что вы этим хотите сказать? – спросила Джемма.

– Ничего. Все в городе очень высоко вас ценят. Вы последняя, кого они заподозрят в подобных махинациях.

Джемма сложила руки на груди и пристально посмотрела на Марка:

– В отличие от вас.

– Я этого не говорил.

– Думаю, вам надо подыскать себе другое пристанище, сержант Ди Анджело, – сказала Джемма, опустив руки, и поспешила внутрь. – Вам здесь больше не рады.

Марк поймал ее за руку:

– Постойте, Джемма.

Она ощутила, как трепет пронизал ее, когда Марк сильнее сжал ее руку. Жар пронесся и охватил ее. Джемма взглянула в его темно-карие глаза, и внутри ее все перевернулось. Его взгляд скользнул к ее рту. Он облизал пересохшие губы, давая понять, как ему хочется поцеловать ее. Джемма чувствовала, как сгущается воздух, как Марк привлекает ее к себе. Она ощутила прикосновение его бедер и его растущее возбуждение. Он взял ее вторую руку, его пальцы, словно наручники, сомкнулись на ее запястьях. Он медленно водил пальцами по ее ладоням, и внутри Джеммы вспыхивали фейерверки. Его взгляд снова скользнул к ее губам, и он медленно стал наклоняться к ней.

– Так вы проиграете пари, – пробормотала Джемма.

Марк остановился так близко, что она чувствовала его дыхание на своих губах.

– Я еще не поцеловал вас, – хрипло ответил он.

– Нет. – Она взволнованно облизнула пересохшие губы. – Но собирались.

Марк криво усмехнулся, отчего сердце Джеммы впервые за несколько месяцев бешено забилось.

– Может, я поцелую, а может, и нет. – Его пальцы по-прежнему поглаживали ее ладони.

«Ну же, сделай это», – беззвучно молила Джемма. Ее грудь, прижатая к его груди, ныла, твердые соски терлись о кружево белья. Внутри все дрожало от волнения. Ее так давно никто не целовал. Ее снедало нестерпимое желание.

Марк медленно выпрямился и отпустил ее, сделав шаг назад.

– Думаю, мне стоит собрать свои вещи, – сказал он и направился в дом.

Джемма схватила его за руку, как прежде он. Его рука была теплой и сильной, покрытой волосками, которые щекотали ее ладонь и пальцы.

– Нет, – мягко произнесла она. – Пожалуйста… Пожалуйста, не уходите.

Он вопросительно поднял брови:

– Вы хотите, чтобы я остался?

Она облизнула губы:

– Я… Я не прошу вас спать со мной, сержант Ди Анджело.

Он приподнял ее лицо и заглянул в глаза:

– А о чем же вы просите?

Джемма выдержала его взгляд:

– Прошу вас поверить, что я не в состоянии принудить старую женщину действовать в моих целях.

Марк на секунду взглянул на ее губы:

– Доверие вам очень важно, не так ли?

– Да, так и есть.

Он провел пальцем по ее нижней губе, заставляя Джемму жаждать большего.

– У вас красивые губы, просто созданные для поцелуя.

«Ну так поцелуй же меня!» – мысленно кричала она.

– Я мог бы запросто наклониться и поцеловать вас, – сказал Марк, глядя ей в глаза и продолжая гладить ее губу.

– Что же вас останавливает? – дрожащим голосом спросила Джемма.

Марк вновь криво улыбнулся:

– Не люблю проигрывать.

– Отмените пари.

Он провел пальцем по ее щеке:

– Это то же самое, что и проигрыш.

– Ваше самообладание всегда так крепко?

– Я научился мыслить здраво независимо от напряженности момента. Самообладание и дисциплина вбиты в нас, в копов. Нельзя терять контроль в смертельной опасности.

– Едва ли эта ситуация опасна для жизни, – искоса глядя на него, ответила Джемма.

– Возможно, – ответил он, опустив руки, и его лицо вновь стало непроницаемым. – Вам стоит лечь в постель. Я все уберу.

– Я думала, что доктор здесь я, а вы – гость. Кажется, сегодня мы поменялись местами.

– Вы не привыкли, что за вами ухаживают, правда?

Джемма отвернулась от его всевидящего взора:

– Я люблю независимость. Я поняла, что так меня сложнее подвести.

– Кто вас подвел? Возлюбленный?

Джемма взглянула на призрачные очертания деревьев на берегу.

– В Мельбурне у меня был жених, – помолчав, сказала она. – Он нашел себе другую и забыл сообщить об этом мне. Когда она забеременела, я все еще носила его кольцо. Сейчас они поженились.

– С этим, наверное, сложно было справиться.

– Да, но я пережила это.

– Вы молодец.

Она повернулась к нему:

– Пожалуй, я пойду спать и позволю вам все убрать. Это был сложный день. Спокойной ночи.

– Джемма…

Она остановилась и обернулась:

– Да?

Кажется, прошла целая вечность, прежде чем Марк отвел взгляд и проговорил:

– Почему вы не отмените пари?

Джемма ощутила всплеск желания, но быстро подавила его.

– Я подумаю об этом, – ответила она и оставила Марка одного в лунном свете.