Дочь куртизанки - Разия Саджад Захир

— Я работаю в департаменте общественного благосостояния. Среднее образование получил в колледже Шервуда, дома занимался с гувернанткой. Но когда отменили заминдарство, наши доходы резко сократились, пришлось бросить учебу и поступить на службу.

— Ну и правильно. Велико ли дело, что я сдал экзамен на степень магистра… Или вот наш друг, двоюродный брат Нафис, о котором я говорил и который сначала и до конца всегда был первым учеником. Посмотрим, какую перепелку пошлет ему за это судьба. — Он вдруг вспомнил: — Вы не смотрели сегодня газеты? Должны быть опубликованы результаты экзаменов на степень магистра искусств в университете Лакнау.

— Есть уже, — подтвердил Джавид.

— Есть? Где? — нетерпеливо спросил Салман.

— В «Нэйшнл».

— Боже мой! Тетя так привержена ко всему английскому, что не признает ничего, кроме «Стэйтсмена». Если вам не трудно, давайте спустимся вниз и купим «Нэйшнл».

Они повернули назад.

Нафис сидела на постели, обложившись подушками, с теплым шарфом на плечах и ногами, укутанными в одеяло. В руках она держала чашку с отваром.

— Но, милая мамочка! О боже, до чего же противно! Такой невкусный отвар, меня того и гляди вырвет. Да я здорова, мне уже сделали растирание, не буду я пить эту дрянь!

Госпожа набросила на себя шелковое одеяло и закурила.

— А где это Нилам до сих пор? Эй, Гафур, принеси-ка соли — белой, столовой. А как же обед, Нафис? Так и будешь сидеть в постели? О чем это я только что говорила? Да, Нилам, наверное, не застала миссис Тандан, вот и задержалась…

Вошел Гафур и принес соль и чайную ложку.

— Госпожа, она пришла, — доложил он. — Она плачет, наверное, где-нибудь упала и ушиблась.

— Ай-ай, — встревожилась госпожа. — Надеюсь, она не вывихнула ногу? Кто будет бегать с поручениями? Узнай, нет ли вывихов и переломов. Да позвони доктору Панту. Скажи, что…

В это время дверь распахнулась, и Салман с порога крикнул:

— Вот и мы, тетя!

Госпожа вытянула шею и попыталась рассмотреть, кто стоял позади Салмана.

— Кто там? Джавид? И Джавид пришел? Входите, входите.

Первым вошел Салман, за ним — Джавид. Салман держал в руке газету. Он протянул ее Нафис.

— Держи. Господина Юсуфа на этот раз подвесили.

Нафис поставила чашку на стол и принялась лихорадочно листать газету. Джавид наблюдал за ней. Она нашла то, что искала, и рассмеялась:

— И не стыдно тебе, Салман, так пугать? Подвесили! Он снова первый. Посмотри, мама! — И она протянула газету матери.

— Я и сказал «подвесили», — заметил Салман. — Когда подвесят, человек находится где-то вверху. Да ведь ты училась в английской школе, где тебе понимать урду.

Он встал, взял со стола сумочку тети и подал ей. Она вытащила оттуда очки, не спеша надела их и стала читать.

Джавид подвинул свой стул поближе к Нафис.

— Когда я входил сюда, то слышал, что тетушка послала Гафура за врачом. Тебе стало хуже? — спросил он вполголоса.

— Нет, это Нилам. Она ходила в Брукхилл передать приглашение миссис Тандан, вернулась и плачет не переставая. Мама боится, что она вывихнула или сломала ногу.

— При чем тут ноги, — сказал Салман. — Просто испортилось настроение. Она ведь такая: поссорится с поваром — и тут же у нее лихорадка, повздорит с мунши — сразу болит голова, поцапается со сторожем — подхватывает ангину. А на этот раз у нее, кажется, болит сердце.

Он повернулся к Джавиду, хотел что-то сказать, но, увидев, как тот побледнел, замолчал.

— Вывих — очень болезненная штука, — пролепетал Джавид, пряча от собеседника глаза. Он подумал, что спасется от разоблачения, если отвернется от Салмана.

Нафис с откровенным удивлением смотрела на Джавида. Что с ним?

— Да нет у нее никакого вывиха, — заверил Салман. — Вот я притащу ее сейчас сюда.

— Оставь ее, Салман. Я сама пойду к ней, — сказала госпожа и поднялась.

Как только она ушла, Нафис достала из-под подушки две колоды карт и предложила сыграть. Джавид отказался. Он тоже встал и торопливо распрощался с ними.

— Я пойду. Мне надо успеть к четырехчасовому автобусу в Лакнау, — сказал он.