Тусовка инкорпорейтед - Роз Бейли

– Магическое влечение… – задумчиво протянула Мышка. – Думаю, я знаю, о чем ты говоришь. Именно по этой причине я ни с кем не встречаюсь после падения Берлинской стены. Вокруг меня полно парней, в клубе, в спортзале, на просмотрах, но большинство актеров – голубые, а те, кто тусуется в клубе, слишком молоды. Чего хорошего ждать от парней, которым нет и тридцати? Удивительно, что они вообще в состоянии чем-то заниматься, когда у них вместо головы задница.

Мерлин фыркнул и закашлялся.

– Не принимай на свой счет, милый, – успокоила его Джейд.

– Я не обиделся, – сказал он. – И знаешь, ты чертовски права. Лет десять назад я был настоящим завсегдатаем клубов и, если пропускал хотя бы одну ночь в «Лайм-лайт» или «Палладиуме», чувствовал себя отставшим от жизни.

Джейд улыбнулась.

– Я не намерена покупаться на это дерьмо с судьбой и звездами. Если внимательно понаблюдать за людьми, диву даешься, что брак вообще существует. Мы все такие разные, каждый со своими взглядами и привычками. Как при этом рассчитывать, что два человеческих существа сумеют договориться о том, что будет на обед, и какие уж тут серьезные жизненные проблемы? И потом, ограничиться одним сексуальным партнером? – Она взмахнула головой, и темные волосы рассыпались по плечам. – Почему я должна есть ванильное мороженое каждый вечер? Может, мне захочется ореховое или малиново-миндальное? А может, с печеньем, или хот-фаджем, или с карамелью? А может, я вообще не захочу мороженого, а потянет меня на кусочек пирога или пирожного?

Мерлин промокнул рот салфеткой и повернулся к Зое:

– Кстати, у тебя в холодильнике не найдется мороженого?

Но Джейд уже было не остановить.

– И прекрати обвинять себя в том, что твой брак не удался. – Она строго взглянула на Зою. – Твоя единственная ошибка состоит в том, что ты потратила время на этого урода. Но сейчас ты свободна, спасибо ублюдку Нику. Попробуй подумать об этом как об освобождении, о начале эры безграничных возможностей. Твои дни и ночи больше не будут скучными и предсказуемыми.

– Меня вполне устраивала их предсказуемость, – ответила Зоя.

– Теперь все возможно, – продолжала Джейд. – И лучше всего то, что отныне ты можешь заниматься сексом с кем хочешь. В любое время, в любом месте.

– О, ты рассказываешь так смачно, – простонала Мышка, – продолжай, крошка!

– Точно. – Мерлин отхлебнул еще пива. – Знаешь, Джейд, а мы всегда думали, что ты уже переросла все эти глупости. Кто же мог представить себе, что ты так серьезно к этому относишься.

Джейд вскинула голову и самодовольно улыбнулась:

– Секс – это все. Когда вы, девчонки, наконец, отбросите ваши романтические бредни и начнете наслаждаться всеми радостями хорошего секса?

– Я готова, сестра! – Мышка молитвенно сложила ладони. – Все – в поезд любви! – Она обернулась к Зое: – Ты остаешься в одиночестве, дорогая? Потому что тебе нужны добрые стабильные отношения. Высокий, темноволосый, с твердым…

– Прекрати! – хихикнула Зоя. – В самом деле, ребята, я бы хотела отвлечься от этого, но сейчас не могу даже вообразить, что когда-нибудь вновь займусь сексом или даже разденусь перед мужчиной – ну разве что перед гинекологом, и то лишь потому, что моя докторша родила ребенка и ушла с работы.

– М-м… – Мышка понимающе кивнула. – Погоди немного, Зоя. Все изменится, как только ты выбросишь из головы мысли о бывшем муже. Изменится твоя карма.

Мерлин щелкнул пальцами.

– Я должен составить тебе астрологическую карту. Было бы полезно посмотреть, что происходит сейчас с твоим гороскопом.

– Может быть… – Зоя с сомнением пожала плечами. – Ты же знаешь, я всегда очень переживаю из-за этого. Уверена, ты посмотришь в мой гороскоп и тут же увидишь, как меня сбивает машина, или спутник падает прямо мне на голову, или еще что-нибудь в этом роде.

– То есть ты предпочитаешь ничего не знать? – удивился Мерлин. – Счастье в неведении?

Поскольку Зоя промолчала, в диалог вступила Мышка:

– Может, взглянешь на мой гороскоп и выяснишь наконец, когда придет грандиозный успех? И, кстати, завтра удачный день? Завтра у меня очень ответственное прослушивание для нового мюзикла. Один из авторов – просто хит-машина, и там полно ролей для роскошных афроамериканок вроде меня.

– Правда? – обрадовалась Зоя. – Ну, Мышьбургер, это было бы классно!

– Пожалуйста, не сглазь. Меня так достала эта работа за стойкой, обслуживание этих недояппи. Все эти испорченные юнцы полагают, что им положено в этом мире все – от роскошных квартир до стильных наркотиков, которые им должны подать на серебряном блюдечке.

– Ты просто устала быть по другую сторону этой баррикады, – заметила Джейд. – Когда-то и мы были девочками-тусовщицами и шлялись по клубам. А некоторые продолжают делать это до сих пор.

Мышка закатила глаза.

– Ага-а-а. Но мы никогда так себя не вели и умудрились пробраться сквозь дебри наркотического угара без особых потерь. Но это их экстази – абсолютная дерьмовая задница. А сопляки не задумываются о том, что эта штука убивает их, они совершенно уверены, что с ними ничего не случится. Вот в этом-то и есть главное дерьмо – «со мной никогда не произойдет ничего дурного». Прошлой ночью я видела, как загибалась от передозировки одна девица. – Мышка прикрыла рукой глаза. – Я больше не могу. Она могла умереть – и знаете что? Мне было абсолютно по фигу.

– Мы очерствели, утратили сострадание? – спросил Мерлин.

Мышка кивнула:

– Я испугалась себя. Девчонку отправили в больницу, я помогала загрузить ее в машину. Мы превращаемся в своего рода мясорубку, каждую ночь отправляем на переработку несколько свежих тел. А владельцы клуба всеми способами стараются избежать вызова «скорой помощи», поскольку каждый вызов записывается. А значит, полиция может заинтересоваться, откуда в клубе «Вермилион» появляются наркотики. И в какой-то момент возьмут владельцев за задницу по обвинению в распространении наркоты.

– У нас в отеле останавливался как-то парень, звезда рэпа, он умер от передозировки прямо в номере, – сказал Мерлин. – Слава Богу, я этого не видел и рад, что это случилось не в мое дежурство. С тех пор я не предлагаю этот номер своим знакомым. Сама мысль о том, что там скончался парень, наводит ужас, словно его дух все еще обитает в номере.

Джейд протерла салфеткой пальцы и устало откинулась на кушетку.

– Вы, ребята, принимаете все слишком близко к сердцу. Если эти люди убивают себя – дети или рэп-звезды, – вы все равно ничего не сделаете. Они сами виноваты в своем безответственном поведении. Мне, например, их вовсе не жаль, и вы не должны переживать из-за них. – И, обращаясь к Мышке, добавила: – А тебе нужно сосредоточиться на собственных проблемах.

– Меня просто напугало то, что я заглянула внутрь себя и не обнаружила там ничего. Ни жалости, ни сострадания, никаких чувств вообще по отношению к этим людям.