Палатка для двоих - Джанис Мейнард

– Рэйчел, это Майкл.

Рэйчел радостно заулыбалась:

– Как ты?

– Сначала скажи, как ты! Если верить Сэму, ты почти при смерти.

Рэйчел рассмеялась:

– Сэм любит преувеличивать. Это у него профессиональное. За меня на рынке могут назначить скидку из-за царапин и вмятин, но в остальном я в порядке. В понедельник буду в редакции. А как поживает наш собственный рекламный гений?

– У меня небольшое потрясение в личной жизни.

– Может быть, у тебя есть новости посвежее? – игривым голосом произнесла Рэйчел.

– Ты делаешь мне больно, Рэйчел, – печально проговорил Майкл. – Ты должна испытывать благодарность к человеку, который подтягивал тебя по экономике в течение целого семестра.

– Да, только не будем забывать, кто помог тебе на олимпиаде первокурсников.

– Ты права. Пусть это остается нашим маленьким секретом. Будет чрезвычайно неприятно, если в редакции прознают, что мне не под силу самостоятельно написать и двух абзацев.

– Никого не волнует, если ты не сможешь правильно написать даже свое собственное имя, лишь бы доллары рекламодателей продолжали течь через твои руки.

– Аминь, – шутливо произнес Майкл. – Но я позвонил по другому поводу. Как насчет того, чтобы вместе поужинать в четверг?

– Я думала, все твои вечера по четвергам предназначены для великолепной Мэгги.

– Мэгги не желает со мной разговаривать, – пожаловался Майкл. – Насколько мне не изменяет память, она заявила, что «в преисподней выпадет снег, прежде чем я еще раз свяжусь с подобным эгоистичным, самовлюбленным, инфантильным плейбоем».

– О-о-о… – с сочувствием протянула Рэйчел.

– Так как насчет оказания мне небольшой моральной поддержки в четверг? – с надеждой спросил Майкл.

Рэйчел была тронута его жалобным голосом. Они дружили начиная с первого года учебы в колледже. Майкл взял тогда под свою опеку застенчивую и замкнутую девочку, и между ними возникла нежная, бескорыстная привязанность. Их отношения не переросли в любовь, зато крепкая дружба сохранилась навсегда.

– С удовольствием составлю тебе компанию. Надеюсь, к четвергу мои синяки будут не так заметны и никто не подумает, что ты избил свою жену.

– Слава Богу! – засмеялся Майкл.

Они поболтали еще немного. Положив трубку, Рэйчел в задумчивости уставилась на телефон. Майкл встречался со многими женщинами, пока не познакомился с Мэгги. Рэйчел полагала, что на этот раз он испытывает серьезное чувство, и интонация его голоса подтверждала это. Что ж, в четверг все прояснится.

Поздно вечером в телевизионных новостях передали, что на северо-востоке Джорджии идут ливневые дожди с грозами. Рэйчел внимательно рассматривала карту штата на экране телевизора, стараясь вспомнить, упоминал ли Ник место, где предполагалась ночевка. Ей стало как-то нехорошо, когда женщина-метеоролог деловито предупредила об опасности внезапных наводнений.

Рэйчел пыталась убедить себя, что причин беспокоиться о Нике нет, но перед тем, как заснуть, мысленно помолилась за него.

В ста пятидесяти милях от дома Рэйчел, в палатке, установленной на вершине небольшой горы, густо поросшей лесом, лежал с открытыми глазами Ник и слушал завывания ветра в кронах деревьев. Частые молнии то и дело освещали палатку. Сон все не шел.

Он почувствовал, как страстное желание быть с Рэйчел, заниматься с ней любовью обуревает им. Скрипнув зубами и что-то проворчав в свой адрес, он повернулся на бок и усилием воли заставил себя заснуть.

В понедельник Рэйчел поднялась на полчаса раньше обычного, чтобы по дороге в редакцию показаться своему врачу. Она была в прекрасном настроении.

Доктор Филлипс снял повязку с ее головы и внимательно обследовал небольшую рану.

– Швы наложены прекрасно. Думаю, никакого шрама не останется.

Он обработал спиртом кожу вокруг раны и аккуратно снял швы. Рэйчел встала с кушетки и посмотрела на себя в висящее на стене зеркало. Совсем не плохо!

Она повернулась к улыбающемуся молодому врачу:

– Благодарю вас, что смогли принять меня.

– Мне было приятно сделать это, Рэйчел. Я постоянно домогаюсь встречи с вами за пределами этого медицинского кабинета, но вы такая жестокая, что каждый раз отвергаете мое приглашение.

Рэйчел улыбнулась:

– Попасть к хорошему врачу труднее, чем быть приглашенной на свидание. Если вы не против, оставим наши отношения без изменений. – Рэйчел улыбнулась, глядя на опечаленное лицо врача. Она не думала, что ее отказ серьезно его огорчит.

Выписывая чек на регистрационной стойке, Рэйчел вдруг подумала о необъяснимости причин взаимного влечения мужчин и женщин. Доктор Филлипс был прекрасным врачом и привлекательным молодым человеком. В ее редакции работали красивые и обаятельные мужчины, готовые на близкие отношения с ней. Однако только Ник заставлял сердце Рэйчел биться сильнее.

Только ему удалось сделать это. Стоило Рэйчел услышать его голос в телефонной трубке, как мгновенно слабели ноги. Она никогда не придавала большого значения сердцебиениям, потеющим ладоням и прочей любовной чепухе, описанной в романах, но в присутствии Ника эти, как ей казалось, надуманные проявления чувств становились реальностью.

Рэйчел посмотрела на часы и заспешила к автомобилю. Работа – вот лекарство, которое ей поможет. Много работы. Она возьмет у Сэма столько заданий, сколько он согласится дать, а Ника задвинет в самый маленький и далекий уголок своей души.

Знакомый монотонный шум в помещении редакции вызвал на лице Рэйчел счастливую улыбку. Здесь она чувствовала себя как дома. Сэм был в своем кабинете и сразу начал вводить Рэйчел в курс дела. Ей предстояло завершить статью вместо заболевшего Джима.

Через тридцать минут она уже сидела за своим столом. Перед ней стояла чашка с горячим кофе и лежала стопка исписанных листов бумаги. Рэйчел включила компьютер и принялась за работу.

В понедельник утром Ник потратил час на то, что уговаривал себя не ходить в редакцию журнала «Атланта тудей». Еще полчаса ушло на поиски предлога, чтобы все-таки побывать там. И вот теперь он стоял в дверях её маленького офиса.

– Рэйчел, – позвал Ник.

При звуке его голоса она так резко опустила руку с карандашом, что едва не опрокинула кофейную чашку. Глаза их встретились: взгляд Ника сиял от радости, Рэйчел же смотрела настороженно.

– Привет, Ник. Зачем ты здесь? – Рэйчел могла гордиться твердостью своего голоса.

– Я вижу, швы сняли. – Ник намеренно избегал отвечать на заданный ею вопрос. – Не больно было? – спросил он и посмотрел на Рэйчел пристальным взглядом.

– Нет, все в порядке. Очевидно, я оказалась чересчур твердолобой.