Жена понарошку - Эмили Джордж

Кристи принялась стелить постель, с дрожью вспоминая, с какой страстью Доминик поцеловал ее. Побывав в его объятиях, Аманда вряд ли убежит, как испуганный ребенок. Что это со мной? — сердито спросила себя Кристи. Я поступила совершенно правильно. Я слишком люблю его, чтобы согласиться на короткий романчик, каким бы страстным он ни был!

Больше недели она ничего не слышала о Доминике и всячески уверяла себя, что рада этому. Снег, как и предсказывал отец, за ночь укрыл все окрестности белым покрывалом. Лютый мороз буквально-таки приковал их к дому. Партнер доктора Сэвиджа несколько раз звонил по поводу здоровья Берты, и Кристи сделала вывод, что Доминик не горит желанием увидеться с ней.

Она уже отпечатала заметки, которые сделала на заседании комитета, а майор и леди Энтони позвонили и подтвердили свое намерение заняться подготовкой костюмированного бала.

Как только погода наладилась, отец отвез Кристи в Ньюкасл, и она провела целое утро в маленьком пыльном магазинчике канцтоваров, спрятавшемся в дальнем закоулке.

Сдвинув в сторону громадную стопку просроченных формуляров и бланков, она нашла-таки папку с обычными пригласительными открытками. Памятуя о характере вечера и возможной реакции Аманды Хэйз, Кристи сознательно выбрала самые крупные по размеру и самые официальные из всех открыток и оформила заказ. Отец, встречавшийся в центре города с приятелем-адвокатом, настоял на том, чтобы они вместе пообедали в маленьком ресторанчике, куда она обожала ходить в детстве.

Ей запомнилось внутреннее убранство этого заведения, выдержанное в нежно-персиковых тонах в сочетании с парижской лазурью, которое согревало душу в самый лютый мороз. Но с тех пор, как Кристи впервые побывала в нем, ресторанчик несколько раз переходил из рук в руки. Снаружи здание осталось прежним, но новый владелец, к сожалению, заказал интерьер самого дешевого, кричаще-яркого пошиба. Правда, в камине по-прежнему уютно горел огонь, и как только Кристи назвала себя, ей сообщили, что отца еще нет, и предложили расположиться в уютном кожаном кресле рядом со стойкой.

Она заказала коктейль, но даже не успела пригубить его, как дверь открылась и вошла пара. Сердце у нее так и застыло в груди, когда она узнала вошедших, — это были Доминик и Аманда, по-хозяйски державшая его под руку.

Тот бросил на Кристи хмурый, недобрый взгляд. Чувствуя, как на глаза ее наворачиваются слезы, девушка, прикусив губу, отвела глаза в сторону. Она уставилась на огонь в камине, и мир вокруг погрузился в густой туман. Кристи крепилась изо всех сил, она не могла позволить себе сорваться в их присутствии. Доминик был прав: она так и не стала взрослой и по-прежнему вела себя, как подросток.

— Ба, как тесен мир! — ласково протянула Аманда. — Впрочем, в нашем захолустье только и жди, что натолкнешься на кого-нибудь из знакомых. Ты одна?

Ее пренебрежительный тон подразумевал, безусловно, положительный ответ, и Кристи стоило немалых сил быть любезной.

— Нет, я жду отца. Мы приехали утром, чтобы заказать приглашения на бал.

— Ну, ты могла бы предоставить это мне. У мамочки в Лондоне есть один знакомый… — Приторный тон Аманды выводил Кристи из себя. Она не могла понять, как взрослая женщина может употреблять выражение «мамочка». — Дорогой, я умираю от жажды, — продолжила та. — Выбери что-нибудь приличное. Я целиком доверяюсь твоему вкусу. Ты знаешь, что мне нравится.

Наблюдая, как Аманда кокетничает с Домиником, Кристи спрашивала себя, поймет когда-нибудь эта женщина, что она переигрывает. Чего зря стараться, ведь Доминик не питает ни малейшего интереса к ее воображаемой сопернице. Будь Аманда поумнее, ее вполне успокоила бы его реакция на встречу с Кристи — трудно не заметить их взаимной неприязни.

Едва Доминик отошел к стойке, Аманда злорадно поинтересовалась:

— Что ты собираешься надеть на бал? Я решила специально для этого вечера сшить что-нибудь новенькое. Крестная настаивает, чтобы я снова обратилась к Иву Сен-Лорану. Его модели — просто песня!

Кристи едва сдержалась, чтобы не объяснить этой выскочке, что неприлично с такой откровенностью выпячивать их неравенство в финансовом и социальном положении, когда вернулся Доминик. Даже не глядя на него, девушка каждой клеточкой своего тела ощущала его присутствие. Он сел рядом с Амандой — как можно дальше от нее, Кристи. Пожалуй, ему не стоило лишний раз подчеркивать, что он не желает иметь с ней дела, подумала девушка с болью, это и без того было очевидно.

У нее было достаточно времени, чтобы хорошенько обдумать и взвесить то, что выяснилось во время их последней встречи, и поверить в искренность его горячих упреков. Разумеется, он не мог заниматься с Кристи любовью и имел все моральные основания дать ей от ворот поворот, осознавая, куда может завести ее неопытность.

Но они оба недооценили силу ее чувства к нему. Как бы то ни было, Кристи не сомневалась, что Доминик всего лишь хотел вернуть ее к реальности и дать понять, что она поступает неправильно. И он преуспел в этом, наполнив душу девушки сомнением и отвращением к себе.

— Я как раз рассказывала Кристи, что собираюсь в Лондон за новым платьем для бала, — кокетливо надув губки, сообщила Доминику Аманда. — Может, составишь мне компанию, милый? Тебе полезно немного развеяться, ты слишком много работаешь.

Кристи стало совсем дурно. Она отвернулась, чтобы не слышать ответа Доминика… и, к своему величайшему облегчению, увидела отца, входившего в ресторан. Чуть не расплескав напиток, она вскочила на ноги и бросилась к нему.

— Привет, Доминик! — сказал отец, обнимая Кристи. — Не ожидал встретиться тебя здесь.

— Я приехал по делам, — коротко ответил тот.

— А я, получается, всячески мешаю ему, — проворковала Аманда.

Кристи взглянула на отца и по выражению его лица поняла, что сейчас с его стороны последует приглашение на обед, и тогда ей придется снова наблюдать, как Аманда флиртует с Домиником. Это было выше ее сил. Кристи всегда отличалась живым воображением, и ей не требовалось новых доказательств того, что Аманда и Доминик — любовники. Столь страстный мужчина, — а его поцелуй красноречиво говорил об этом, — не мог слишком долго сдерживать свой темперамент в обществе привлекательной и доступной женщины. Да и почему, собственно, он должен был себя сдерживать?

— Папа, если ты не против, давай пообедаем дома. Сейчас я еще не проголодалась.

Кристи, зная, что выдает себя этим признанием, предпочла не заметить, как сверкнул глазами Доминик, который тут же стал уговаривать Пола остаться. Все, к чему она стремилась, — это как можно скорее оставить этот уютный, домашний ресторанчик, потому что сидеть лицом к лицу с Домиником было просто невыносимо.

Отец нахмурился, но Кристи так умоляюще посмотрела на него, что он был вынужден согласиться:

— Ну, если ты так хочешь… Признаться, я и сам чувствую себя не в своей тарелке, когда надолго оставляю твою мать.

Он отправился к стойке, чтобы отменить заказ, и заплатил за коктейль, так и не выпитый Кристи. Когда они вынырнули из подвальчика в морозный, ветреный полдень, Кристи озадаченно подумала, уж не привиделось ли ей, что Доминик проводил ее взглядом, в котором сквозили презрение и угроза.