Прекрасная защитница - Дженна Питерсен

Онемев от ужаса, Эмили смотрела, как Грант поднял над головой тяжелый стул и опустил его на плечи Каллена Лири. Дерево треснуло, ударившись о крупное тело громилы, но в ответ, тот только крякнул. На лице Лири не отразилось никакой боли.

Но Гранта это не отпугнуло. Он откинулся назад и нанес Лири мощный короткий удар в челюсть. К удивлению Эмили, этот удар действительно отбросил Лири назад и вызвал приветственные возгласы у толпы, которая оторвалась от карт и наблюдала, как прославленный боксер дерется с человеком, который казался джентльменом с ног до головы.

О чем только думает Грант? Лири – животное, чудовище; он убил двух человек на ринге и кто знает, скольких еще. Грант не мог не знать об этом, ведь он был завсегдатаем притонов вроде «Синего пони», пусть ему и неизвестно, что Лири замешан еще и в политических интригах. Или Грант действительно ищет смерти?

Похоже на то. Грант нанес второй удар. На этот раз Лири занял боксерскую стойку, низко присел, раскачиваясь и подпрыгивая. Он уклонился от удара Гранта и сам нанес удар. Грант нагнулся умело, как тренированный борец, но все же костяшки Лири задели его по ребрам, и Грант отлетел назад, к Эмили.

Это ее шанс. Она должна увести Гранта отсюда прежде, чем его убьют. Прежде, чем Лири вспомнит, что его настоящая цель – она, Эмили. Если он ее схватит, вся маскировка слетит прочь, и больше в этом мире ей не о чем будет беспокоиться.

– Прошу вас, сэр, пожалуйста! Не то будет поздно! – Она помогла Гранту встать и потащила его к дверям.

Грант немного помешкал. Казалось, ему хочется докончить драку, как бы ни были неравны силы. Но потом Грант схватил ее за руку и побежал, обернувшись только чтобы бросить взгляд назад. Толпа тут же повела себя омерзительно – пьяные мужчины и женщины улюлюкали и бросали бутылки в убегающих людей.

Холодный воздух ударил Эмили по лицу, сжал и без того уже измученные легкие. Дышать становилось все труднее. В боку заныло от раны, полученной полгода назад. Это жестко напомнило ей о том, как она испугана. Она вздрогнула, вспомнив, какой страх охватил ее там, в коридоре.

– Пошли, – сказал Грант, не выпуская ее руки и увлекая Эмили по разбитому тротуару.

Она крепко прижалась к нему, ощутив на мгновение спокойствие от его присутствия и слегка потирая через одежду свой шрам.

Спокойствие? Нет. Здесь она была защитником. Отбросив мысли о покое, она посмотрела на Гранта. Кажется, что случившееся не произвело на него особого впечатления. Он направлялся в проулок, где его ждала карета.

Раз уж он ее спас, нужно воспользоваться прекрасным поводом и узнать, что ему грозит. Значит, нужно и дальше играть свою роль. А размалеванная ночная бабочка должна быть потрясена тем, что предстало перед ней.

– Бог ты мой! – сказала она, присвистнув. – Вы что, украли эту колымагу?

Грант сжал губы, отворил дверцу и удивил свою спутницу, втолкнув ее в карету. Зачем он взял ее с собой?

– Нет, – ответил он. – Я ее не украл.

– Значит, эти гербы на боку – ваши? – спросила она, а он закрыл дверцу и постучал кучеру, чтобы тот трогал.

Их окутала темнота, и Эмили облегченно вздохнула. Теперь он ее не узнает. К счастью, у нее есть несколько секунд, она успеет обдумать, что делать дальше.

– Да, мои.

– А что делает здесь, в Ньюгейте, богач вроде вас, да еще с титулом? Вы что, не знаете, что «Синий пони» – опасное место?

Она подалась вперед, надеясь получить ответ. Иногда мужчины откровенничают с дамочками вроде тех, какую она изображает. Если она сможет заглянуть в дела Гранта хотя бы чуть-чуть, это будет почти равноценно тому, что она увидела бы, как он теряет власть над собой в игорном доме.

Почти.

– Вы задаете много вопросов, – пробормотал он, и Эмили услышала, как он что-то ищет в своем плаще.

Вдруг чиркнул кремень, и Грант зажег сигару. На мгновение пламя ярко вспыхнуло, и Эмили увидела на его лице загнанное выражение. Это зрелище как бы обвилось вокруг ее сердца и сжало его так, что вся грудь заболела. Как ей хотелось бы понять, что означает это выражение страдания! Чтобы согнать с его лица эту маску. Она прекрасно понимала, что его страдание не имеет никакого отношения к ее делу.

– У меня тоже есть к вам вопрос, мисс, – продолжал он, попыхивая сигарой.

Она насторожилась:

– Не люблю вопросов.

– Я тоже. Как вас зовут?

Страх охватил Эмили, но она отогнала его. Ей случалось попадать и в худшие положения. Спокойствие – лучшая защита.

– Таким, как я, лучше обходиться без имени. А вас как зовут, милорд?

– Можете называть меня Грантом, – спокойно ответил он. – Куда вас отвезти?

Она замешкалась. Значит, он взял ее с собой не для того, чтобы купить на ночь. Просто он все еще продолжал спасать ее. Эмили нахмурилась. Вряд ли уместно будет попросить его отвезти домой, на Сент-Джеймс-стрит. И вряд будет благоразумно попросить высадить ее в той части Лондона, где они находятся сейчас. Она ведь одета как женщина легкого поведения, а значит, никак не может позвать своего кучера.

Но есть у нее одно укромное местечко. Дом, который купили она и ее, подруги, чтобы было где скрыться при случае. Об этом скромном жилище представителя среднего класса никто не знает, кроме них. Официально этот дом не имеет к ней никакого отношения, так что если Грант и станет наводить справки, никакой связи между ней и этим домом он не установит.

Она быстро сказала, куда ехать. Он велел кучеру остановиться и передал ему слова Эмили.