Место, где прячется солнце - Элен Милдред

Бен стал нежданным и невиданно дорогим подарком судьбы в жизни Сэнди. Он стал братом, другом, отцом, врачом — а по большому счету ангелом-хранителем. Этот нескладный, очень добрый и очень умный парень взял ее под свою опеку и умудрялся решать ее проблемы по мере поступления. Причем делал все так, будто это само собой разумелось и не доставляло ему никакого труда. Сэнди была ему безмерно благодарна, а он в ответ только отмахивался смущенно и говорил, что ему это ничего не стоит.

Для начала он отвел ее в клинику — ту, где трудился волонтером. Врач сказала, что и с Сэнди, и с ребенком все в порядке. Бен договорился, что девушка сможет здесь подрабатывать и здесь же будет рожать. Более того, здесь же, при клинике, был детский приют, организованный благотворительной организацией специально для женщин, попавших в беду. И Сэнди сможет оставлять здесь ребенка под присмотром нянь всегда, когда ей это будет нужно.

Оставалась одна проблема — родители. Сэнди ездила к ним редко и ненадолго, ссылаясь на занятость в университете. Живот у нее был небольшой, и, несмотря на то, что срок достиг уже пяти месяцев, пока никто ничего не заметил. Но рано или поздно придется объясняться. И это Сэнди начинало не на шутку беспокоить.

— На мой взгляд, есть единственное решение, — как всегда рассудительно произнес Бен. — Сказать всем, что это мой ребенок.

— Ты в своем уме? — замахала руками Сэнди. — Нет, это не решение. Я, конечно, ценю твою доброту, и благородство, и готовность прийти на помощь, но это слишком. Нет-нет… Ничего, переживу как-нибудь неприятный разговор. Отец, конечно, повозмущается, но он меня любит, рано или поздно простит. А мама, я уверена, будет на моей стороне. Нет, Бен, не нужно таких подвигов.

— Да вовсе это не подвиг, — возразил он. — Это у вас в провинции все на виду, поэтому кажется — позор и прочее. А в больших городах никому ни до кого дела нет. Я самостоятельный человек, от родителей не завишу, да они и без того никогда не вмешивались в мою личную жизнь. К моменту рождения ребенка уже получу право практиковать, без работы не останусь, у меня есть несколько интересных предложений.

— Бен, — Сэнди не верила своим ушам, — ты что, всерьез собираешься принять на себя заботы обо мне и о ребенке?

— Конечно. А для чего тогда друзья?

Сэнди, тронутая словами Бена, в порыве благодарности прижалась к нему, но согласиться все же не могла.

— Я очень ценю твою дружбу, милый Бен. Но я справлюсь сама.

— Сэнди, — он коснулся губами ее волос, голос его дрогнул, — ты что, не понимаешь? Я люблю тебя.

Она потеряла дар речи, медленно отстранилась от него, села в кресло. Бен нервно заходил по комнате.

— Наверное, не стоило этого говорить. Но иначе ты бы считала, что это жертва с моей стороны. А на самом деле это счастье для меня: чтобы ты была рядом, чтобы я мог заботиться о тебе, помогать тебе, любить тебя. Прости.

— Боже, — Сэнди схватилась за голову. — Бен, ты очень хороший…

Он перебил ее:

— Не беспокойся, не ищи нужных слов. Я не дурак. Я понимаю, что ты меня не любишь, я и не требую от тебя любви, вообще ничего не требую. Просто позволь быть рядом с тобой. Пока буду нужен тебе.

На рождественские каникулы Сэнди поехала к родителям вместе с Беном. Скрывать свою беременность она больше не могла, даже если бы и хотела. Отец был шокирован, мама его пыталась успокоить.

— Дэвид, вспомни, я тоже родила Алексу, когда мне не было еще двадцати.

— Да, но, во-первых, мы были уже женаты. Во-вторых, я старше тебя на десять лет и к тому времени уже твердо стоял на ногах.

— Бен искренне любит нашу дочь, это видно невооруженным взглядом. Он честный, добрый парень. Я уверена, у них все будет хорошо.

Отец сокрушался:

— Это все Марк Гилмор, это он сбил девочку с правильного пути. Ну зачем ей ребенок? Перед ней открывалось такое будущее, а теперь увязнет в пеленках, не до учебы будет.

Сильви покачала головой.

— Ты плохо знаешь свою дочь, милый. У нее стальной стержень внутри. Вот увидишь, ребенок ей не помешает.

— Твои бы слова да Богу в уши… — с сомнением протянул Дэвид.

Сэнди продолжала жить в кампусе, хотя Бен не раз предлагал ей переселиться в его квартиру. Но она категорически отказывалась, считая, что и без того сильно его обременяет. К счастью, беременность была беспроблемной — никаких признаков токсикоза, отеков или еще каких бы то ни было неприятных проявлений. Учеба давалась Сэнди легко, иногда ей даже казалось, что в школе было сложнее. А может, знания впитывались так быстро именно потому, что ложились на хорошую базу.

Несколько часов в неделю она подрабатывала в детском отделении больницы, иногда помогала няням в приюте и потихоньку научилась обращаться с младенцами. Сэнди не сказала бы, что очень хотела ребенка или, наоборот, что очень не хотела его. Когда стало ясно, что аборт невозможен, она просто смирилась с тем, что малыш будет. Это факт, а с фактом не поспоришь.

Сын появился на свет в срок — двадцать восьмого апреля. Сэнди назвала его Арнольд, что в вольном переводе с древнегерманского означает «власть орла», или «сила орла». Что-то есть в этом величественное, гордое, смелое — Сэнди хотела, чтобы именно таким и вырос ее мальчик.

Родителям Бен сообщил, что ребенок родился недоношенным, иначе нехитрые подсчеты заставили бы их задуматься о настоящем отце. Сильви тут же собралась взять недельный отпуск и приехать помочь дочери. Бену пришлось организовывать спешную перевозку вещей из комнаты в кампусе Сэнди к себе в квартиру — Сильви должна быть уверена, что они живут вместе. Сэнди ничего не оставалось, как согласиться. С помощью Ричарда, у которого был автомобиль, управились всего за пару часов.

Мать приехала в тот день, когда выписывали Сэнди. Она привезла такое количество пеленок, распашонок, чепчиков и ползунков, что их хватило бы на роту младенцев. С первого же мгновения, как увидела внука, взяла его на руки, почувствовала биение крохотного сердечка, Сильви поняла, что этот ребенок ей едва ли не роднее Алексы. Она и слышать не хотела о том, чтобы он жил в приюте, пока дочь будет учиться. Скрепя сердце согласилась смириться с этим лишь на те несколько месяцев, когда придется кормить его грудью.