Поцелуй ангела - Сандра Мэй

Он торопливо прошел по коридору, вышел на улицу, попрощавшись с величавым дворецким, завернул за угол и уселся в малолитражный «жучок» ядовито-зеленого цвета, как обычно с трудом уместив в нем колени. «Жучок» ему обычно ссужала тетя Клементина – когда Дик выбирался в Лондон. Вообще-то он прекрасно обходился и общественным транспортом, но тетя Клементина расстраивалась, так что он в конце концов смирился с необходимостью кататься в этой консервной банке на колесах. Вот только никак не мог набраться смелости оставлять зеленое чудо на официальной стоянке клуба – такой юмор остальные члены сообщества, раскатывающие на «мерседесах» и «лексусах», могли и не оценить.

Дик вырулил на забитую машинами улицу. Его ждали любопытная тетя Клементина, бессонная ночь и ранний подъем…

Джессика ворвалась в квартиру словно маленький смерч и, даже не переодевшись, принялась торопливо складывать вещи в спортивную сумку. Иман выглянула из кухни и с интересом спросила:

– У тебя самолет через полчаса или все же выпьешь кофе?

– Мне не до шуток! Это катастрофа! У тебя есть телефон заказа такси?

– Все-таки самолет…

– Завтра в шесть я должна быть на вокзале… Черт, где эта проклятая визитка?!

Джесси бросила сумку и принялась с остервенением выворачивать карманы. Визитки не было.

Иман, прислонившись к дверному косяку, с интересом наблюдала за перемещениями подруги в пространстве, маленькими глотками цедя кофе из кружки. Потом она сжалилась над красной и растрепанной Джесси.

– Объясни толком, куда ты завтра едешь в такую рань?

– В Миддл-Маунтин! Это недалеко от Глостера.

– Насколько мне известно, в ту сторону идут поезда с Паддингтона и Виктории.

– И что мне с этим делать? Они же не на соседних улицах расположены. Я приеду на Викторию, а выяснится, что мне надо на Паддингтон!

– Позвони… ах да, визитка. В любом случае надо позвонить и на тот, и на другой вокзал. Не может быть, чтобы все на свете поезда останавливались в Миддл-Маунтин. Это же не Париж. Зачуханная деревня… кстати, я забыла – а зачем тебе туда?

– Издеваешься, да? Там живет граф Норрингтон, у которого я буду работать няней.

– Да-да, теперь все ясно. Вот что: ты займись вещами, а я обзвоню справочные вокзалов.

Иман справилась с задачей великолепно. Подходящий поезд обнаружился на Паддингтоне, такси было заказано на пять пятнадцать, все имеющиеся в доме будильники выставили на четыре тридцать, четыре сорок и четыре сорок пять, после чего Иман собственноручно расставила их по книжным полкам – чтобы нельзя было накрыть подушкой и спать дальше.

С вещами обстояло хуже.

Ревизия, произведенная в скоростном режиме, показала, что основными элементами одежды Джессики являются джинсы, футболки и мини-юбки. Из обуви нашлись кроссовки (белые с розовым), зимние ботинки на меху и многочисленные туфли на высоченном каблуке – разных цветов и фасонов.

Иман помочь ничем не могла – у них с Джессикой одежда не совпадала ни по одному параметру. Неожиданно выручил Гай – у него нашелся пушистый и теплый свитер с воротником-шалькой, а также парочка пуловеров в стиле унисекс (про себя Джессика решила, что это никакой не унисекс, а совершенно нормальные женские пуловеры – с люрексом и стразиками на груди). Все белье уместилось в небольшом пластиковом пакете, косметика и разные мелочи – в косметичке. Из обуви Джессика решила взять ботинки, кроссовки, пару босоножек и пару туфель – выбрала скромные серые, у них и каблук был не такой высокий.

Все это прекрасно поместилось в не самой большой спортивной сумке, и в два часа ночи Джессика с облегчением вытянулась на своем диванчике, надеясь поспать хотя бы то недолгое время, что оставалось до подъема.

Как всегда в подобных случаях и бывает, сон – упорно не шел к ней. Джессика таращилась в потолок, по которому метались цветные блики от наружной рекламы, считала овец и тщетно пыталась заснуть. Постепенно Джессика погрузилась в некое подобие дремоты – с одной стороны, прекрасно различая привычные предметы обстановки комнаты, с другой – очень явственно представляя себе людей, которых здесь быть никак не могло…

Улыбалась и качала огненно-рыжей головой миссис Клементина Карри, и черный кот с горящими зелеными глазами сидел у нее на плече. Из темноты в углу выступил высокий темноволосый мужчина с трагическими черными глазами и укоризненно постучал согнутым пальцем по циферблату старинных серебряных часов. Мама и папа, веселые и улыбающиеся, помахали ей, пролетая через всю комнату почему-то на надувном банане…

Разноцветные блики на потолке соткались в настоящую радугу, и она мостом выгнулась между комнатой, в которой пыталась уснуть Джессика Махоуни, и далекой, почти неразличимой деревушкой, раскинувшейся на склоне заросшей вереском горы. Белые домики, красные черепичные крыши, черный лес стоит стеной, не ходи в черный лес – не вернешься…

Джессика заснула.

Дисциплинированная Иман проснулась первой, на второй звонок отреагировал Гай, а уже после третьего звонка они вдвоем не без труда разбудили Джессику. Сонная и румяная со сна Джессика безучастно выпила кружку крепчайшего кофе, попыталась заснуть в ванной, но была безжалостно обрызгана холодной водой и отправлена одеваться.

В пять двадцать пять Джессику вместе с сумкой погрузили в такси – шофер не сразу справился с зажиганием, потому что вид темнокожей красавицы Иман в розовом халате и тапках с помпонами – то еще зрелище. Наконец такси стартовало, а Иман и Гай отправились с чистой совестью досыпать.

Без четверти шесть Джессика Махоуни – худенький подросток в вязаной шапочке, надвинутой на самый нос, теплой куртке и легкомысленных бело-розовых кроссовках – стояла под старинными часами на Паддингтонском вокзале и… Нет, нам хотелось бы написать – высматривала высокую фигуру графа Норрингтона – но нет. Дремала стоя.

Она как раз начинала заваливаться, когда сильная рука бесцеремонно ухватила ее за плечо и привела в вертикальное положение. Негромкий мужской голос по обыкновению звучал ехидно:

– Вы прямо как лошадь. Спите стоя. Ничего, потерпите, в вагоне отоспитесь.

– Доброе утро вообще-то.

– Доброе, доброе. Приятно поражен – вы не опоздали.

– Знали бы вы, чего мне это стоило…

– Не сомневаюсь. Судя по всему, ранний подъем не в вашем стиле?

– Абсолютно. Я свежа и бодра в три часа ночи и даже в пять утра – но просыпаться раньше одиннадцати для меня пытка.

– Ого! Так вы изнеженное дитя ночных клубов и кислотных вечеринок?

– В некотором роде. Я работала там официанткой.

– Бож-же, кого мне подсунула тетя Клементина… Надеюсь, вы не нахватались там дурных привычек?

Джессика выглянула из-под бесформенной шапки и неожиданно процедила лениво и с хрипотцой: