Мой лучший любовник - Джил Мансел

Люсиль отказалась, когда они предложили подвезти ее домой — у нее был с собой велосипед. Харри и Сюзи помахали ей на прощанье, наблюдая, как она жмет на педали, постепенно растворяясь в ночи; на ее голове покачивался «ананасовый» хвостик, а за спиной болталась гитара.

— Она очень независимая, — заметила Сюзи.

— О да.

— Чувствую себя так, будто только что взяла щенка из Клуба любителей собак. Мне страшно хочется подружиться. Как ты считаешь, я ей нравлюсь?

Харри пожал плечами, потом улыбнулся.

— Не знаю. Люсиль осторожная и совсем не похожа на щенка. Подожди, пусть она привыкнет. — Он обнял Сюзи за плечи и повел к машине. — Если тебя это утешит, скажу, что мне ты нравишься. — Он слегка сжал ее плечо. — Очень.

Не прошло и десяти минут, как они затормозили у квартиры Сюзи. Взглянув на лихо припаркованный «роллс», Харри сказал;

— А ты не можешь его продать и купить «порше»?

Сюзи любила свой «роллс», потому что никто не мог представить, что она ездит на такой машине. Когда тебе двадцать четыре, у тебя взъерошенные волосы черепахового окраса, длинные ноги и грудь, которая откровенно заявляет «Привет, мальчики!», ты подпадаешь под определенный стереотип. Все сразу видят тебя за рулем какой-нибудь спортивной малютки — что-нибудь обтекаемое и фигуристое, — у которой можно откинуть верх.

Но она никогда не мечтала о такой. Когда много лет назад — вернее, пять лет, хотя казалось, более пятидесяти, — Джез подобрал ее, брошенную и босую, на обочине магистрали, он спросил, какая ее любимая машина, и она ему ответила. А через шесть месяцев на ее девятнадцатилетие он купил ей «роллс».

Это была любовь с первого взгляда. А кроме того, она продлилась гораздо дольше, чем ее брак.

— Все равно приходится платить за парковку машины, — объяснила она Харри, — я хочу, чтобы машина соответствовала деньгам.

— Ясно, ладно, завтра мне рано вставать. Пожалуй, я поеду. — Он запустил мотор и посмотрел на часы.

Сюзи ненавидела, когда мужчины останавливались перед ее домом и сразу выключали зажигание, поэтому он произвел на нее впечатление.

— Хорошо. Поцелуешь меня на ночь?

Харри наклонился к ней и быстро поцеловал в щеку. Потом улыбнулся. О, эта улыбка могла разбить сердце!

— Ты сегодня хорошо провела время?

— Так себе, — ответила Сюзи. — Средне. Не плохо и не хорошо. — Она замолчала. — Зайдешь ко мне на чашечку кофе?

— Лучше не стоит.

— Ладно. — Сюзи это тоже одобрила. Она любила, когда ей отвечали «нет». Но только тогда, когда она знала, что хотят сказать «да». А услышать «нет», которое действительно означает «нет»… ну, это было бы кошмаром.

Когда она уже взялась за ручку, распахнулась дверь Джеза. Джез в одних джинсах свистнул сквозь зубы, посмотрел в темноту и позвал:

— Кот, эй, кот, иди сюда, кис-кис-кис.

— Твой бывший муж, — заметил Харри.

— Да.

Бывший муж, у которого нет никакого кота. Джез посмотрел на машину напротив, сделал такой-удивленный-вид — отлично исполнено, жаль, что он не мечтал стать актером, — и прокричал ей:

— Эй, Сьюз, это ты? Зайдешь что-нибудь выпить?

— Выпить? Я думал, он не пьет. — Харри был явно удивлен.

— Он не пьет. А я да. — Сюзи прекрасно понимала, что задумал Джез.

— Эй, заходи, — сказал Джез. — Еще рано. Всего один бокал.

— Вы с ним все еще?..

— Нет, — заверила Сюзи, — между нами ничего нет.

— Вы оба, — весело произнес Джез. — Заходите оба.

— Ты хочешь? — спросила Сюзи.

Харри посомневался, потом пожал плечами. Небрежно.

— Ладно. Почему бы нет.

Сюзи улыбнулась. Это срабатывало каждый раз. Никто не отказывался от возможности познакомиться с Джезом.

— Но есть и плохая новость, — сообщила Сюзи, — тебе придется познакомиться и с Селестой.

Селеста, подружка Джеза, была для Сюзи настоящей напастью. С короткими светлыми волосами, огромными голубыми глазами, похожими на фарфоровые блюдца, и изящной фигурой восьмого размера, она раздражала своим сходством с куклой Барби, но особенно доставала ее привычка напоминать окружающим, какая она хрупкая и ранимая.

Сюзи нравилась ее собственная фигура — длинные ноги и весьма крутые очертания четырнадцатого размера — и до смерти надоели идиотские комментарии Селесты о лишнем весе. Сюзи не могла понять, что Джез нашел в Селесте, ведь раньше у него был прекрасный вкус и он разбирался в женщинах.

Впрочем, это не было абсолютной правдой. Сюзи знала: у Селесты была козырная карта, спрятанная в рукаве. Селеста могла проводить все свое время, понося Фи и Сюзи, бродить по дому в пухлых тапочках, с нелепыми атласными бантиками в волосах, потому что главное заключалось в том, что она была тоже — вынимаем карту! — как и Джез, вылечившимся алкоголиком.

А Джез убедил себя в том, что Селеста спасла ему жизнь. И теперь она была его талисманом, его счастливым амулетом.

Хотя на самом деле — и Сюзи часто указывала на это — Селеста была просто самовлюбленной охотницей за богатыми мужчинами и занозой в заднице.

— Мы познакомились на собрании Общества анонимных алкоголиков, — сообщила Селеста Харри, как будто он этого еще не знал. «Все на свете, — устало размышляла Сюзи, — уже слышали эту историю». — Я пришла туда и увидела Джеза. Я была в таком состоянии, что даже его не узнала. Я не пила только пару дней. Мне казалось, я попала в ад. После собрания не выдержала и разрыдалась на улице — я уже была готова бежать в ближайший паб. Но Джез увидел, что я плачу, и подошел ко мне. Он помог мне пережить кризис. — Она кивнула, подчеркивая важность сказанного, и тряхнула огромным розовым бантом на макушке, как парой кроличьих ушей. — Мы проговорили всю ночь. Мы почувствовали, что между нами удивительная связь. Понимаете, Джез не пил уже четыре месяца, но ему еще приходилось себя сдерживать. Если бы не он, я знаю, снова начала бы пить. А он то же думает обо мне. Мы поддерживали друг друга, Харри, вот в чем дело. Если один из нас слабел, другой должен был быть сильнее. И мы справились, верно, дорогой? — Ее большие голубые глаза любовно посмотрели на Джеза. — Мы спасли друг другу жизни.