Любимцы публики - Джеки Браун

Эта идея показалась ему еще менее заманчивой. Уж лучше отмучиться за один раз, чем растягивать пытку на несколько дней.

— Нет. Вечеринка — это отличная идея. Где она состоится и когда?

— Мы подумали, лучше дать тебе время здесь освоиться, поэтому запланировали ее на следующую пятницу на восемь часов вечера. Мы соберемся здесь, в «Розе». Валентино приедет. Кристиано, к сожалению, не сможет. Он недавно пострадал при тушении пожара в Риме.

Анжело охватило беспокойство за незнакомого парня, с которым его связывали кровные узы.

— Он… в порядке?

Изабелла тепло улыбнулась:

— Он будет в порядке. — Она помедлила. — Значит, ты согласен прийти на семейную вечеринку?

— Да.

— Ты мог бы привести кого-нибудь с собой. — Ее глаза лукаво заблестели.

— Кого? — спросил Анжело. У него было такое чувство, что его сестра знала больше, чем говорила.

Он оказался прав.

— Как насчет Атланты Джексон? Сегодня утром я уже из трех источников слышала, что ты пил кофе с хорошенькой актрисой в кафе в начале улицы.

Эти люди видели, чем закончилась их встреча?

— Все в порядке, Анжело?

— Да. Атланта приехала сюда для того, чтобы спрятаться от прессы. Она не хочет привлекать к себе внимание.

— Она и не привлечет, — заверила его Изабелла. — Никто не будет просить с ней сфотографироваться. Богатые и знаменитые приезжают сюда, так как знают, что могут рассчитывать на нашу порядочность. Ведь именно благодаря этим людям экономика поселка в последнее время так стремительно развивается.

— Хорошо. В последнее время у нее были проблемы в профессиональной и личной жизни. Меньше всего ей сейчас нужно внимание прессы.

— Я читала, что о ней рассказывал ее бывший бойфренд.

— Все это ложь.

— Вижу, ты очень о ней беспокоишься. Вы с Атлантой давно друг друга знаете?

— В действительности мы вообще друг друга не знаем, — ответил он.

Его сестра улыбнулась:

— Думаю, это можно исправить.

Потирая одной рукой пульсирующий лоб, другой Атланта прижимала к уху мобильный телефон. Сара Дэниэлс, одна из ее немногих настоящих подруг в Лос-Анджелесе, подтвердила ее худшие опасения.

— Мне неприятно тебе об этом говорить, но твое имя по-прежнему не сходит со страниц газет. Сегодня утром, когда по пути на работу остановилась выпить кофе, я видела на обложках двух изданий снимки, на которых ты была вместе с Анжело Казали в аэропорту Рима.

С трудом подавив стон разочарования, Атланта спросила:

— И что обо мне сейчас пишут?

— Дорогая, тебе будет неинтересно это знать.

— Все равно расскажи. — Предупрежден — значит вооружен.

— Хорошо. — Сара вздохнула. — Заголовок в сегодняшнем «Де Скууп» гласит: «Ангел и падший ангел». В статье говорится о том, что ваш роман длится уже много лет.

— Все ясно. А что в другом таблоиде?

— Имей в виду, что автор статьи, скорее всего, фанат «Роугиз», — предупредила ее Сара.

— Хорошо. — Ее головная боль усилилась.

— «Нью-Йоркский Ангел пал жертвой чар голливудской соблазнительницы».

На этот раз Атланта не смогла сдержать стон.

— О чем там говорилось?

— Сначала, как всегда, утверждалось, что Анжело — твое последнее увлечение. Затем была приведена цитата Зика. Он заявил, что ему жаль мистера Казали, и его удивило, что ты остановила свой выбор на бейсболисте, который из-за недавно полученной травмы вряд ли сможет продолжать спортивную карьеру.

— Черт побери, какой же он подонок! — бросила Атланта. — Ладно, если ему так хочется, пусть поливает грязью меня, но он не имеет права втягивать в эту историю кого-то еще.

— Кстати, об Анжело. Как начались ваши отношения?

— У нас нет никаких отношений. Мы летели одним рейсом. А после инцидента с фотографами он предложил меня подвезти.

— И это все?

— Сегодня утром мы случайно столкнулись друг с другом на улице.

Вспомнив, как закончилась эта встреча, Атланта сглотнула. Она слишком остро отреагировала на слова Анжело. Теперь она это понимала.

— Вы планируете снова встретиться?

После ее выходки? Должно быть, он считает ее неврастеничкой и больше никогда к ней не подойдет.

Но это к лучшему. Размышлениям, которые вызвали его слова, было лучше предаваться в одиночку.

«В этом нет твоей вины».

Психотерапевт заверял ее в этом, хотя Атланта сама все знала. Всегда знала, кто виноват. Ее отчим. Дюк был взрослым мужчиной, а она напутанной девчонкой, которая, на свое несчастье, рано расцвела и была вынуждена жить с ним в одном трейлере и терпеть его домогательства. Ее мать делала вид, будто не замечала всего этого, потому что слишком боялась остаться одна.

К счастью, изображение страсти перед камерой никогда не было для нее проблемой, возможно, потому, что она точно знала, чего ожидать. Знала, когда все начнется и когда закончится и как она должна реагировать. Однажды ее партнер по фильму попытался сымпровизировать в постельной сцене и допустил вольность. Она сдержалась, доиграла сцену до конца и покинула съемочную площадку. Умение контролировать свои эмоции помогало ей подавлять болезненные воспоминания. Должно быть, она действительно была хорошей актрисой, если заставляла весь мир поверить в происходящее на экране.

Прошло много времени, прежде чем Атланта перестала испытывать приступы дурноты после секса. В последние годы своих отношений с Зиком она иногда даже получала удовольствие. Но до полного удовлетворения все же редко доходило. Такое положение дел ее вполне устраивало. До недавних пор. Анжело заставил ее задуматься о том, чего ей могло недоставать.

— Атланта? — Голос Сары вернул ее к реальности.

— Что?

— Я спросила тебя, встретишься ли ты с ним снова.

— Нет, — ответила она с убеждением.

— Гм… Жаль.

— Почему ты так говоришь?

Сара рассмеялась:

— Ты ослепла или дала обет целомудрия?

— У меня отличное зрение, да и монахиня из меня вряд ли получилась бы.

— В таком случае, если ты мне скажешь, что в реальной жизни этот мужчина не так сексуален, как на экране, я буду разочарована.

Вспомнив, как Анжело слизывал крем с ее пальцев, Атланта вздрогнула:

— Нет, мастерство оператора здесь ни при чем. Он очень сексуальный.

— Я так и думала.

Чтобы подруга больше не приставала к ней с расспросами, она добавила: