Вторая жена моего Альфы - Вероника Веритас

Мы находились на втором этаже особняка, и я слышала, как дом постепенно просыпался. Внизу хлопали двери, слышались голоса, скрипели половицы.

– Ронан, – раздался позади нас смутно знакомый голос.

Обернувшись, мы с удивлением обнаружили в коридоре отца Ронана. Он опирался на палку, но, судя по всему, самостоятельно поднялся с постели и вышел из своей комнаты.

– Отец? – мой муж стал похож на побитого щенка, будто в одно мгновение забыл обо всех разногласиях со своим родителем. Не отпуская моей руки, он шагнул к Говарду Редмуну. – Ты почувствовал себя лучше? Зачем ты встал с кровати?

– Потому что я больше не в состоянии терпеть беспредел, что творится в этом доме, – сухо произнес глава клана. И из-за его спины, подтверждая мои худшие опасения, выглянула Минди. Ее лицо опухло и покраснело от слез, а сама она была завернута в покрывало. Эта стерва даже не удосужилась одеться перед тем, как бежать жаловаться.

– Она избила меня, – жалобно прогнусавила Минди. – Кочергой.

– Ничего подобного, – удивил меня Ронан, в кои-то веки встав на мою сторону. – Она промахнулась.

Я закатила глаза.

Серьезно?

– Идите сюда. Живо, – Говард Редмун едва заметно качнулся и скрылся в своей комнате. Минди, бросив на меня торжествующий взгляд, последовала за ним.

Змеюка подколодная.

Нам ничего не оставалось, кроме как последовать приказу.

В комнате больного пахло лекарствами. Помещение явно давно не проветривали, и мне хотелось убраться оттуда как можно скорее, пусть даже и в темницу.

– Отец, – Ронан помог своему родителю снова улечься в постель. – Произошло какое-то недоразумение.

– Вот это недоразумение, – длинный палец метнулся в мою сторону. – Избавься от нее немедленно.

Эта идея даже показалась мне здравой. Похоже, у нас с Ронаном с самого начала не было шансов, и пора было это признать и принять.

– Нет, Эмбер – моя истинная пара, – заупрямился оборотень.

– Она пыталась убить твою жену, – повысил голос глава клана.

– А она пыталась его изнасиловать, – возмутилась я.

– Заткнись, – рыкнул на меня Говард. – Тебе слова не давали.

Я поджала губы и рванула руку, но Ронан держал крепко.

– Отпусти, – зашипела я. – Дай мне уйти.

– Да, отпусти ее, Ронан, и я снова сделаю тебя своим наследником, – поддакнул отец.

– Ты не можешь лишить меня права наследования, – возразил мой муж. – Кто-то должен торжественно вернуться в Лимерию и объявить о том, что род Редмун смыл с себя позор.

– Ты думаешь, мне некому передать наш городской особняк? – неприятно усмехнулся старый оборотень. – Поверь мне, щенок, ты очень сильно ошибаешься. Одумайся, пока не поздно.

Но упрямство, похоже, Ронан унаследовал от своего отца.

– Эмбер моя жена, я люблю ее и никогда от нее не откажусь, – холодно произнес он.

Я посмотрела на него.

Другой бы, наверное, уже давно выбрал бы свою семью и избавился от проблемной супруги. Тем более, что выбрал он меня не по зову сердца, а ради жестокой, чудовищной мести.

– Ты уверен? – тихо спросил Говард Редмун, явно давая сыну последний шанс одуматься.

Я толкнула его в бок.

– Как никогда в жизни, – уверенно заявил мой муж. – И мой ответ не изменится.

За этими словами последовал тяжелый вздох.

– Что ж, – глава клана немного помолчал. – В таком случае, у меня не остается иного выбора, кроме как объявить своим наследником Натана.

– Он бастард, которого даже не признали… – подала голос Минди, которая продолжала изображать из себя побитую жертву и куталась в покрывало.

– Я официально признаю Натана Соула своим сыном и наследником, – приподнявшись на кровати, заявил не такой уж и умирающий глава клана. – Все документы уже готовы, осталось только подписать их. Минди, детка, сбегай за Гарретом, он знает, что делать.

– Но я не одета, – проблеяла Минди.

– Быстро, – не посмотрев на девушку, бросил Говард Редмун. И Минди будто ветром сдуло.

Ронан молчал, и до меня доносилось его негодующее сопение.

– Знаешь что, – наконец-то выпалил он. – Делай, как знаешь. Признавай своих бастардов. Но что мое, то останется моим. Не рассчитывай даже на долю с моих предприятий.

– Подавись своими предприятиями, – мрачно ответил глава клана. – И не приползай ко мне, когда передумаешь.

– Не дождешься, – Ронан стремительно направился к выходу и потащил меня за собой. Дверь за нашей спиной хлопнула так сильно, что с потолка посыпалась древесная труха.

– Что теперь? – спросила я, когда он замер напротив окна, тяжело дыша.

– Ты все еще моя провинившаяся жена, – с какой-то неведомой злостью произнес он, повернувшись ко мне. – Видела, на какую жертву я ради тебя пошел?

– Я тебя об этом не просила, – пожала плечами я, хотя ссора мужа с отцом, конечно, произвела на меня впечатление.

Он бросил на меня мрачный взгляд.

– Умей быть благодарной, Эмбер.

Я покачала головой. Благодарной за что? За то, что сломал мне жизнь? Но я прикусила язык, чтобы не усугублять нашу ссору, хотя, наверное, все же стоило высказать все как есть.

– И куда дальше? – спросила я. У меня не было никакого желания ждать прихода Гаррета с Минди и участвовать в дальнейших семейных разборках.

– Посидишь в темнице, – сказал Ронан. – Подумаешь о своем поведении. Возможно, темнота и одиночество собьют с тебя эту спесь.

Темнота и одиночество – как раз то, что мне было нужно. Я надеялась хотя бы нормально выспаться.

Мы продолжили путь по длинным коридорам особняка и в конечном итоге спустились в подвальное помещение, где царил зловещий полумрак. Я даже не сопротивлялась особо, разочарование в муже было таким сильным, что я была не способна дать отпор. Но когда на моей шее замкнулся ошейник, что блокировал оборот, я все же не выдержала.

– Знаешь, Ронан, я многое тебе простила, – сказала я тихо, и его плечи вздрогнули. – Но никогда не прощу тебе этой несправедливости. Это хуже, чем предательство. И даже если ты извинишься, как прежде уже не будет.

– Мне не за что извиняться, – прорычал он мне в лицо и толкнул меня в темную каморку, предназначенную, вероятно, для тех самых непокорных жен. Дверь с грохотом захлопнулась за моей спиной, и, наощупь отыскав узкую кровать, я опустилась на нее и закрыла лицо руками.

Глава 6

Вероятно я все же уснула, потому что разбудил меня звук открывшейся двери. Я больше не чувствовала себя усталой, разбитой и самой несчастной на свете даже несмотря на ошейник, что блокировал мою волчью ипостась. Кровать в темнице оказалась на удивление мягкой и удобной, я прекрасно выспалась. У меня даже спина не болела, как