Вторжение - Кира Уайт

А если он будет не один?

Гоню прочь эти мысли. В моем доме никого нет. Сейчас мы приведем себя в порядок, сделаем что-нибудь с раной Брит, а потом я буду звонить дяде. И да упаси его дьявол вновь проигнорировать мой звонок! Да. Вот такой настрой мне нравится гораздо больше.

Заезжаю в гараж, но все же послушав здравый смысл, ворота не закрываю, вдруг в доме реально кто-то есть, и нам придется поспешно уносить ноги. Выбираемся из машины, и я на всякий случай прихватываю с заднего сиденья клюшку для гольфа, а также вещи из аптеки и свой рюкзак. Первой иду к двери в дом. Заходим на кухню, прислушиваюсь, но в доме царит тишина, на нас никто не бросается. Выдыхаю с облегчением и решаю осмотреть комнаты, а только после этого закрыть дверь гаража. Сгружаю на кухонный стол все, кроме оружия, что помогло мне отбить подругу из лап смерти, и поворачиваюсь к Бриттани, чтобы попросить ее пока побыть здесь, но меня опережает грубый мужской голос:

– Не двигаться!

Едва ли не подпрыгиваю от внезапности происходящего, резко оборачиваюсь в сторону звука и крепче перехватываю клюшку, собираясь, если понадобится, снова воспользоваться ею. На пороге кухни стоит парень лет двадцати пяти в черной форме и с автоматом, дуло которого направлено прямо на нас. Бриттани взвизгивает прямо у моего уха, а я от неожиданности роняю клюшку и мгновенно поднимаю руки вверх, глядя на непонятного посетителя расширившимися от страха глазами. Постояла за себя, называется.

– Не ори! – сурово рявкает гость на Бриттани, она тут же захлопывает рот и жмется ко мне.

За спиной автоматчика появляется еще один в точно такой же одежде и с оружием, только чуть помоложе и больше в габаритах. Он внимательно смотрит на меня, после чего говорит своему другу, не скрывая осуждения в голосе:

– Хейворд, ну что ж ты такой резкий? Это ведь она, – парень взмахивает дулом в сторону холодильника.

Покосившись в указанном направлении, вижу прикрепленную к дверце фотографию, которую сделал папа, когда я приезжала домой на прошлое Рождество. На фото я сижу под елкой и снимаю обертку со своего подарка, счастливо при этом улыбаясь, будто снова вернулась в детство.

Парень, которого назвали Хейвордом, краем глаза смотрит на фотографию, потом на меня.

– Это ты? – спрашивает он, кивнув на фото.

Замечаю, что его друг при этом закатывает глаза.

– Д-да, – отвечаю с запинкой.

Я бы много чего хотела сказать этим людям, для начала хотя бы потребовать ответа на вопрос – какого черта они делают в моем доме, но меня останавливает оружие, все еще направленное в нашу сторону.

– Капитан? – громко зовет молодой. – Она здесь.

Парень проходит в кухню и, подняв брови, смотрит на клюшку, валяющуюся у моих ног. Хейворд наконец опускает оружие, и я слегка расслабляюсь, но ничего спросить не успеваю. На пороге возникает еще один человек. Это лицо я видела сегодня утром, но оно все же немного отличается. Хотя глаза все того же светло-голубого цвета, острые скулы, такие же губы, даже щетина на подбородке. Вот только волосы чуть короче, в глубине глаз нет замораживающего душу холода, а на лице чуть ниже правого глаза набита татуировка – перевернутая роза, стебель которой указывает на внешний уголок глаза.

– Капитан Купер? – недоверчиво произношу я.

Это просто не может быть он. За то время, что прошло с момента, когда Джаред Купер и его люди забрали папу, он бы не успел настолько измениться. Человек передо мной внимательно оглядывает меня с ног до головы, останавливая взгляд на лице.

– Могу сказать одно, – говорит он серьезно, – я тебя вижу впервые в жизни, иначе бы запомнил. Предполагаю, что тебе посчастливилось познакомиться с моим братом.

– Братом, – эхом повторяю я.

Ну точно. Это многое объясняет. Они близнецы.

– Верно, – подтверждает еще один Купер и слегка сводит брови к переносице. – Но если ты видела Джареда, то мне непонятно, почему ты все еще тут.

Все трое посетителей переглядываются, но не говорят при этом ни слова.

– Кто вы такие? – обретает дар речи Бриттани, с опаской поглядывая в сторону Хейворда.

Купер мельком смотрит на нее, потом снова возвращает внимание ко мне.

– Меня зовут капитан Джексон Купер, – представляется он. – А это мои люди – лейтенанты Томас Хейворд и Мэйсон Бэлл. Так почему мой брат не забрал тебя, Эмили?

Наверное, не стоит удивляться, что этот человек знает мое имя. Меня удивляет другое. Что он делает у меня дома, если папу, который, очевидно, зачем-то нужен его брату, ну или, что вероятнее, тем, кто стоит над ним, увезли?

– Он забрал моего отца, – холодно сообщаю, стараясь не думать о том, зачем папа мог понадобиться военным.

И почему эти военные, а это определенно они, не в курсе событий? Неужели один брат не мог предупредить другого о том, что уже выполнил задание?

Парни снова переглядываются.

– Куда он его забрал? – спрашивает Мэйсон, он стоит, прислонившись могучим плечом к дверце холодильника.

– Это секретная информация, – кривляюсь я, пытаясь подражать холодному тону первого Купера.

Джексон хмыкает. Вот еще одно отличие братьев. Этот, вроде как, способен на эмоции.

– Довольно похоже, – ухмыляясь, заявляет Мэйсон, но тут же становится серьезным, когда замечает тяжелый взгляд капитана.

– Итак, Эмили, мы пришли по приказу полковника Гранта, чтобы доставить тебя и твоего отца в безопасное место, – сообщает Купер. – Но раз уж ты одна, то мы заберем только тебя.

Кошусь на Бриттани. Я не одна, но этот вопрос я решу чуть позже, для начала спрошу о другом.

– А как же папа?

Джексон вопросительно смотрит на меня, но все же говорит:

– Сейчас твой отец вне досягаемости, но, поверь мне, он в большей безопасности, чем ты.

В принципе, я ожидала чего-то подобного. Вряд ли военный предложил бы мне съездить и по-быстрому забрать папу оттуда, куда его увезли. Судя по тому, как он удивился моим словам, капитан сам не в курсе, где папа может быть.

– Хорошо, – спокойно соглашаюсь я, хотя ни о каком спокойствии и речи быть не может. – Но как вы могли заметить, я не одна. И Бриттани нужна медицинская помощь.

Джексон тут же впивается в мою подругу внимательным взглядом, а Брит чуть сильнее прижимается ко мне, отчего я