Довод для прощения - Ария Тес

Останавливается на мне дольше, чем на остальных. Вижу, как в уголке его проклятых губ играет невидимая усмешка, а потом он переводит внимание на декана. Тот тараторит, чуть в пол не кланяется, а Влад взмахом руки прерывает бесконечный треп.

Странно. Ты же обожаешь, когда тебе кланяются, мудак!

Шумно выдыхаю носом.

Ублюдок…

— Списки взглянуть можно? — говорит тихо, декан сразу кивает и подсовывает ему черную папку.

— Да-да, вот. Мы уже подготовили пару студентов, которые…

— Я это уже слышал.

Декан краснеет. Я же догадываюсь, кого он пророчил на вакантное место — Савельеву, которая ему не отказала, если верить слухам и ее активной работе в деканате, и Кириленко — своего племянника, о родстве которых, конечно же никто не знает, но конечно же знают все.

— Вот эти молодые люди…— снова начинает говорить декан, однако Влад, который медленно вел по списку, внезапно останавливается.

— Хм…какая интересная фамилия.

О нет.

— Громкая. Знаменитая. И связана с…

О НЕТ-НЕТ-НЕТ!!!

— Политикой. Вы, наверно, знаете, что я тоже ей очень увлечен…Крупская*! Могу увидеть девушку?

Все разом смотрят на меня. Савельева готова кусок из горла вырвать, а Кириленко глаза себе выдавить, так отчаянно щурившись.

Я же хочу провалиться сквозь землю…

Декан пылает негодованием.

— Эта девушка…

— Я хочу ее увидеть, — холодно обрубает Влад, а потом переводит взгляд на «класс» и сразу впивается в меня.

Я его убить готова. Вот прямо сейчас. Сорваться с места, схватит шариковую ручку и воткнуть в шею по самый задний колпачок. Скотина…

— Конечно… — поняв, что спорить бесполезно, декан указывает на меня, но сам не смотрит.

Настолько ему неприятно все, что здесь происходит.

— Женя, встань.

Делать нечего.

Глядя на этого ублюдка лощенного испепеляюще, встаю медленно. А он по мне взглядом бесцеремонно проходится, будто раздевает! Господи! Ты просто ублюдок!

— Ев-ге-ни-я… — тихо катает на языке мое имя, — Крупская. Интересно…

Чтоб ты сдох — чтоб ты сдох — чтоб ты сдох!!!

— Она мне подходит.

О нее-е-ет…

Вердикт и без того был очевидным, согласна, но я прикрываю глаза и опускаю голову, как будто получила только что смертный приговор, а этого совсем не ожидала. Да ожидала я! Что как только он появился на горизонте — на меня уже навели все ружья мира. Просто…не знаю? Рассчитывала получить амнистию? Пусть вечное наказание в виде пожизненного лишения свободы, но не смерть.

Глупая…

— Эта девушка не лучший вари…— пытается оплешиветь меня декан, но Влад резко на него смотрит и отрезает.

— Она мне подходит.

А потом просто разворачивается и уходит. Как обычно — просто уходит, не сказав мне ни слова и даже не взглянув. По-английски, как привык.

***

— Охренеть! Тебе так повезло! — наперебой пищат подружки.

— Видала какой красавчик?!

— Да от него можно свечи зажигать, как от спички! Фу-у-ух…горяч…

Только Нина на меня смотрит с неприкрытым сочувствием, пока мы идем по длинному коридору к выходу. Она ничего в слух не говорит, но я чувствую, как мысленно гладит меня по спине и успокаивает.

Спасибо, моя огненная принцесса, спасибо.

Я ей слегка улыбаюсь, киваю, и сразу прячу глаза в пол. Не хочу, чтобы кто-то увидел всю мою боль в ответ на эти бесконечные дифирамбы…

— Евгения, задержитесь!

Замираю резко, когда слышу за спиной его голос. Он ударяет, как ледяной душ, а еще как кандалы на шее, которые с удовольствием дернули назад. Мол, куда собралась?! Я тебя еще не отпускал!

Поворачиваюсь — стоит. Говорит о чем-то с той самой делегацией, в которую теперь входит и декан. Он на меня смотрит настолько уничижительно, что я теряю весь свой запал и хочу умереть, но говорю только:

— Идите, — подружки выгибают брови.

— Тебя не ждать?

— Я все равно сразу домой потом.

Рыдать.

— А как же кафе? — ноет Крис, но Нина и тут меня выручает.

— Ты опять не слушала! Она же сказала, что ей потом надо домой! Папа просил помочь!

— Ой, правда?

— Пошли уже!

Я посылаю Нине еще одну благодарность, а она прикладывает к уху руку, изображая сотовую трубку.

«Позвонишь?» — одними губами.

Киваю. Скорее всего сегодня я точно никому не стану звонить, потому что знаю, что этот кусок ублюдка проедется по мне катком.

А он проедется.

Вижу в мимолетном взгляде, которым он меня ошпаривает, проверяя, стою я на месте или нет.

Стою. Думаешь, побегу?! Отсоси! Я больше не ребенок! Но самое важное, я больше не питаю надежды от тебя сбежать. От дьявола так просто не скроешься…

Влад заканчивает свой разговор и наконец-то поворачивается в мою сторону. Эти пять минут были для меня некой такой…ниточкой до динамита, знаете? Огонек по ней медленно ползет-ползет-ползет, а как только козел останавливается напротив — доходит до цели. И БАБАХ!

Он не успевает и рта раскрыть, как я хватаю его за лацкан пиджака и тащу в ближайший темный коридор, где прижимаю к стене и шиплю.

— Какого хера?!

Влад улыбается. Я почти не вижу его лица, только хищные клыки, а воображение достраивает остальное. И как глаза блаженно прикрывает, прижавшись затылком о стену, и как с ленцой меня рассматривает из под опущенных ресниц.

Да сгоришь ты когда-нибудь в аду или нет?!

— Я спросила…

— Не глухой, — тихо, со смешком перебивает, — На слух не жалуюсь.

— А на голову?! Ты меня преследуешь!

— Я же сказал — мы еще не закончили.

Увы, мы и не начинали.

Злюсь еще больше, приближаюсь тоже сильнее. Мне реально хочется ему вмазать, так что кулаки аж зудят, а я прекрасно понимаю — не вариант. Это только еще один повод зацепиться…поэтому глухо шепчу. Угрожающе, конечно, но на этом все.

— Оставь меня в покое, чертов псих!

— Разве так говорят со своим начальником, малышка?

Чувствую, как он тянет ко мне свою лапу и резко по ней бью — если дотронется, я же сдохну прямо на месте! Это как молнию словить — она от тебя живого места не оставит и на входе, и на выходе.

— Не смей меня трогать!

— В прошлый раз ты не жаловалась, — усмехается, — Что изменилось? Выпить надо перед…

— Ты конченный мудак! —