Жестоко и прекрасно - Терри Э. Лейн

— Без завтрака. — Как бы сильно он ни разжигал мой огонь, я не могу. — Я не готова к завтраку.

Из-за его снисходительной ухмылки я чувствую себя глупо потому, что заговорила об этом.

— Без завтрака. Нет, пока мы оба не готовы к завтраку. Но, может быть, перекус.

Его бровь вопросительно изгибается, и я смотрю на его губы. Мой взгляд, должно быть, задерживается слишком долго, потому что он предполагает мой ответ. Его губы излучают тепло и безопасность, когда они прижимаются к моим. Как долго я скучала по этому. Я скучала по нему. Он отстраняется, и я почти жалею, что он не углубил поцелуй.

— Просто ужин, — шепчет он.

Я закусываю нижнюю губу и вздыхаю. Я понятия не имею, как он не ненавидит меня или почему он не ушел. Он отличный улов и привлекателен. Женщины должны ломиться в его дверь, что вызывает у меня зависть при одной только мысли об этом. С другой стороны, несмотря на наш договор начать все заново, между нами никогда не может быть ничего простого. Но я давно не чувствовала себя так. Я закрываю глаза на секунду, прежде чем встретиться с ним. Я решаюсь.

— Тогда ужин.

Глава 4

Прошлое

Полдень, и я более чем готова к выходным.

— Что? — Спрашиваю я. Ее хитрая улыбка говорит мне, что что-то не так.

— Тебя ждет подарок, — отвечает она, напевая.

Мое волнение достигает предела. Ее тон указывает на то, что он может быть только от одного человека. Я встречаюсь с ним завтра, так что меня почти трясет, когда я спрашиваю.

— Где он?

— На столе.

Я направляюсь туда и нахожу коробку, завернутую в красочную бумагу с красивым бантом. Мои жадные пальцы касаются бумаги, разрывая ее в процессе. Коробка меня не интересует. Когда я поднимаю крышку, я громко заразительно смеюсь. Это огромный, милый, пушистый снежный человек с прикрепленной запиской.

Извини, но когда я наткнулся на него, просто не смог удержаться.

Не могу дождаться встречи с тобой.

Твой, Дрю.

Дженна смотрит с ухмылкой.

— Могу я спросить?

Она тянется к моему новому пушистому другу, а я все еще смеюсь.

— О боже, я не уверена, что ты захочешь знать.

— Верно. Как ты сможешь объяснить это.

Я должна была догадаться. Поэтому я рассказываю ей о своем признании Дрю на нашем первом свидании.

Она выпрямляется и раздраженно скрещивает руки на груди.

— Пожалуйста, Господи, скажи мне, что ты не рассказала ему об этом.

Я закрываю лицо своим новым пушистым другом.

— Да. Я выпила немного и вроде как рассказала. Что я могу сказать?

— Так, давай-ка проясним. Ты сказала ему, что похожа на гризли? — Выражение ее лицо говорит само за себя. На нем выражение, как будто она надкусила лимон.

— Вроде как. Это было сначала. Потом я сказала, что больше похожа на Снежного человека.

— Правда, Кейт? Ты точно знаешь, как создать настроение.

Теперь моя очередь корчить рожу.

— Тебе станет легче. Это было после того, как он сказал, что не собирается раздеваться и спать со мной.

— О, это уже херня вдвойне. И он снова пригласил тебя на свидание. Я впечатлена. О чем, черт возьми, ты думала?

Я тру лоб.

— Я уже сказала тебе! Мой мозг не успевал за моим языком.

— Хорошо. Правило номер один. Не напивайся до такой степени, чтобы на первом свидании с парнем ты позволила себе сказать ему такую чушь.

Я опускаю голову.

— Я знаю. Я не хотела. Но это как-то случилось. Нам было так весело.

— Ясно. Должно быть, ему тоже. Иначе зачем бы он снова приглашал тебя? Он купил тебе плюшевого снежного человека, Кейт! — Затем она поворачивается ко мне с серьезным взглядом. — Ты сделала эпиляцию?

— Да! Теперь я похожа на кексик.

— Кто делал тебе эпиляцию? Надеюсь, ты пошла в нужное место.

Теперь я знаю, что она меня убьет. Я кричу:

— Я сама.

— Что ты имеешь в виду, когда говоришь сама? Никто не делает себе эпиляцию!

За все годы, что я знаю Дженну, я никогда не видела ее такой разъяренной.

— Ну, я сделала. Я пытался сэкономить несколько баксов, — признаюсь я.

— А я пытаюсь спасти тебя от унижения. Ты, наверное, похожа на ПолуСнежного Человека. — Она достает из кармана телефон и пролистывает контакты. — Вот номер салона, которым я пользуюсь. Позвони им, чтобы тебе сделали эпиляцию должным образом.

Она скидывает номер.

Тогда я начинаю думать об этом. Она может быть права. Я действительно не могла видеть там внизу, когда делала это. Может быть, я оставила пучок волос. Это было бы ужасно. Хуже, чем ужасно. Это была бы кексострофа.

— Хорошо. Я позвоню им. Просто чтобы Луиза могла выглядеть чистой.

— Кто, черт возьми, такая Луиза?

Я поднимаю указательный палец и тычу им в сторону Луизы.

— Боже. Ты назвала ее Луизой? Как я могла этого не знать?

— Это личное.

— Все равно. Я должна идти. Просто убедись, что о Луизе позаботятся.

Она закрывает за собой дверь, и я звоню в салон, в котором она работает. Когда они называют мне свои цены, я едва не задыхаюсь. Это не входит в мой бюджет, если только я не пропущу оплату счетов за электричество за месяц. Так что я набрала номер косметологической школы, в которой делаю стрижки, чтобы узнать, делают ли они восковую депиляцию. Когда они говорят мне, что они делают, я спрашиваю их цену. Я рада, что могу себе это позволить. Они говорят мне, что могут принять меня через двадцать минут, поэтому я выбегаю за дверь, едва успев записаться на прием.

Вся сессия оказалась неловкой: двое незнакомцев смотрят на Луизу как бараны. А Луиза довольно застенчива. Их сочувствующие взгляды на мою неудавшуюся-самостоятельную-восковую-работу заставляют меня думать, что у меня между ног прорастает дерево.

Когда я возвращаюсь домой, Дженна уже вернулась. Она смотрит на меня с легкой усмешкой.

— Что с тобой не так?

— Я не знаю. Я пошла и сделала восковую эпиляцию, но мои ягодицы кажутся странными — как будто они слиплись. Это нормально?

— Что? Твои ягодицы слиплись? Нет, это ненормально. Кто делал тебе эпиляцию? Обычно в моем салоне все великолепно.

Я бросаю на нее застенчивый взгляд.

— Ну?

— Я ходила в косметологическую школу, — признаюсь я.

Она смотрит в ужасе.

— Что ты сделала?

— Я не могла позволить себе твой салон, — плачу я. — Это выходило за рамки моего бюджета.

— Хорошо, давай сохранять спокойствие сейчас. Значит, твои ягодицы слиплись, да?