Азимар. Шрамы твоей души - Эмили Ли

– Кел! Отойди! – сказала она, раздражаясь от его близости, что сбивала настрой.

Он отступил и задышал теперь в затылок. Стефани обреченно выдохнула, понимая, что дальше уже не будет. Что ж там важного такого в этом сундуке, что Келлен так нервничает?

Девушка провела рукой по поверхности сундука, прикрыла глаза. Воображение ярко рисовало владельца сего произведения искусства: высокий, сухощавый мужчина, в возрасте, уже седой, руки в перстнях, но пальцы не скручены старостью или болезнью, лишь только один, выдавая привычку много писать… Стефани легко представила, как выглядел резной ключ, украшенный таким же камнем, что и на сундуке. Представила, как тот мужчина в полумраке догорающей свечи подходит к сундуку, вставляет в замочную скважину и поворачивает ключ. Едва слышный щелчок хорошо смазанного механизма приоткрывает тайны человека, что привык вершить чьи-то судьбы…

Отмычка легла в замок. Слух Стефани стал острее, пальцы проворнее, интуиция направила руку. Щелчок… Механизм именно такой, какой и должен быть: сложный, но идеально работающий…

Девушка откинула крышку сундука и заглянула внутрь, победно улыбаясь. Так она и думала, внутри лежали не драгоценные камни, а бумаги. Несложно было догадаться: их содержимое будет дороже любого кристалла.

А где Кел? Она обернулась. Мужчина всё ещё стоял позади неё. Его глаза от удивления были огромными. Он не мигая смотрел на открытый сундук, а потом медленно перевел взгляд на неё. Перемена на его лице вдруг испугала её. Удивление Келлена стало восторгом, а затем и вовсе обожанием. Он смотрел на неё, как на величайшее сокровище в жизни. Безумно… Влюбленно…

«Нет-нет. Кел! Это лишнее. У меня и так просто туча проблем, не добавляй ещё. Только не ты. Прошу. Прекрати так смотреть».

Она собралась быстро прошмыгнуть мимо него, но он ловко перехватил её, придерживая за талию.

– А повторить сможешь? – его взгляд, не останавливаясь, бродил по её лицу, считывая смятение и ища ответы на свои вопросы. – Подожди.

Он отпустил её и быстро пересек комнату, распахнул шкаф, выудил оттуда еще несколько маленьких ларцов, не таких роскошных, как тот, что она только что открыла, но все равно принадлежавших кому-то из знатных господ. Стефани не знала, как поступить. Интуиция призывала её соврать. Мало ли… Но Келлен, не сводивший с неё глаз, уже сделал свои выводы.

– Открывай.

– Кел…

Он нетерпеливо вложил ей в руки отмычку. Стефани грустно выдохнула. Зашла на свою голову к нему в комнату. Теперь непонятно к чему это приведет. Следопыт жадно смотрел на её движения рук, низко наклонившись, снова обдавая её своим взволнованным дыханием.

Девушка поняла, что ругаться с ним бесполезно, он так и будет висеть над ней, поэтому прикрыла глаза и представила владельца этого сундука. Полный… нет, не то слово… тучный… оплывшее от жирной еды и алкоголя тело. Короткие пальцы, что слегка подрагивали по утрам, требуя новой порции пьянящего дурмана крепких настоек. Ключ. Как правило, висел на шее. Нельзя потерять. Попасть в замок с первого раза не всегда выходило. Кто придумал столь узкую щель? Раздражение… И новая попытка. Металл царапал металл… Желанный поворот. Открыто. Монеты. Жадно пересчитывал. Ничего не пропало…

Стефани быстро, чтобы не сбить картинку перед глазами, вставила отмычку в замок. Интуиция снова не подвела. Девушка тут же заглянула внутрь. Это совпало с порывом Келлена. Их головы встретились над содержимым сундука, соприкасаясь. Оба разочарованно выдохнули. Внутри было пусто. Ни бумаг. Ни монет. Ни камней. Келлен пришел в себя первым.

– Теперь этот…

Стефани открыла ещё один. Последнее время она проводила со следопытом много времени, но такого восторга на его лице никогда не видела. Келлен взял её за руку, крепко сжал и повел за собой. Он подводил к комнатам наемников, чьи двери были заперты на замок и говорил открыть. Каждая новая удача девушки добавляла ему огня во взгляд, счастья на лицо, меняя внешность. Теперь уже Стефани удивленно косилась на него.

«Он тронулся умом. Был следопыт и нет следопыта. Ты же видишь? Если не прекратишь открывать замки, то его разорвет от эмоций.

Вижу».

Она хотела попросить Келлена остановиться, но он вдруг подошел к ней почти вплотную и, не сводя горящего взгляда, сказал:

– У тебя полчаса на сборы. Идем в Азимар. Вернемся только завтра.

– У меня там будет свободное время?

– Весь оставшийся день. Ночь занята. У нас дело.

– Мне хватит и пятнадцати минут, – проговорила Стефани и бросилась в свою комнату.

Девушка быстро надела костюм, поверх куртку с нашивкой клана, схватила кошель с монетами, сумку и помчалась вниз, кинжалы крепила на поясе уже стоя у двери в ожидании следопыта. Когда они вышли из Транра, Стефани спохватилась:

– А Риен?

– Я оставил ему записку, написал, что мы будем только завтра.

Она мысленно стала благодарить Богов, что Рейтана сейчас нет в клане. В том, что глава не позволил бы им никуда уйти, сомнений не было.

Нетерпение, предвкушение встречи гнало Стефани вперед. Мыслями она была далеко отсюда, и мечтала поскорее оказаться там и самой. Хотела коснуться тонких пальцев, взглянуть в чарующие глаза, прошептать его имя, позвать за собой, к себе…

«Лиам…»

– Если бы Рейтан видел то, что сейчас вижу я, то перестал бы надеяться на взаимность, – насмешливо проговорил Келлен, идущий позади неё.

– А? Что? – не поняла она, не сразу расслышав его, пребывая глубоко в своих мыслях.

– Говорю, помедленнее иди, – громче сказал наемник, ухмыляясь с её немного дикого вида. – Путь неблизкий, быстро выдохнешься. А силы пригодятся, если вдруг встретим кого-нибудь не очень дружелюбного.

Стефани обернулась и с удивлением отметила, что сильно ушла вперед в своем стремлении быстрее добраться до города. Пришлось подождать, пока Келлен догонит её, и только потом возобновить движение.

– Откуда талант вскрывать замки? Воровала? – спросил он будничным тоном.

Стефани возмущенно выдохнула, оскорблённая его предположением.

– Отец любил разбирать и собирать различные механизмы, в том числе и замки. Работа в шахтах отнимала у него почти всё время и выматывала физически, но он всё равно искал возможность заниматься любимым делом. К сожалению, для этого ему приходилось жертвовать сном, – сказала Стефани, а потом грустно улыбнулась. – Мама ругалась на него, ведь от недосыпа страдало его здоровье, но он ничего не мог с собой поделать. Мне кажется, это было его единственной радостью в жизни. Во избежание конфликтов папа