Обоюдный фол - Мария Степановна Киселёва

— Прекрати подмазываться. — сглатываю, когда Рид подходит ближе.

Я отвожу взгляд, перестаю очерчивать его широкие плечи, шею. Серые глаза направлены исключительно в мои.

Рид не смотрит на мои проступившие соски. Здесь жарко, так что я в футболке Кримсон, команды Гарварда, у меня три таких. Рид привычно берет лицо в ладони. Кладу руку на сгиб его локтя, чтобы…касаться, а не останавливать. Риду приходится нагнуться, чтобы прислониться лбом к моему.

— Спасибо, что ты здесь.

— Кажется, ты не хотел оставлять мне выбора. — закрываю глаза, чувствую его запах и тепло.

Рид обдает мой нос дыханием.

— Мне тяжело не украсть тебя из Дома и оставить здесь. Просто оставить, Бэмби. Честно.

— Ты так и поступил. — чуть выкручиваюсь из его рук, падаю головой на грудь.

Обнимаемся, и почему-то…черт, я касаюсь его сквозь две наши тонкин футболки. Тело плавится, это постоянно от близости с ним, но последнюю неделю я этого не замечала, привыкла, приходила в комнату и разряжалась.

— Ты не станешь мягче? — не знаю, какой ответ мне захочется услышать.

— С тобой — да. С другими — если они не поблизости.

— Скоро начнется игра, а мы не сделали ставки.

— Да.

Продолжаем так и стоять.

— Кто первый? — я о том, чтобы сделать шаг назад — Я очень хочу мармелад.

Это не аргумент, оказываюсь сильнее, отступаю.

Рид молча берет сладости, иду за ним по широкому коридору. Интересно, что в других комнатах, как много человек он сюда приводит, как часто бывает. Квартира огромная, но выглядит и пахнет так, словно ее недавно приобрели, фотографии и мелочи этого не меняют.

Обхватываю себя руками, пытаюсь собраться с мыслями. Раньше отрезвлял образ Рида перед братом, а теперь…я запуталась.

Рид плечом открывает дверь с шумоподавлением, пропускает внутрь.

— Почему я ни разу не удивлена?

Это домашний кинотеатр.

— Устраивайся, Бэмби. Выбирай, за кого.

Пока я бездельничаю и начинаю поедать попкорн, он настраивает экран, включает нужный канал.

Мы всегда болеем за разные команды разные. Все ради спора, игрового интереса. У нас нет ярких фаворитов.

— Миннесота. — выбираю, помня коэффициенты игроков и прошлый сезон, они попали в плей-офф.

— Окей, Денвер так Денвер. — устраивается в соседнем кресле, ставит ведерко на правое колено, поближе ко мне.

До игры считанные минуты, уже заканчивается представление игроков.

В зале довольно комфортно. Здесь бы поместилось двадцать человек. Рид выключает свет, который гаснет медленно, как в настоящем кинотеатре.

Происходящее и вправду меня отвлекает. Точнее, я помню приезд Брюса, что произошло несколько часов назад, минут, но кажется, это было на прошлой неделе, так что волноваться уже поздно.

— На что спорим?

— Ты во мне сомневаешься? — поворачивается, не скрываю улыбки — Конечно же поцелуй. От тебя.

Дополнение звучит точно и понятно. Я буду должна поцеловать Рида по своей инициативе.

Краснею, потому что это то условие, о котором я мечтала в детстве.

— Каждые десять очков от Денвера.

— Ладно. — складываю руки на груди — Каждый десятый в пользу Миннесоты — минус один человек из “запрета”, начиная с баскетболистов.

На самом деле за две недели я немного привыкла к отстраненности парней, это странно. Мне…почти нравится, почему это происходит. Власть, сила и все такое. Но Честер, Саймон, Коул и другие мои друзья, одно время они были вернее Ши.

— Я не буду ассоциироваться у людей с твоим именем. Так что не отнимай их у меня.

— И мне им ответственно заявить, что твои двери открыты? — изгибает бровь.

— Хотя бы убрать этот взгляд. — щелкаю пальцами у него перед носом.

— Каждый тридцатый.

— Пятнадцатый. — торгуюсь.

— Двадцать пятый.

— Я не поднимаю.

— Тогда сойдемся на двадцатом. — пожимает плечами.

Раздается свисток.

Откидываюсь на спинку кресла, ерзаю. Тело предательски ноет, сердце устраивает забег. Впервые в жизни внутри покалывает от осознания того, что мы одни. В детстве я тоже волновалась, когда Брюс выходил из комнаты и мы оставались один на один с его лучшим другом. Я чувствовала нереальное смущение, теперь все иначе. Когда вошла в квартиру, это не задевало, но слова Рида, его собственнические прикосновение без пошлости. Он берет меня в свои руки, отпускает только тогда, когда сам того пожелает.

— Вперед, Бэмби.

Прозвище звучит наравне с именем.

— Только одиннадцать!

— Двадцать — потолок твоего спора. — наклоняет голову.

— Неужели это будет первый неподдельный? — пытаюсь свести все в шутку.

Обычно мы не отвлекаемся во время игры.

Рид убирает попкорн на сидение левее.

— Будешь медлить, и двойка из Мора и Дэрила забросит еще десять, а тебе будет нужна передышка.

Чуть наклоняется, ставит руку на подлокотник между нашими сидениями. Подгибаю ноги под себя на огромном кресле, чтобы сесть лицом к нему. Я пытаюсь не смотреть в блестящие от экрана серые глаза, только на губы, что кажется ужасно интимным. Теперь меня не торопят.

Неожиданно понимаю, почему не могу решиться. Приподнимаюсь, ставлю руки рядом с его, чтобы лица оказались на одном уровне.

Я не умею целоваться, никогда не превзойду Рида или его наверняка опытных подруг.

— На первый раз помогу, Бэмби. — кладет руку мне на талию, чуть подталкивая.

Окей, так и вправду проще, особенно после ощущения его дыхания.

Я едва накрываю его губы своими, не отказываюсь от желания приоткрыть их и втянуть хотя бы каплю воздуха. Не замечаю, когда спина выгибается, а рука ложится на шею Рида, притягивая ближе.

Он не может не ответить, не справляется. Ему понравилось? О Боже…я хочу отскочить, когда слышу стон в свои губы, но меня крепко держат за талию. Его язык касается моего, физический контакт, электричество, страсть теперь не просто слова, как было в последние разы. Это то, что нас не остановит.

Где-то вдалеке звучит сигнал, объявляющий фолл. На моих губах тихий влажный звук.

— Если продолжишь… — целует в скулу, подбородок, шею — отменю запрет на всех, ты сама не подойдешь к другому.

Взгляд и разум затуманены. Это я спустила курок.

— Я скажу кое-что ужасное.

Рид пересаживает податливую меня на колени, что оказываюсь на нем…подберу нейтральное сравнение — как на байке. Он убирает волосы с моего лица, наши тела дрожат.

— Я мало что понимаю, но кажется верю, что ты не причастен к произошедшему на драфте с Брюсом.

Я давно хотела скинуть вину на другого, избавить Рида от нее, но никогда не