Все еще верю в чудо - Кэтрин Манн

Именно в таком отдыхе она нуждается после напряженных последних месяцев. Уединенное шале теплое и уютное.

Прожевав кусок сэндвича, Карлос вытер рот салфеткой.

— Когда мой отец свыкся с тем, что его сыновья не собираются всю свою жизнь прятаться вместе с ним на его острове, он обустроил остальные дома, принадлежащие нашей семье, таким образом, чтобы у нас все было под рукой. — Он сделал охватывающий жест рукой. — Так что у нас не было необходимости тратить время на бытовые проблемы и часто выходить из дому.

В обычном мире на долю родителей выпадает немало хлопот. Лайле даже представить было страшно, со сколькими проблемами пришлось столкнуться изгнанному королю, который был вынужден в одиночку воспитывать троих сыновей.

Она положила ладонь себе на живот.

— У него были основания беспокоиться о вас.

— Это понятно. Но жизнь в четырех стенах — это вообще не жизнь. — Карлос доел остатки сэндвича.

— Даже если тебя со всех сторон окружает роскошь?

— Особенно если она тебя окружает. Но, должен признаться, этот дом идеальное место для проведения отпуска. Здесь есть даже зал для гольфа и винный погреб, но, поскольку ты в положении, содержимое последнего в этот раз мы изучать не будем.

В этот раз? Он собирается ее еще сюда приглашать?

Когда Карлос убедится в том, что это действительно его ребенок, им придется общаться не только на работе. Возможно, он еще этого не осознал, но его жизнь уже навсегда связана с ее.

Он почесал затылок, и свитер обтянул его широкие плечи.

— Думаю, в сауну тебе тоже идти не стоит. Из университетских лекций я помню, что беременные женщины должны соблюдать осторожность, когда дело касается сауны и горячих ванн.

Щеки Лайлы вспыхнули при воспоминании об их близости в ванне в ту ночь, когда был зачат их ребенок. Карлос установил у себя в доме огромную ванну с гидромассажем в лечебных целях, но тогда они использовали ее не по назначению.

Воздух между ними зазвенел от напряжения, когда она прочитала в его потемневших глазах, что он тоже помнит ту ночь. Что она подействовала на него так же, как на нее.

После той вечеринки, когда он впервые к ней прикоснулся как мужчина к женщине, она не может ни о чем больше думать, кроме как о его ласках и поцелуях.

Стоя в саду на крыше больницы, Лайла смотрела на рождественские огни Такомы. Уставшая от громкой музыки и общения со спонсорами, она наслаждалась великолепным видом и не сразу обратила внимание на стук шагов у себя за спиной.

Она без труда узнала неровную поступь человека, с которым проработала четыре года. После звонка матери, которая в слезах пожаловалась ей на то, что нашла в кабинете отца новую ночную рубашку не ее размера, она подумала, что ей не помешало бы немного отвлечься.

Секунду спустя Карлос накинул ей на плечи шаль:

— Мне бы не хотелось, чтобы ты простудилась.

— Спасибо. — Она плотнее закуталась в шаль. — Сегодня ты был очень любезен с членами правления. Я не стану ворчать, если ты захочешь уйти пораньше.

Он засунул руки в карманы смокинга. Его темные глаза блестели в свете крошечных белых лампочек.

— Намекаешь на то, что до сих пор я был недостаточно вежлив?

— Я знаю, что ты не любитель подобных мероприятий. На них ты одним глазом смотришь на часы и с нетерпением ждешь, когда сможешь вернуться к работе.

— Невозможно смотреть на часы, когда рядом есть такая красивая женщина, как ты.

Лайла приоткрыла рот и тут же закрыла. Ее сердце бешено застучало. Они четыре года были друзьями и никогда не переходили эту грань. Ее влекло к нему, но она не думала, что это взаимно.

— Мне нужно тебя поблагодарить?

— Очевидно, я намного лучше скрываю свои эмоции, чем ты думаешь, раз ты никогда не замечала, как действуешь на меня.

— Ты выпил? — спросила она.

— Ни капли.

— Я тоже.

— У меня был трудный день, и что-то в твоем лице подсказывает мне, что у тебя тоже. Подобное с помощью алкоголя не исправишь, — сказал он, пристально изучая ее.

К счастью, остальные находились внутри и не могли их видеть. Она не знала, как он ее здесь нашел. Возможно, он просто захотел побыть один, как и она.

— Вы тоже отлично выглядите, доктор Медина, — ответила она, смело потянув края его бабочки.

Он схватил ее за запястья. Его пальцы были сильными и горячими.

— Раз мы оба в трезвом уме, моя прекрасная Лайла, — прошептал он, нежно ущипнув ее губами за мочку уха, — у нас нет причин не делать этого.

Неужели этот приглушенный стон издала она?

Его губы медленно скользнули по ее щеке, и у нее чуть не подкосились ноги.

— И этого. — Его руки обвились вокруг нее, и ее изумленный вздох утонул в поцелуе…

— Лайла?

Голос Карлоса вернул ее к реальности. Воспоминания о его поцелуе были яркими и отчетливыми. Чтобы прогнать их, она взяла свою кружку и, глядя на него поверх нее, произнесла:

— Прости. Что ты сказал?

Он поставил свою кружку на столик:

— Почему ты никогда не была замужем?

Его вопрос был столь неожиданным, что она помолчала какое-то время, прежде чем ответить:

— А ты почему никогда не был женат? Ты старше меня.

— Туше! — улыбнулся он. — Так и быть, я первый отвечу. Я давно решил, что останусь холостяком.

— Почему? — спросила она, внезапно охваченная любопытством.

— По обычным для холостяка причинам, — сказал Карлос. — Во-первых, я трудоголик. Во-вторых, я не хочу, чтобы какая-то женщина стала заложницей безумия, которое охватило всех вокруг, когда они узнали мое настоящее имя.

Вторая причина была далеко не обычной.

— Да женщины в очередь выстраиваются, чтобы добровольно принять участие в этом безумии. И Нэнси в этой очереди первая.

Его улыбка сделалась натянутой и мрачной.

— Я не давал ни одной из них повода на что-либо надеяться.

— Однако они бегают за тобой толпами.

Сразу как только эти слова сорвались с губ Лайлы, она о них пожалела. Не хватало еще, чтобы Карлос думал, будто она его ревнует. Но, в конце концов, она беременна от него. Любая из его поклонниц, женись он на ней, стала бы частью жизни ее ребенка.

Карлос рассеянно потер свое колено:

— Их всех привлекают мои деньги и титул. Даже будь я косматым одноглазым троллем, их бы это не остановило.