Ни слова о кроликах - Нани Кроноцкая

А утром… У Киры вдруг зазвонил телефон. Она не имела привычки принимать сигнал с незнакомого номера, но тут почему-то нажала на кнопку, сквозь ресницы лениво разглядывая лежащего рядом вампира. 

— Простите великодушно за беспокойство, — раздался бархатный мужской бас. — Но не могли бы вы передать трубку Виктору Епурэ? Он наверняка где-то рядом. 

Кира не удивилась. В их мире магически одаренных такие маленькие “чудеса” редкостью не были. Молча передала трубку явно напрягшемуся Виктору, а тот секунду подумав, включил громкую связь.

Это было… приятно. Вампир вообще был с ней деликатен и вежлив, но подобная форма доверия Киру порадовала.

— Да, я слушаю, — мрачное выражение на его бледном лице ничего хорошего не предвещало. 

— Доброе утро, Виктор. Мне, конечно прислали из Инквизиции сообщение о вашей внезапной и важной командировке, но простите за прямоту, мне хотелось бы видеть сегодня вас на рабочем месте… — тут басистый собеседник вампира замолк на секунду, видимо взвешивая масштабы собственного терпения. — Хотя бы и к вечеру. Я уезжаю, надолго. Думаю, прежде чем приступить к…

— Безусловно! — прервал его Виктор, заметно расслабившийся.

— Жду вас. 

И невидимый собеседник отключился.

 — Я узнала его. Это Беринг? Директор заповедника “Белогорье”. Пару раз он навещал нашу контору по важным семейным делам. 

Виктор молча кивнул, сыто потягиваясь в постели. За прошедшие дни он как будто бы даже вырос. 

— Иди ко мне. 

Дважды ей повторять не пришлось. 

До вечера так мало времени! Уже скоро они выйдут из маленького коттеджа, ставшего им почти домом, и разлетятся как вольные птицы. Киру ждет стылый Питер с подземными коридорами Инквизиции на Литейном, а Виктора — новая работа и новая жизнь. 

Вампиру с оборотнем не по пути.

Кира твердила себе эти слова, собирая свое нехитрое имущество, аккуратно перестиранное и даже выглаженное Виктором (и когда он успел?). Потом всю дорогу в такси, и дальше, в гостиничном номере. Они оба молчали, каждый думал о чем-то своем.  Вампир проводил ее до двери, неуклюже помялся, поставив сумку на пороге и выдал:

— Контактами обменяемся? — эти тихие слова прозвучали почему-то почти оглушительно.

— Нет! —  ответила слишком поспешно. 

Вампир криво ей усмехнулся. 

— Для сиятельных инквизиторов несколько дней, проведенных в одной… кхм, постели, повод слишком незначительный? Я почему-то так именно и подумал.

— Мы оба там оказались под влиянием… обстоятельств. 

Кира быстро отперла дверь, явно намереваясь за ней быстро спрятаться от вампира.

— Н-да? И каких же, позвольте спросить? 

Он снова к ней обратился на “вы”. Все вроде бы правильно, но отчего-же вдруг Кире так тошно?

— Эти… как их. Волчьи мои феромоны воздействовали, и ты никак не мог устоять. Я все-все-понимаю, мы взрослые нелюди. Прости, у меня скоро поезд, надо вещи собрать.

— У меня нет вомероназальных* органов, я твои феромоны не чувствую.

И дверь медленно перед ее носом прикрыл.

— Совести у тебя нет, — Кира рыкнула, оборачиваясь. — А принюхивался ко мне почему?

Что такое эти самые органы, она еще помнила. Это бы очень обидный щелчок от вампира по волчьему носу. И она разозлилась.

Снова в дверную ручку вцепилась, пытаясь открыть вход в свой номер.

— А ты? Я все видел. 

Ну уж нет. Отвечать на такие вопросы Кира точно вампиру не будет. Стоит только начать, и она точно расплачется. И так из последних сил держалась. 

— Мы случайно столкнулись, и нам точно не по пути… —  быстро пробормотала, как заклинание отворота. — Вампиру и оборотню вместе быть никак нельзя.

— Ясно. Плюнь в лицо тому, что это тебе повторит. 

Он отпустил дверь, и та стремительно отворилась. Виктор отступил от волчицы на шаг, потом резко схватил ее за поникшие плечи, развернул, жадно вглядываясь в глаза.

— Отпусти, я…

Самый лучший способ заткнуть глупую бабу известен лишь настоящим мужчинам. К Кириному несчастью, вампир его знал. И целовался он крышесносно. А у нее не было сил оторваться. Хотелось всю жизнь простоять тут, ощущая на затылке твердое прикосновение ладони, и никуда не спешить. 

Он сам разорвал поцелуй.

— Сам найду тебя. Не прощаюсь.

Развернулся и быстро ушел. А волчица по стенке сползла прямо на пол, уже в голос громко рыдая. 

За что ей это все? 

Всю дорогу до самого Питера она как-то держалась еще. Дверь в квартиру открыла, включила ноутбук, в почту полезла, обнаружив там кучу поздравлений с Новым Годом. 

Да, точно. Были праздничные фейерверки, их Кира не выносила, а Виктор немножечко поколдовал, и их домик накрыл пологом тишины. А потом они пили шампанские и целовались. И… все остальное, о чем Кира себе вспоминать запретила.

О губах его  твердых, об удивительных этих руках… тоже не думать. О гладкой коже, упругих и плавных движениях тела мужчины — больше не вспоминать.

О том, какие он Кире рассказывал сказки, нежно целуя в лоб и укачивая на руках, как маленькую девочку. 

По всему выходило, что Виктор не солгал, и все эти дни, проведенные в маленьком деревянном коттедже на берегу Новых прудов Белогорья, он оставался с ней не из-за голых инстинктов. Тогда почему?

“Нам ведь не по пути?” — зачем-то спросила у серого неба за узким кухонным окном типичной питерской малометражки. Оно промолчало. 

***

А Виктор мчался по вечернему Белгороду на доступной лишь только вампирам гиперскорости, не выходя из реальности, ловя чистый драйв. Ощущение риска его отрезвило. Во что он вляпался? Почему так паршиво и тягостно? Отчего эта маленькая женщина упорно стоит перед глазами и смотрит своим темным взглядом ему прямо в душу?

Разговор с Берингом был очень коротким и крайне насыщенным. Влад (так просил называть его непосредственный начальник) загрузил его морем работы: нужно было провести срочную инвентаризацию всех коллекций местных растений, отобрать ту часть гербария, что нуждалась в восстановлении, тщательно все систематизировать, заняться библиотекой… Это было прекрасно. 

В ближайшие месяцы он будет занят до тошноты, до полного умопомрачения. 

Но… зачем Кире пообещал, что найдет? Как само оно вырвалось? И почему так мучительно хочется выполнить обещание? Что вообще с ним происходит? 

Вопросы, вопросы... Виктор сейчас был полон сил, что очень странно: кровь грызунов не могла сотворить с ним подобного. 

Вампиры питались энергией духа и мысли, что