Сбежавшая принцесса - Мария Берестова

Он дрогнул плечами; лицо его исказилось в странной гримасе.

— Теперь это уже не имеет решительно никакого значения, ваше высочество, — жёстко сказал он всё туда же, в окно, после чего резко развернулся и вышел, не прощаясь.

В Лое равно смешалось два чувства: обида от того, что на её признание он отреагировал так холодно, — и раздражение на то, что он сбежал от разговора, который она считала крайне важным.

Однако, несмотря на собственные чувства, которые теперь бушевали в ней, она увидела в его реакции главное: ему было не всё равно.

Ему было больно.

Она села на кровать, глядя на закрывшуюся за ним дверь упрямым и сильным взглядом.

«Посмотрим! — сжала она пальцами покрывало. — Это мы ещё посмотрим, кто там и что аннулировал!»

Потому что он, может, и был готов принять волю своего короля со смирением; но она — она точно не собиралась соглашаться с уже заранее неприятным ей политиканом, который не только распоряжается тут чужими браками, но и совершенно не ценит собственного брата! Пусть и не совсем родного!

«Я этого так просто не оставлю!» — упрямо пообещала себе Лоя.

Сердце её было переполнено решимостью бороться за отношения, которые стали ей настолько дороги, — и горе было любым королям, которые осмелились бы встать на её пути!

Глава десятая

Для аудиенции у короля ей действительно подобрали платье, достойное принцессы, — со всеми полагающимися к нему аксессуарами. Она не знала, но об этом тоже позаботился Берт — договорился со своей единокровной сестрой, ниийской принцессой. Отношения у них были неважные — та не простила отцу измены матери, а Берт был живым подтверждением этой измены, — но выручить попавшую в трудное положение девицу из Се-Ролов не отказалась.

Так что Лоя чувствовала себя вполне уверенно, выходя на этот бой.

— Ваше Величество, — склонилась она в полном достоинства реверансе, и, лишь раздалось ответное приветствие, тут же гордо распрямилась.

Король рассматривал её с искренним любопытством. Принцесса своим побегом из обычной разменной пешки вышла в пока неясные политические фигуры — и желательно было бы использовать эту фигуру в пользу ниийской стороны. Для этого не мешало бы разобраться, что она за человек и к чему стремится.

Они обменялись несколькими вежливыми фразами, приличествующими ситуации и их положению. Затем король хорошо поставленным голосом выдал заверения в том, что, разумеется, принцесса займёт при ниийском дворе место, соответствующее её королевскому происхождению.

— Вам выделят покои при королевских резиденциях, — перечислял он, — и ежемесячное содержание. Свиту сможете сформировать себе сами, устроим на будущей неделе приём, куда пригласим соискательниц. Поиски жениха, пожалуй, отложим до осени.

Всю его речь Лоя потихоньку закипала. С тех позиций, с каких говорил король, она чувствовала теперь себя попрошайкой и приживалкой, которую пригрели из милости, — и наверняка потребуют за это расплачиваться. В частности — расплачиваться правильной политической позицией и правильным браком.

Лоя не желала иметь ничего общего с политикой; и уж тем паче ей не нужны были какие-то женихи.

— Ваше Величество, — холодно отметила она, — я не планирую становиться двоемужницей.

Король посмотрел на неё с удивлением:

— Разве Берт вам не сказал?.. — нахмурился он.

Пронзив его ледяным взглядом, принцесса переспросила:

— О незаконном решении вашей патриархии? О, конечно, сказал, сир.

Ей пассаж вызвал у короля живое любопытство.

— Незаконном? — почти весело переспросил он, удивлённый и чуточку восхищённый дерзостью сбежавшей принцессы, позволяющей себе столь неосторожные высказывания.

— Разумеется, — спокойно встретила его взгляд Лоя и чётким, ровным голосом высказала свою позицию: — Я дала клятву в супружеской верности перед престолом Царя Небесного. И не царям земным спорить с этой клятвой, — взгляд её вполне красноречиво отражал, что она думает о самоуправстве своего царственного собеседника. — Я принцесса из райанского королевского рода Се-Ролов, сир, — добавила она, — а принцессы нашего рода не нарушают данных ими клятв.

На этом месте королю очень, очень сильно захотелось ехидно отметить, что, кабы на месте Берта был какой-то неприятный Лое человек, то, очевидно, она и думать забыла бы о своих принцессиных клятвах, и от души радовалась бы аннулированию неудачного брака.

Однако он усилием воли удержал это ехидное замечание при себе, и лишь лёгкий его оттенок лёг усмешкой на уголки его губ.

Ему стало со всей очевидностью ясно, что брак Лои и Берта не был всего лишь вынужденной мерой, и что союз их скрепила взаимная симпатия. Сделалась ясна вчерашняя странная реакция брата — король всё не мог понять, что настолько выбило того из колеи, — да и само решение о заключении брака, которое король тоже всё не мог себе объяснить. Теперь картинка сошлась: в деле оказались замешаны чувства.

«Могу его понять!» — про себя хмыкнул король, разглядывая Лою совсем уж весело.

Она, гордо выпрямившись, смотрела на него с ледяной твёрдостью во взгляде, и на лице её было написано самое решительное упрямство — было очевидно, что она не уступит, и будет бороться за свой брак вопреки всему.

Восхищение Лоей, впрочем, почти сразу сменилось в короле досадой на брата.

Эта была привычное монарху мучительное чувство, которое возникало в нём всякий раз, когда дорогой его сердцу человек не решался прямо высказать ему свои мысли и чувства, остановленный страхом и почтением перед его высоким статусом.

Король ценил Берта особо именно потому, что он был искренен и открыт, и говорил с ним, как с братом, а не как с абстрактной политической фигурой. Было крайне досадно, что в той ситуации, когда дело было для Берта по-настоящему важным, он вдруг изменил своему обыкновению и вздумал корчить из себя послушного верноподданного.

«Ну, устрою я ему!» — прищурился король, позвонил в колокольчик и велел появившемуся на зов слуге:

— Вызовете ко мне графа Вирольского!

Долго ждать не пришлось, потому что и Берт, и глава дипломатического корпуса находились в приёмной короля на тот случай, если потребуется срочно решать какие-то связанные с принцессой международные дела.

— Ваше Величество! — поклонился Берт, входя.

«Устрою, устрою!» — с ехидным предвкушением подумал король, рисуя на своём лице официальное представительное выражение.

— У нас имеется некоторое недоразумение, граф, — соответствующим лицу тоном отметил он.

Берт всем своим выражением изобразил внимание; со стороны Лои исходила холодная настороженность.

— Её высочество, — король встал и сделал несколько шагов по направлению к застывшей перед ним паре, — отказывается признать ваш брак недействительным.

Смятение, которое на миг мелькнуло в глазах Берта, король заметил только потому, что тщательно вглядывался.

— Полагаю, — ровным