НеРодная сестра магната - Вероника Лесневская

Хихикаю от его неприкрытого сарказма. Да и противостояние Яна с Эдом меня забавляет. Пусть едят друг друга, пока я буду заниматься своими делами.

Однако моя уверенность испаряется, когда док уходит, а Ян крепко берет меня за локоть и тянет за собой к выходу.

— Я быстро, — бросаю я, когда мы останавливаемся возле невзрачного здания, кишащего народом. — Заберу чемодан — и обратно, — подмигиваю чернющему от злости Яну.

Но меня его настроение больше не волнует. Ведь я намерена смыться от него с вещами.

Провести день вместе с ненавидящим меня мужчиной? Нет уж, увольте.

Адаму я… совру что-нибудь. Убедительное, чтобы не сразу раскусил.

Довольная своим планом, тяну ручку двери, но… она не поддается.

— Хм, — поворачиваюсь к Яну. — Ты центральный замок заблокировал? Зачем?

— Защита от детей, — усмехается издевательски. — Чтобы не открыли на скорости и из салона не выпали.

— У тебя дети есть? — ахаю я. — То есть… Мало того, что часы, подаренные «с любовью», в чужих постелях забываешь…

— Я их не забыл. Ты… — спорит Ян, раздражаясь сильнее.

— Так еще и дети! — перебиваю его. — Какой же ты все-таки… — выдыхаю возмущенно.

Какой? Да такой же, как все. Типичный мужик.

— Будет, — пресекает мою речь. — Ребенок, — в глаза не смотрит.

Хватаю ртом воздух и хлопаю ресницами ошеломленно. Значит, его женщина беременна? Все настолько серьезно? Почему же Эд не в курсе? Утверждал, что Ян холост.

Впрочем, они могут быть не расписаны официально.

И после моего появления в доме Адама Ян ускорит процесс. Ради наследства.

Беременная жена…

Шах и мат, Мика. Причем во всем смыслах. Нашла, кому довериться впервые в жизни и кого подпустить слишком близко.

Мало того, что брат, так еще и подонок.

Предложение Эда больше не кажется столь бессмысленным и подлым…

— Ясно. Ну, я не ребенок, — еще раз дергаю ручку на себя. — Открой!

— Ты хуже, — бурчит Ян и сам покидает машину.

Обходит капот, останавливается возле моей двери. Медлит, будто размышляет, выпускать ли меня. Но потом все же открывает и подает руку, которую я, конечно же, игнорирую.

Не в силах разобраться в той буре эмоций, что кипят во мне, я мчусь к камерам хранения. Называю номер ячейки. Переминаюсь с ноги на ногу в ожидании своего багажа.

Первым делом принимаю из рук администратора рюкзак. Но чемодан… успевает перехватить Ян. Несет к машине. И меня не забывает вперед пропустить. Галантно так, обходительно.

Открывает багажник — и я с тоской смотрю, как мои вещи «пожирает» его автомобиль. Не люблю доверять другим то, что принадлежит мне. Но выбора нет. Вздыхаю, собираюсь отойти, однако Ян вдруг окликает меня.

— Рюкзак! — протягивает руку.

— Еще чего! — крепче сжимаю лямку.

— Ты с ним в машину не сядешь. После того, что ты пыталась сделать в кафе… — тянет многозначительно.

— Что? Как? — ахаю я.

— Официантка заметила, — честно отвечает.

— А зачем ты… — сглатываю нервно. — Гулял потом со мной? В отель пошел? И потом… Если знал!

— Не поверил ей. А зря, — хмурится.

Чувствую резкий укол вины.

— Рюкзак, — приказным тоном повторяет Ян.

Смотрю на его руку, губы стискиваю. И все-таки отдаю ему рюкзак, который тоже летит в багажник.

Плетусь к передней двери, нехотя сажусь в кресло. Жду, пока Ян устроится за рулем. И ругаю себя. Грубо, неистово. За то, что не сбежала от него сразу же после столкновения на площади Кракова. Сейчас не было бы так стыдно и… обидно.

— Что ж, — поворачивает он голову в мою сторону. — Едем зачислять тебя в университет?

— Угу, — киваю обреченно.

Вот и какая из меня студентка? Я даже школу со скрипом закончила. Еле экзамены сдала. Сложно было к ним готовиться. В перерывах между жестокими играми в «прятки» со сводным. Без правил…

Передергиваю плечами с отвращением. Заставляю себя отбросить ледяные щупальца прошлого. Нет больше той Мики. И обидеть себя я не позволю. Никому.

Ян прав: сама обижу. Обману и сбегу. Как привыкла.

— Адам говорил, что в России ты училась на фармацевта, — отвлекает меня от мрачных мыслей. — До третьего курса? Значит, кое-какая база у тебя есть. Ведь так? — смотрит с прищуром.

Внимательно, в самую душу забирается. И как у него это получается? Прозрачной опять себя чувствую рядом с ним.

— Так, — тихо произношу, впулившись взглядом в приборную доску.

Когда я врала на ужине, то исключительно, чтобы семейке Левицких нос утереть. А то смотрели на меня, как на жалкого подкидыша. И пусть так и есть, но марку держать надо.

Я же не думала, что Адам всерьез займется моим образованием. Ему бы я точно правду сказала. Но, кажется, уже поздно.

— Есть ли что-то, в чем ты должна признаться, прежде чем я с деканом буду говорить? — Ян продолжает копаться во мне, словно подозревает.

— Нет, — еле слышно.

Заводит двигатель, выезжает на трассу, набирая скорость. Следит за дорогой, но обращается по-прежнему ко мне.

— Что ж, хорошо, — добавляет что-то про «последний шанс», но я не разбираю слов из-за сигналов обгоняющих нас автомобилей.

Ян выкручивает руль, перестраивается и ускоряется.

Мчимся к моему очередному позору…

Глава 11

Понимаю, что с идеей побега можно распрощаться, когда Ян въезжает на закрытую территорию университета. Паркуется на просторной площадке. Чуть ли не посередине. Мы как на ладони, и мне точно негде скрыться.

— Готова, Доминика? — мое полное имя в устах Яна звучит строго.

С трепетом смотрю на огромное, величественное здание университета. На его фоне чувствую себя букашкой. Очень глупой. Не соответствую я этому месту. И никогда не буду.

Но, не желая сдаваться снобу Левицкому, я расправляю плечи и бодро шагаю ко входу. На пороге замираю. Почему в холле так многолюдно? Идет прием документов? Я совсем не знаю, как в вузах все устроено.

Ян подходит сзади, хмыкает и обнимает меня за талию. Увлекает за собой, ведет по длинным, петляющим коридорам универа.

Не сопротивляюсь, потому что сама боюсь заблудиться.

Захожу в кабинет декана, куда Левицкий любезно пропускает меня первой, и спотыкаюсь прямо у стола. Аккуратная хватка на плече спасает меня от падения. Забывшись, с благодарностью смотрю на Яна, но тут же хмурюсь и отворачиваюсь.

Обращаю внимание на мужчину средних лет, что расположился в кресле и с интересом изучает нас.

— Доброе утро, Ян. Адам сообщил, что вы приедете, — с улыбкой говорит он. По-русски. Видимо, об этом дед тоже предупредил. — Доминика, — жестом указывает на стул напротив.

Читаю табличку, где написано его имя латиницей. Станислав Журек, если я не ошибаюсь.

— Документы? —