Успех или борода - Пенни Рид

Умением терять нетрудно овладеть;

К погибели стремятся мириады.

Уж так устроен мир.

Тут нечего жалеть.

Элизабет Бишоп, «Законченные стихотворения»^[7]

~ Сиенна ~

Терпеть не могу звуки банджо.

Они у меня прочно ассоциируются с фильмом «Избавление»^[8], поэтому я как услышу банджо, так хватаюсь за задницу – условный рефлекс, как у собаки Павлова. Хоть в колокол надо мной звоните – и ничего, а троньте струны банджо – и я кинусь спасать свой анус.

А еще меня коробит от фланелевых рубах.

И бородачей с охотничьими собаками и винтовками.

Скорее всего, это как-то связано с тем, что наши родители, самые обыкновенные по пригородным меркам, не особо следили за тем, что я смотрела по телевизору и в кино. Папа с мамой познакомились в морской пехоте и вместе уволились в запас, чтобы открыть частную практику. Они много работали и, соответственно, много отсутствовали, но всегда оказывались рядом, когда нам требовалась помощь или поддержка.

Тем не менее воспитали меня в основном старшие братья-сестры и старые фильмы. В четыре года я смотрела все подряд, а в нашем доме это обычно означало мыльные оперы.

Однако в восемь лет я увидела «Основной инстинкт» (поэтому у меня в хозяйстве нет ножа для колки льда).

В двенадцать я посмотрела «Пятницу, тринадцатое» и с тех пор испытываю жгучее отвращение к хоккейным вратарям.

Зато моим любимым фильмом в тринадцать лет стал «Утиный суп» с братьями Маркс. Вместе с сестрой Реной мы наизусть могли пересказать диалог Эббота и Костелло «Кто на первой!».

Но сейчас, на захолустной горной дороге в глухомани Теннесси, я нервно озиралась, оглядывая окружающие меня деревья, готовая поклясться, что слышу зловещую мелодию на банджо.

Тынь-дынь-дынь-дынь-тып-тып-теп-теплее-теплее-теплее…

Да, я опять заблудилась.

На этот раз не по своей вине. Я и прошлый раз не считаю своей виной, но на этот раз я реально не виновата! Я практиковалась целую неделю. С неохотного разрешения Дейва, начальника моей личной охраны, Хэнк трижды возил меня по окрестностям и показывал, как добраться до съемочной площадки. Он привез мне карты. Я составила карту в уме. Я даже начертила собственную карту по памяти. А еще у меня теперь новый сотовый, который хорошо ловит даже на горе.

Побыть одной за рулем казалось роскошью после недели работы над сценарием с раннего утра до часа ночи, ответов на письма, поездок в Ноксвилл на интервью или чтобы поторговать лицом, ну и совместного проживания с тремя здоровенными горластыми мужиками.

Тем не менее как раз сейчас мобильный потерял сеть, на часах шесть сорок семь утра, и я непоправимо и ужасно заблудилась. Я чувствовала себя полной дурой. Нужно было согласиться, чтобы меня отвез Дейв или Тим. Не знаю, почему я уперлась, что поеду сама.

Хорошая новость – потому что хорошая новость тоже была – заключалась в том, что солнце наконец-то соизволило взойти. Заметив официального вида табличку «Трасса Купер-роуд», я решила остановиться на обочине, рассудив, как рассудил бы любой нормальный человек, что эта трасса есть на карте.

Трассы на карте не наблюдалось. У меня не осталось сил для буйной расправы с картой, поэтому я вышла из машины, спокойно отхлебнула еле теплого кофе и решила пешком добраться до кемпинга, который виднелся вдали у ручья. Рано или поздно обитатели палаток полезут наружу – надеюсь, без винтовок и не в клетчатых фланелевых рубашках, – и тогда я обращусь к ним за помощью.

Таков был мой план.

В него абсолютно не входил очень знакомый с виду зеленый пикап, который сбросил скорость еще в начале трассы и наконец остановился рядом с моей крошечной машинкой. А еще в мой план не входила озадаченная улыбка на красивом лице рейнджера Джетро, который спрыгнул на землю и оглядел меня, попивающую остывший кофе.

В плане у меня ничего подобного не значилось, но не скажу, чтобы это оказалось неприятно.

Не сводя с меня глаз, рейнджер, которого я, столько зная о его прошлом, уже не могла называть, как раньше, неотразимым или просто красавцем, приподнял шляпу совсем как в прошлый раз. И совсем как в прошлый раз осведомился:

– Мэм, вам нужна помощь?

Неожиданное тепло распространилось от живота до кончиков пальцев при звуке голоса рейнджера Джетро – хриплого, будто спросонья. От этого голос казался ниже и мужественнее. Несмотря на неожиданные кульбиты желудка, я сострила: