Нэй: мой любимый Прародитель - Анна Кривенко

А быстро он сдался! Вот и вся твоя сила, мутант-переросток! За злобным нравом и горой мышц обитало просто трусливое создание, не способное продержаться против противника и пары минут.

Я злорадно ухмыльнулся.

А вот теперь пора порезвиться по-настоящему!

Первым делом грубые лапищи разорвали цепи и освободили Риана. Тот начал заваливаться на пол, но я успел подхватить принца и немного неуклюже пристроил его в корявых лапах саалонца.

Казалось, Риан вообще ничего не весит. Он застыл в моих руках, как нежная девица, и с ужасом уставился на радостно скалящуюся зубастую морду. Почти мою.

Наверное, он решил, что ему пришел оглушительный конец, поэтому не выдержал «моего» радостного взгляда и мучительно закрыл свои бездонные синие глаза.

— Не… бойся… аримми… — прокряхтел я саалонским ртом, с трудом вычленяя звуки из этой грубой рептилоидной глотки. — Больше тебя… никто не тронет…

Когда глаза Риана снова распахнулись, я прочитал в нем не просто изумление. Он был шокирован до глубины души. До икоты, которая вдруг начала сотрясать его тело. Но когда он застонал и прошептал: «Наверное… уже начались галлюцинации», я понял, что доказать свою причастность к этому чешуйчатому борову будет не так уж легко…

Глава 87. Откуда он знает этот код?..

Риан

«Аримми… аримми…»

Только одно существо в мире называло меня так, и уродливое лицо саалонца никак не вязалось с тем, о ком я подумал.

Но бережные когтистые руки, ставшие такими всего несколько минут назад, «ласковый» взгляд, который только в страшном сне мог присниться, а самое главное — это незабываемое и трепетное обращение «аримми» доказывали: передо мной Нэй!

Неужели он… освоил практику выхода из физического тела? Или же он управляет рептилоидом на расстоянии?

Это были мысли на краю сознания, потому что реальность очень дезориентировала. К тому же, жутко болело разбитое лицо и израненные руки, а здешний фон, блокирующий все мои способности, ужасно подавлял, высасывая из тела крохи последних сил.

Саалонец грузно потопал прочь из комнаты и устремился по длинному коридору, погруженному в зловещий полумрак.

Меня начало укачивать в этих массивных лапах, но отключаться я себе не позволял. Мимо мелькали потрескавшиеся стены, и что-то в них показалось мне до боли знакомым. Совершенно неясное воспоминание вынырнуло из глубин, но вызывало мгновенный всплеск боли в голове, и я поморщился. Снова блок! Как странно! Неужели я действительно знаком с этим местом???

Из-за всего происходящего избавиться от барьера в голове мне захотелось еще больше…

* * *

Нэй

У меня был план. Рискованный, топорный, но все-таки план.

Я притащил Риана ко входу в Центр Управления, нашел дверь в подсобное помещение и толкнул ее массивным сапогом.

Дверь открылась и даже не отвалилась от стены.

Помещение, в котором никто не бывал уже сотни тысяч лет, покрылось немыслимым слоем пыли. Затхлый воздух ударил в ноздри запахом тлена и времени, и мне тут же перехотелось оставлять раненого принца в этом ужасном месте.

Но… выбора, очевидно, не было.

Риан безвольной куклой лежал на «моем» плече. Запекшаяся кровь на губе делала его облик еще более жалким, и я замер посреди коридора, пялясь на хрупкое существо в «моих» лапищах с непередаваемой нежностью.

Он был ребенком в моих глазах. Несмотря на его внушительный возраст, опыт и силу. Это было странно, необъяснимо, но… так я ощущал его буквально с самого начала нашего знакомства.

— Прости, аримми… — шепнул я непослушным саалонским ртом, — но тебе придется подождать меня здесь…

С сожалением опуская принца на пыльный грязный пол, усеянный кусками обломившихся настенных покрытий, я уловил как дрогнули его веки, и синий расфокусированный взгляд на пару мгновений остановился на мне.

Сил ответить у Риана не было. Да я и не ждал. Быстро развернулся, прикрыл дверь и… решительно сделал шаг вперед, позволяя автоматическим дверям, чудом работающим в этой древней постройке, впустить меня в Центр Управления лабораторией…

«Собратья» продолжали копаться в этом помещении, и заключенный в мои ментальные тиски саалонец внутри отчетливо дернулся, силясь, наверное, крикнуть о помощи или предупредить. Но это было абсолютно тщетно, так что ему ничего не оставалось, как с ужасом следить за моими последующими действиями.

Я прикинул, с кого лучше начать, и попер на самую внушительную толпу из шести сгрудившихся в одном месте саалонцев.

Один из них обернулся, вытянулся, признавая во мне офицера, потом что-то прошипел на своем непереводимом, но был весьма озадачен, когда я не ответил.

Видя, что мой решительный широкий шаг — агрессивный и не собирающийся притормаживать — больше похож на таран, рептилоид ошарашенно вытянул морду, отшатнулся назад и…

Он был единственным из всех шести, кто успел увернуться от моих кулаков. Пятеро отлетели в стороны как пушинки, и я порадовался могучей силище своей марионетки, отмечая, что управлять этой машиной для убийства стало значительно легче.

Саалонцы, ударившись об оборудование, которое скорбно заскрежетало от неожиданного насилия в свою сторону, растеклись лужицами по полу, но остальные восемь, тут же повыхватывали бластеры из кобуры и направили на меня. При этом я почувствовал небольшое ментальное давление, но их потуги были бессильны: моя лаборатория блокировала не только моих соотечественников, но и всех остальных существ.

Один из них что-то надрывно заверещал, и я уловил пару знакомых словечек, типа «остановись» и «убийство». Но «моя» рептилоидная морда только лишь расплылась в оскале, предвкушая исполнение своей бурлящей в груди жажды мести.

А что, если придать этой туше немного предтечского ускорения???

Я рванул резко в сторону, схватил первого попавшегося противника, ударил его ногой в живот и выхватил бластер. Этим бластером порешил еще четверых, пока они в ступоре взирали на мои сверхскоростные движения.

Наконец, оставшиеся очнулись и начали по мне палить, но предтечское ускорение действительно помогло.

Я отпрыгнул в сторону, удивляясь, как это неповоротливое тело может быть таким ловким, кубарем покатился к их ногам, лишая равновесия, а потом вскочил и несколькими ударами когтистой лапищи отправил саалонцев как минимум в глубокий нокаут.

Тело моей марионетки подрагивало от напряжения, когда я наконец-то поднялся на ноги. Рептилоид внутри скорбно заскулил, но не вызвал во мне и капли жалости. За то, что он сделал с Рианом, ему положено было кое-что пострашнее побоев.

Первым делом я сковал их всех найденными на их поясах блокираторами, а потом развернулся к уцелевшему оборудованию.

Немного растерявшись, я начал прикидывать,