Беглянка - Барбара Картленд

— Подождите, capitaine, подождите.

— А, Жан, обживаешься на новом месте?

— Да, capitaine, но я должен вам кое-что сказать.

Наступила мучительная тишина: неразговорчивый капитан ждал, что скажет Верена.

— Его светлости досадил не юнга, это был moi^[24]. Пожалуйста, не бейте мальчика, накажите меня.

Капитан Макдональд несколько секунд разглядывал, потешаясь, встревоженное лицо Верены, а потом сказал:

— Марш отсюда, парень. Я не собираюсь сдирать шкуру с нового шеф-повара — вдруг ты сегодня подложишь мне в ужин острого перца? А на будущее — не путайся у его светлости под ногами. Он любит, чтобы его люди знали свое место.

Капитан зашагал прочь, посмеиваясь, а Верена осталась раскрасневшейся от негодования.

«Ну и грубиян! Я вовсе не прочь подложить ему косточек в пудинг. Похоже, этот маркиз пренеприятный тип. Очень надеюсь, что я не попала из одной ужасной ситуации в другую».

Верена не сразу нашла камбуз, но, открыв двери, обнаружила внутри коренастого темноволосого мужчину. На нем была белая кепка и огромный фартук в полоску.

— Ага, ты, должно быть, новый шеф-повар, — с улыбкой сказал он. — Меня зовут Джек, я буду готовить для всего нашего крепостного брата!

Верене с трудом удалось изобразить улыбку — настолько грубым, хотя и энергичным был этот человек; казалось, он слишком грязен, чтобы заниматься стряпней.

— Я Жан, — просто ответила девушка.

— Француз, говоришь, — констатировал Джек, недобро косясь на нее.

— Oui.

— Гм, прошлый тоже был француз, и неприятностей от него была целая куча. Не суй нос в мои дела, и я в твои не буду.

Верена поразилась бесцеремонности второго повара. Девушка поняла, что не найдет в Джеке союзника.

Верена аккуратно распаковала продукты, заботливо отложив поврежденные персики для пюре. Омаров она опустила в ведро с водой, а корейку ягненка спрятала на самую нижнюю полку кладовой.

Девушка снова взглянула на меню сегодняшнего ужина.

Для начала — potage de legumes^[25], в качестве главного блюда homard a la Milanaise^[26], а на десерт pèches а l'Australienne.

Как раз в это время пришел Артур с подносом чашек и блюдец и с изящным серебряным кофейником.

— Вот, его светлость закончил с этим. Он ждет ужин ровно к половине девятого. Не заставляй его ждать — он становится очень сердитым, когда голоден.

— Mon Dieu!^[27] Что же это за человек?

— Очень достойный джентльмен, — сухо ответил Артур.

— Прошу прощения, я не хотел быть impoli^[28]. Атмосфера стала натянутой.

«Ах, я обидела стюарда, — подумала Верена, — так не годится, он нужен мне в качестве союзника».

— Пожалуйста, возьмите этот персик, он, как вы говорите, раненый?

Девушка протянула один из персиков Артуру. Тот смерил фрукт внимательным взглядом и только после этого взял его в руки.

— Спасибо, юноша. Говоришь, тебя зовут Жан?

Верена кивнула.

— Вот что, Жан, помогай мне, а я присмотрю за тобой. У нас на «Морском коньке» так заведено, верно, Джек?

— Угу, — буркнул повар, разрубая бок жирной свинины.

— Скажите, вы знаете, куда мы плывем? — с надеждой спросила Верена.

Артур пожал плечами.

— Куда пожелает его светлость. Может, в Африку, может, в Индию, кто знает? Это плавание продлится всего три недели, но куда нас направит каприз его светлости, неизвестно. Наш маркиз настоящий цыган.

Верена была просто в ужасе от неуважительного тона стюарда. Она тут же задумалась: а что, если ее слуги в прошлом отпускали подобные комментарии в ее адрес?

— А теперь я оставлю тебя готовить ужин. Сделай все, как надо, Жан. Мы остановимся в одном из портов Испании, а ты ведь не хочешь, чтобы тебя высадили в какой-нибудь вонючей дыре! Ха-ха!

Он покинул камбуз, жуя персик.

Верена начала готовить ужин.

Девушка поморщилась, бросая живых омаров в кастрюлю с кипящим рыбным бульоном и белым вином — их криками огласился весь камбуз, а Джек только бессердечно посмеивался.

— Будут знать, — хихикал он.

Бедная Верена никогда не выносила этой части приготовления, но повар отца часто говорил ей, что звук издает воздух, выходящий из-под панциря, а вовсе не омары.

Как только омары порозовели, девушка выловила их из кастрюли и оставила, чтобы не остывали, между двумя тарелками над кипящей жидкостью. Соус был очень сложным: он должен идеально дополнять тонкий аромат омаров.

Верена сделала томатное пюре, добавила в него твердого итальянского сыра и сметаны, которую купила сегодня днем.

Девушка понимала, что Джек пристально наблюдает за каждым ее движением. Он следил за ней зорким взглядом ястреба.

* * *

В восемь часов стюард вернулся, чтобы забрать тарелки и буфетные тележки.

Он как раз взял с полки стопку фарфоровых тарелок, как вдруг под ногами раздался ужасный рев.

— Alors?^[29] Что это? — воскликнула Верена, чуть не забыв про свой новый французский голос.

— Это двигатели корабля, — ответил Артур.

— Значит, мы уже в пути!

Верена так нервничала, что перехватывало дух: ужин был почти готов, но окажется ли он достаточно хорошим для привередливого маркиза?

Когда корабль отчалил от Пул-Харбор, Верену охватила тревога.

Сумеет ли она соответствовать высоким стандартам, которых требует маркиз, или окажется высаженной на берег в каком-нибудь недружелюбном испанском порту? Девушка вздрагивала, торопливо кружа по камбузу; ее судьба была в руках Божьих.