Ночная гостья - Лилиан Колберт

Вилли не заметил ее приближения, иначе бы непременно куда-нибудь скрылся, чтобы избежать встречи с сестрой. Увидев ее рядом с собой, Вилли сначала растерялся, а потом сердито нахмурился, недовольный тем, что Кимберли застигла его врасплох.

Кимберли улыбнулась, чувствуя, как комок подкатывает к горлу.

— Привет, Вилли, — поздоровалась она хрипловатым от сдерживаемых эмоций голосом. Вилли быстро обвел взглядом комнату. Кимберли знала, кого он ищет. — Ты не хочешь говорить со мной? Не бойся, я не кусаюсь.

— Уходи, Кимберли.

— Неужели мы не можем даже поговорить? — удивилась она. — В детстве мы любили поболтать. Помнишь?

Вилли бросил на сестру сердитый взгляд.

— Что было, то прошло. С тех пор наша жизнь изменилась. Я не могу говорить с тобой. И не буду, — решительно заявил он и хотел отойти, но Кимберли остановила его, положив руку ему на плечо.

— Ты все еще боишься его, Вилли? Даже теперь, когда создаешь собственную семью? — грустно спросила она.

Вилли побледнел и попытался сбросить с плеча ее руку.

— Мне надоело слушать тебя. Тебе было легко, Кимберли. Ты ничего не теряла, уходя из дому!

— Ты не прав, — с горечью сказала Кимберли. — Мне было что терять. Я потеряла всех вас — тебя, Кэтрин, маму. Я тосковала по дому. Отчаянно скучала по родным. Я ничего не требую от тебя, я хочу только одного: поговорить с тобой.

Казалось, Вилли заколебался, но, взглянув куда-то за спину Кимберли, решительно покачал головой. На его лице появилось ожесточенное выражение. Обернувшись, Кимберли увидела отца. Он внимательно наблюдал за ними, сурово сдвинув брови.

— Отстань от меня, Кимберли! — процедил сквозь зубы Вилли и, резко повернувшись, отошел от нее.

На этот раз Кимберли не стала останавливать его, зная, что это бесполезно. Вилли с детства как огня боялся отца. Он рос слабым изнеженным ребенком, не выносившим скандалов и вспышек гнева. Чтобы закалить его характер, отец отдал сына в военное училище. Вернувшись оттуда, Вилли замкнулся в себе. Кимберли казалось, что он стал испытывать еще больший страх перед отцом.

После неудачной попытки поговорить с братом Кимберли почувствовала, что ей необходимо покинуть гостиную и успокоиться. Выйдя на террасу, она с наслаждением вдохнула свежий воздух. Джейсон, который в это время разговаривал с одной из своих сестер, тайком наблюдал за Кимберли. Ее поведение вызывало у него беспокойство.

Кимберли прошла в самый отдаленный угол террасы, где царил полумрак. Положив ладони на перила, она запрокинула голову, подставляя разгоряченное лицо дувшему с залива прохладному ветерку.

Вслед за ней на террасу вышел еще один гость. Услышав шаги за спиной, Кимберли обернулась и увидела отца. Его лицо было перекошено от гнева.

— Черт возьми, — прорычал он, — почему ты постоянно перечишь мне и пытаешься бросить вызов?! Я велел тебе оставить в покое моего сына. Мы не хотим иметь с тобой ничего общего!

Кимберли никогда не испытывала страха перед разгневанным отцом и не уступала его яростному натиску, какие бы проклятия и угрозы он не изрыгал. Попятившись, она прислонилась к каменному парапету террасы и, вскинув подбородок, взглянула отцу в глаза.

— Надеюсь, ты помнишь, что отрекся от меня? — холодно спросила она. — А это значит, что ты не имеешь права повелевать мной и приказывать мне. Я больше не дочь тебе!

Хью презрительно хмыкнул.

— Ты никогда и не была мне дочерью. Дочь слушается своего отца, а ты всегда перечила мне и поступала по-своему. Настоящая дочь не общается со всякой шушерой, не спит с грязными ублюдками! Настоящая дочь бережет честь семьи и не ложится в постель со всеми мужиками подряд!

Кимберли чуть не задохнулась от ярости. Да как он смеет так говорить!

— Среди моих друзей никогда не было шушеры, — отчеканила она. — И я никогда не ложилась в постель со всеми подряд!

Хью презрительно хмыкнул.

— Правда? Да ты легла с первым же парнем, который начал увиваться за тобой! Не могла дождаться, когда он сделает тебе предложение! А он попользовался тобой и бросил!

В словах отца была горькая правда.

— Я любила его, — попыталась оправдаться Кимберли. — И думала, что он тоже любит меня.

Кимберли в детстве и в юности так не хватало любви, что она, встретив Стивена, закрыла глаза на его недостатки, отчаянно надеясь обрести в нем близкого преданного друга.

— Дурочка, — фыркнул Хью, — ему нужна была вовсе не ты, а мои деньги. Когда он узнал, что никогда их не получит, то бросил тебя, потеряв к тебе всякий интерес.

Кимберли скрестила на груди руки, чувствуя, что они дрожат.

— Не я первая, не я последняя. Мало ли на свете подлецов, — промолвила она ровным голосом.

— Да, но не все брошенные женщины оказываются беременными, — безжалостно продолжил Хью.

Слова отца разбередили Кимберли душу.

— Это тебя не касается, — процедила она сквозь зубы.

Хью вплотную приблизился к ней, теперь он нависал над миниатюрной дочерью, как могучий утес.

— Нет, это касается меня, юная леди! — багровея, воскликнул он. — Теперь я должен жить, зная, что где-то растет ребенок, у которого нет и никогда не будет отца и который позорит мое честное имя!

Комок подкатил к горлу Кимберли.

— Успокойся, — еле слышно промолвила она. — Никто не позорит твое доброе имя.

Хью нахмурился.

— Ты отдала ребенка на усыновление? — недоверчиво спросил он. Именно этого требовал он от дочери, когда узнал, что она беременна.

Кимберли отрицательно покачала головой.

— Нет, моя девочка умерла. — Ее голос дрогнул, в глазах блеснули слезы. — Я знаю, что эта новость обрадует тебя.

Кимберли изо всех сил старалась не разрыдаться перед этим черствым человеком, который не умел прощать.

Хью отступил на шаг и расправил плечи.

— Думаю, случилось лучшее из того, что могло случиться в данной ситуации, — холодно сказал он.

Кимберли была до глубины души потрясена его словами. Отец казался ей теперь настоящим чудовищем.

— В тебе нет ничего человеческого! — Она задыхалась от слез. — Тебе неведомо милосердие! Может быть, это тебя удивит, но я страдаю оттого, что моя дочь умерла. Я хотела бы, чтобы она жила. Я дала бы ей то, чего сама была лишена в семье, — любовь. Впрочем, тебе этого не понять.

На скулах Хью заиграли желваки.

— Детей рожают не для собственного удовольствия, а для того, чтобы продолжить род.

Кимберли много раз слышала эти слова, и ее всегда коробило от них.

— Подобные взгляды на брак и рождение детей остались в прошлом! — воскликнула она, хотя хорошо знала, что отца не переубедишь. — Ты хотел заставить меня выйти замуж за человека, которого ты сам выбрал мне в супруги. Но я не желаю, чтобы кто-нибудь распоряжался моей жизнью!