Сцены страсти - Дина Джеймс

Ромео схватился рукой за горло, потом за сердце. Он упал на колени.

– «О честный аптекарь! Быстро действует твой яд. Вот так я умираю с поцелуем».

Слезы, которые сначала лишь застилали ей глаза, потекли ручьем. От мыслей о нем – таком красивом, сильном, молодом и влюбленном настолько, что он не мог жить без своей возлюбленной, – Миранда совершенно потеряла голову. Но не из-за Ромео. Она уже забыла, что это всего лишь пьеса. Красивый актер был реальным человеком, но он настолько слился в ее сознании с персонажем, которого играл, что Миранда окончательно и безнадежно влюбилась в него.

Протягивая дочери свой носовой платок, Рут Драммонд смущенно улыбнулась Бенджамину Уэстфоллу.

– Она никогда не видела ни одной пьесы, – шепнула она ему. – У нас прекрасные места, но только слишком близко от сцены. Будь мы немного подальше, Миранда лучше контролировала бы свои чувства.

Он понимающе кивнул.

– По ее слезам можно понять, что пьеса ей понравилась.

– Думаю, да. Тебе понравилось, Миранда? – спросила Рут у дочери.

Вытирая слезы, девушка покачала головой.

– Все слишком печально.

Актеры вышли на сцену на последний поклон. Публика уже заполняла проходы. Миранда как завороженная смотрела в лицо Ромео, с улыбкой раскланивающегося перед зрителями. Она не аплодировала, а только неподвижно сидела и всхлипывала. В зале уже начали зажигать лампы. Миранда не чувствовала, как мать потянула ее к выходу. Она повернулась к Ромео, протянув к нему руку.

Он взглянул ей в глаза и широко улыбнулся; его белые зубы сверкали под аккуратными черными усиками. Он подмигнул ей.

Вдруг Миранда воспрянула духом. Он был жив. Это в конце концов была всего лишь пьеса. Но Шрив Катервуд был самым чудесным актером и самым прекрасным мужчиной, какого она когда-либо видела в своей жизни.

– Я ждал, пока высохнут твои слезы, моя дорогая Рут.

– Бенджамин, я не…

– Теперь ты не можешь возражать, – напомнил он ей. – Никаких препятствий больше не существует. То, что я приехал сюда, должно заставить тебя поверить, что я хочу на тебе жениться. – Воплощение абсолютной уверенности в себе, он стоял гордо расправив плечи. Его аккуратно подстриженная борода уже была тронута сединой. Волосы тоже были с проседью и слегка поредели на висках. Хотя он по-прежнему был видным мужчиной, его щеки все же несколько ввалились, а глубокие морщины избороздили лоб.

Рут опустила голову, чтобы скрыть нахлынувшие на нее противоречивые эмоции. Словно беспощадная судьба он появился у ее порога. Он был по крайней мере лет на пятнадцать старше ее, уже пожилой мужчина. Было ли его тело таким же старым, как лицо? Она не могла забыть крепкое молодое тело Френсиса и ужасные дни до и после его гибели.

– Рут. – Голос Уэстфолла показался ей слишком громким. – Ты должна согласиться. Подумай о том, что я могу тебе дать.

За три года она никого не встретила. Четырнадцать лет она жила с Френсисом Драммондом жизнью, полной волнений и радостей. И вдруг она оказалась приговоренной к одиночеству в постели и однообразию жизни, которую ее родители считали вполне нормальной для вдовы. Ей уже казалось, что ее душа умерла и покоится в могиле рядом с Френсисом в долине Вайоминга.

Бенджамин Уэстфолл обнял ее. Рут закрыла глаза, почувствовав, как острое желание пронзило ее. От него исходил терпкий мужской запах. От ее отца пахло кедровым шкафом, в котором ее мать хранила его одежду.

Теплое дыхание Уэстфолла касалось ее волос. Она задрожала. Он сразу же почувствовал трепет ее тела. Прижав губы к ее уху, он прошептал:

– Я буду заботиться о тебе, как ты того заслуживаешь.

– Бенджамин, я…

Его руки скользили по ее спине, лаская ее.

– У нас будет свой дом. Ты больше не будешь жить из милости в доме своих родителей, которые, как я догадываюсь, не слишком щедрые люди. Твоя дочь, эта красивая девочка, до сегодняшнего дня ни разу не была в театре. Я могу так много дать ей и ее маленькой сестренке. Я могу многое дать тебе.

У Рут защипало глаза. После смерти Френсиса не только у Миранды, но и у нее самой было мало радостей в жизни. Ее родители, хотя и занимавшие видное положение в обществе, не обладали большим состоянием. Последнее время мать Рут взваливала на нее все больше и больше разных домашних обязанностей, будто та была бесплатной служанкой в доме.

Ее отец настоял, чтобы она отдавала ему свою небольшую вдовью пенсию, а из этих денег выделял мизерную сумму на карманные расходы. Он не уставал повторять дочери, что ее брак с молодым выпускником Уэст-Пойнта был неразумным шагом. Браки по любви редко приносят выгоду обеим сторонам. Но предложение, которое ей делал полковник Уэстфолл, будет, несомненно, воспринято ее отцом совершенно иначе.

В этот момент Рут уже все для себя решила. Однако она медлила. Гордость требовала, чтобы она не проявляла чрезмерной поспешности.

– Я должна подумать. Это очень важный шаг.

– Не надо. – Он сжал ее плечи и легонько встряхнул. – Не думай. Будь решительной. Будь храброй. Я помню твою храбрость, Рут. Ты была идеальной женой для солдата. Ты вновь можешь ею стать.

Она покачала головой.

– Очень сомневаюсь. Когда я выходила замуж за Френсиса, я была молоденькой девушкой, жаждущей приключений. Меня не пугали трудности. Теперь мне уже тридцать четыре года. Мне хочется комфорта. – Она улыбнулась. – Теперь бы я уже не выдержала поездку по зимней дороге, когда термометр показывает минус сорок.

Уэстфолл строго посмотрел на нее.

– Я не должен был отпускать тебя. Я всегда жалел, что ты вот так уехала. Теперь никто никогда не потребует от тебя вновь совершить такую поездку.

Пришло время для откровенного разговора. Рут высвободилась из его объятий и серьезно посмотрела ему в лицо.

– Почему ты хочешь жениться на мне, Бенджамин?

Улыбка тронула его тонкие губы.

– Ты не веришь, что я люблю тебя. Что я всегда любил тебя.

Не ответив на его улыбку, она покачала головой.

– Я верю, что когда-то ты хотел меня. Он кивнул.

– Да, верно.

– Но я не верю, что тогда ты любил меня. – Она не сводила с него глаз. – И я не верю, что ты любишь меня сейчас.

Он беспомощно развел руками.

– Я хотел выглядеть романтичным. А ты требуешь правды.

– Я предпочитаю правду.

– Ну хорошо. Ты ее получишь. – Он подвел ее к стулу и усадил. Когда Рут удобно устроилась, Уэстфолл набрал в легкие воздуха как человек, приготовившийся открыть свою душу. – Мне нужно, чтобы ты вышла за меня замуж.

Она вздрогнула.