Рискнуть всем ради тебя - Мейси Ейтс

Именно в этот момент она поняла, как глубоко влипла. Ей казалось, что с каждым шагом по белоснежному мраморному полу здания и дальше, по открытой террасе, на ее шее все туже затягивается веревка. Жемчужные бусы внезапно стали как будто тяжелее, они словно душили ее.

Расстегнув застежку, она сдернула бусы и зажала их в кулаке.

– Мисс Рэйчел! – провозгласила горничная, словно объявляя о прибытии родовитой герцогини.

Алекс поднялся ей навстречу. На нем была простая белая рубашка, расстегнутая у ворота, с рукавами, закатанными до самых локтей. На ее фоне его кожа казалась бронзовой. В открытом вороте виднелась поросль волос. Он выглядел удивительно естественным и невероятно сексуальным.

Это было нечестно. Ну почему ее тело так тянулось к этому бесчестному обманщику, желавшему лишь использовать ее?..

Рэйчел села, и Алекс вслед за ней опустился на свое место.

– Ты хорошо отдохнула? – поинтересовался он.

– Ты прекрасно знаешь, что нет. Все это время я просто с ума сходила. Ты не забыл, что со мной случилось? А в довершение всего, я жду ребенка!

– Именно поэтому я предлагаю тебе выйти за меня. Не для того, чтобы отнять «Холт» у Аякса, а ради этого ребенка.

– Отлично. Прекрасно. Но знай: я все равно не выйду за тебя. По крайней мере, до того, как выйдет замуж моя сестра. Только так я буду на сто процентов уверена, что ты не получишь «Холт» из-за моей беспечности. Я не принесу такой боли ни Аяксу, ни моим родным. – Тут ей пришла в голову неожиданная мысль. – И да, если ты попытаешься приударить за моей сестрой, будь уверен: я отпилю тебе мужские причиндалы тупым перочинным ножом. Не думай, что у меня не хватит духу. Не забудь, я из Нью-Йорка, а там не принято церемониться.

– У меня нет никакого желания соблазнять твою сестру, – произнес Алекс, откинувшись на спинку стула и задумчиво глядя на океан. – Мои планы изменились, а с ними и приоритеты. Ребенок для меня важнее мести.

– Только не говори мне о браке. Я не собираюсь это обсуждать.

– Ты – нет, а я как раз собираюсь. Я буду поднимать этот вопрос, когда сочту нужным.

– От тебя одни проблемы, ты в курсе?

– Разумеется. – Алекс поднес к губам бокал.

Он еще и пьет перед ней вино! Да, он явно знал, что создает другим проблемы. И похоже, наслаждался этим.

– Так прекрати! – Рэйчел сделала глоток воды.

– Это вряд ли. Я двадцать шесть лет приобретал свои вредные привычки, а ты хочешь, чтобы я отказался от них в один миг!

– Скажи, зачем такому человеку, как ты, нужен ребенок? Мне кажется, тебе было бы легче просто уйти.

– Почему же?

– Потому что многие мужчины поступают именно так. К тому же ты связался со мной, только чтобы отомстить Аяксу. Тебе это удалось, и ребенок уже никак не поможет тебе. Особенно с учетом того, что я не собираюсь выходить за тебя, а значит, отнять у Аякса «Холт» ты не сможешь.

– Для меня это – вопрос чести.

– У тебя есть честь? Где она была, когда ты отнял у меня мою добродетель там, на Корфу?

– Какую добродетель? Девственность – да. Хотя мне не пришлось ее красть. Ты сама с готовностью отдала ее.

– Это не имеет значения, – фыркнула Рэйчел. – Я просто не понимаю, что тебе от меня нужно, и это заставляет меня нервничать. Я лишила тебя надежды на призы, которые тебя так привлекали, но ты, похоже, все равно хочешь чего-то добиться… и я не могу разобраться, что еще ты надеешься получить от меня.

– Мне нужен мой ребенок. – Алекс отставил бокал. – Потому что я знаю, каково это – расти без отца. Когда в твоей комнате сгущаются тени, и ты не просто боишься злого буки – нет, ты совершенно точно знаешь, какое зло может обрушиться на тебя. Знаешь, что никто не защитит тебя от злого буки. Мой ребенок не будет знать подобных страхов. Я буду его защищать. Рядом со мной он будет в безопасности. И никогда не будет страдать.

Рэйчел опустила глаза, взглянув на стоявшую перед ней тарелку с рыбой и рисом. Аппетита не было. Она страшно нервничала, ее желудок словно связало тугим узлом. Она не могла съесть ни кусочка.

Слова Алекса лишь добавили ей беспокойства. Она не хотела видеть в нем хорошее. Она хотела продолжать злиться, ей было проще считать его злодеем, стремящимся побороть героя – Аякса.

– Это очень хорошо с твоей стороны, – наконец проговорила она.

– Обычная человеческая порядочность, – отозвался Алекс. – Каждый родитель хочет защитить своего ребенка. Твои родители, наверное, тоже защищали тебя? Или нет?

– Да. Всегда. Мой отец всегда был рядом со мной и с моей сестрой, а когда появился Аякс… папа полюбил его, как сына. Как и мать.

– Ты же говорила, что она умерла?

– Несколько лет назад. Она болела. Поэтому я не получила высшего образования, да и другого тоже. Мне нужно было помогать ей. А ей нужно было жить своей жизнью. Мне было непросто находить общий язык с матерью, но она была больна и нуждалась в помощи. Так что я не обижена, что все это время была рядом с ней. – Она покрутила в пальцах вилку. – А потом… потом Аякс сказал, что хочет, чтобы мы с ним…

– Почему ты так тянула со свадьбой?

– Сначала я говорила, что хочу немного пожить для себя. Теперь я понимаю: это потому, что я совершенно не любила его. Я встречалась с другими мужчинами… но ничего серьезного не было. Хотя Аякс никогда не требовал от меня верности, мне все равно казалось, что я обманываю его. Потом мы объявили о помолвке… она продолжалась несколько лет, и это было очень удобно. Я могла носить кольцо и при этом жить по-прежнему, ничего не меняя. – Она задумчиво глядела на воду в стакане. – А теперь… все изменилось.

– Ну, не все… ты ведь так и не вышла замуж.

– И не собираюсь.

– Потому, что не доверяешь мне?

– И это тоже. Но это не главное. Мой отец пообещал отдать «Холт» дочери, которая первой выйдет замуж, и ее мужу. И он ни за что не отступится от своего обещания.

– Это вдохновляет. – В глазах Алекса загорелся мрачный огонь.

– Так что тебе не удастся завладеть компанией. Извини.

– Плохо.

– Я ужасно устала, – проговорила Рэйчел, поднимаясь. – Ужин был не лучшей идеей. Я пойду к себе. И пусть мне принесут печенье и кофе. Без кофеина. Я не хочу здоровой еды.

– Да ты бунтарка, Рэйчел Холт! – Алекс удивленно поднял бровь. – И как журналисты этого не замечали?

– Заткнись. – Решительно повернувшись, Рэйчел вышла из комнаты и направилась к себе. Зайдя в свои апартаменты, она с яростью захлопнула за собой дверь.

Ей хотелось печенья. И открыть окно, чтобы было чем дышать.

Но даже ветер с океана не снял тяжесть с ее сердца. Ей казалось, что она вот-вот взорвется. Но она так долго училась контролировать свои чувства, что даже теперь, в одиночестве, не могла выплеснуть их.