Аромат жасмина - Энн Тамплин

Джеральдина нахмурилась. Уолтер не в первый раз переводил на это разговор. Она попыталась разрядить ситуацию.

— Принц лучше, чем Нищий.

— Ничем не лучше, если каждый шаг приходится согласовывать с отцом.

— Уолли, ты преувеличиваешь.

— Ничуть. Я ведь единственный сын. Почему бы не дать мне больше полномочий? В конце концов, рано или поздно семейный бизнес перейдет ко мне!

— Может быть, папе пока трудно на это решиться. Он всю жизнь все решал сам.

— Но мне-то от этого не легче, сестричка. У меня не так много времени.

— Тебе же всего тридцать лет!

— Я не о возрасте. Мы с Билли прокручиваем вместе дела, и для них мне нужно кое-что решать самостоятельно. Пока этого нет, Билли останется партнером папы, а я буду не у дел.

— А… какие дела?

— Тебе неинтересно. Фрахт для одних знакомых Билли. Нет, пожалуй, мне стоит податься в политику.

— Уолли! Я так рада за тебя!

Джеральдина приподнялась на цыпочки и поцеловала брата в щеку. В следующий момент она окаменела, просто примерзла к полу. В зал входил Пират. Высокий, неправдоподобно широкоплечий, смуглолицый, невообразимо сексуальный Пират. Джеральдина моргнула — и видение исчезло.

Уолтер недовольно потянул ее за руку.

— Джеральдина! Нас ждет Билли. Пошли же! Нехорошо заставлять его ждать. Он тебе что, не нравится?

— Нравится.

— Это хорошо. Потому что ты ему тоже нравишься.

Вот так. Она должна выходить замуж за человека, которому она НРАВИТСЯ. А ей хочется быть с тем, при виде которого сердце замирает в груди и дыхание останавливается, а кровь, наоборот, бежит все быстрее, превращаясь на бегу в шампанское.

— Джеральдина, Билли хочет жениться на тебе.

— Уолли, не начинай. По крайней мере, не сегодня.

Голос Уолтера сделался похож на шелест наждачной бумаги.

— Джеральдина, ты должна отдавать себе отчет, что я желаю тебе только добра…

Он еще что-то говорил, но девушка уже не слушала. Она подходила к Билли и его матери, очень пожилой и очень молодящейся женщине. Светский поцелуй в воздух — и миссис Торнтон защебетала, слегка пришепетывая:

— Ты чудесно выглядишь, дорогая!

— Вы тоже, миссис Торнтон.

— Это все благодаря Билли. Он сам подбирал мне костюм. У него чудесный вкус.

— О, я знаю.

Билли вмешался в разговор с холодной улыбкой на тонких губах:

— Мама, погляди, это не Белинда Мерчери там, у окна?

— Где? О, ты прав, мой дорогой. Воркуйте, голубки, я ненадолго оставлю вас.

С этими словами миссис Торнтон упорхнула. Джеральдина повернулась к Билли. Ее немного мучило чувство вины, и она намеревалась дружески поболтать с человеком, который и не подозревал о ее измене, но в этот самый момент в зал вошел Рой.

Джеральдину поразило выражение его лица. Собранное, хищное — лицо настоящего флибустьера. Трудно поверить, что всего несколько минут назад они занимались любовью, и лицо это было томным от страсти и сияющим от любви! Однако в следующий миг их глаза встретились, и все стало на свои места. Глаза были теми же. Под их взглядом Джеральдина ощутила себя раздетой донага, и это чувство неожиданно доставило ей удовольствие.

Он шел через зал, и все женщины обращали на него внимание. Широкие плечи, упругая походка, роскошная фигура делали Роя неотразимым, и Джеральдина почувствовала укол ревности. Захотелось невозможного: подойти к нему, сорвать с него маску и прижаться к его губам страстным поцелуем, чтобы все присутствующие поняли, чей это мужчина.

— Джеральдина, с тобой все в порядке?

— Д-да… Да, Билли. Просто здесь немного душно.

— Ты права. Уолтер, может быть пора начинать торжественное оглашение?

— Да, Билл, думаю, самое время.

Пальцы Уолтера так сильно стиснули локоть Джеральдины, что она с изумлением посмотрела на брата.

— Ты мне руку сломаешь!

— Прости. Я немного нервничаю.

— Что с тобой, братик? Ты же уже проделывал все это пару раз.

— Тогда все было по-другому.

— Почему?

— Через минуту сама все поймешь.

Джеральдина с удивлением заметила, что Билли Торнтон молча встал рядом с Уолтером. Такого раньше не было. Бал-маскарад был традицией исключительно семьи Бриджуотеров. Где Рой? Она потеряла его из вида.

Оркестр смолк, повинуясь кивку Уолтера, и толпа гостей затихла.

— Леди и джентльмены! Уважаемые гости! Сегодня особый вечер. Мы не только хотим поприветствовать вас на ежегодном балу Бриджуотеров, но и намерены сделать одно важное заявление.

Джеральдина почувствовала, как холодок пробежал по ее спине.

— Вам всем хорошо известно, какие тесные узы связывают семьи Бриджуотеров и Торнтонов. Узы дружбы. Узы партнерства по бизнесу. Теперь я рад сообщить, что эти узы станут еще прочнее.

Джеральдина похолодела. Он не посмеет!

— Господа! Я имею честь объявить о помолвке моей сестры, Джеральдины Магдалены Бриджуотер, с человеком, который стал для меня братом с самого детства — с Уильямом Торнтопом Джуниором!

Уолтер вложил руку сестры в холодные пальцы Билли, и она прошептала ему с яростью:

— Нет, Уолтер! Ты не сделаешь этого!

— У меня нет выхода, Джеральдина!

Потом Билли надевал ей кольцо на палец и говорил ответную речь, и все хлопали, а она твердила про себя, что надо просто переждать это, дождаться, когда все разойдутся, а потом она снимет это дурацкое кольцо и все объяснит Билли, а потом…

А потом она увидела Роя. Он стоял совсем близко, так что Джеральдина хорошо видела его холодный взгляд и презрительно искривленные губы. Если бы она заметила его раньше! Тогда у нее хватило бы смелости противостоять брату, и Билли, и всем на свете, но теперь — теперь ее сердце разбилось на мелкие кусочки.

Она автоматически улыбалась, благодарила за поздравления, пожимала руки и целовала щеки: сказывалось безупречное воспитание. Однако внутри бушевал огонь. Даже в страшном сне не могла она представить, что ее брат может так поступить с ней.

Джеральдина наконец высвободилась из объятий поздравлявших и повернулась было к брату, но в тот же момент ноги у нее подкосились, и она упала бы, если бы не могучая рука, подхватившая ее под локоть. Вкрадчивый голос Роя напоминал мурлыканье тигра:

— Отлично, отлично! Какая занятная конфигурация! Справа — любовник, слева — жених. Какую же дверь выберет Принцесса?

— Пожалуйста…

— Что? Опять амнезия? Я ведь уже делал это сегодня, ты забыла?