Когда сказать да - Лесли Мэримонт

Именно этого она и ожидала. Рейчел ненавидит вставать раньше двенадцати.

– Привет, Рейч, это Лин.

– О, Лин, – тщетно попыталась придать голосу интонацию радости Рейчел. – Ну, как жизнь?

– Пока без изменений. А что Рой?

– Не звонил.

– Вот как? – Мелинда поджала губы. – Это точно?

– Можешь быть уверена. Послушай, не пора ли тебе забыть об этом подлеце. Иди на пляж, там наверняка есть пловцы-профессионалы и любители. Они все до единого будут у твоих ног.

– Здесь нет любителей поплавать. Вообще, это тихое местечко.

– Не повезло. Среди спортсменов встречаются настоящие рыцари. Ты можешь прикинуться, что тонешь, и они гурьбой бросятся тебя спасать!

– Нет уж, спасибо! – рассмеялась Мелинда. – Давай поговорим о чем-нибудь еще.

– Как хочешь. Когда намереваешься вернуться? Мне без тебя скучно.

Мелинда знала, что Рейчел говорит совершенно искренне.

– Скорее всего, поеду завтра с утра. Так я не попаду в пробку.

– А сегодня чем займешься?

– Прогуляюсь в ближайший городишко. Говорят, там отличные бутики. Присмотрю себе что-нибудь. Потом перекушу. Может, схожу в кино.

– Ого! Грандиозные планы!

– Да ладно! Я же не такая предприимчивая, как ты.

– Куда уж тебе! Серьезно, Лин, попытайся расслабиться. У Гурвица ты вкалываешь как лошадь, а тут он сам дал тебе возможность немного отдохнуть. Так воспользуйся ею! Прогуляйся, забудь про Роя и начни новую жизнь.

– Похоже, он уже успел забыть про меня.

– Возможно, оно и к лучшему. Мне тут пришло в голову, что сказал как-то папаша: «Не доверяй торговцам, помни: не обманешь – не продашь!». А ведь твой любезный Рой торгует квартирами.

– Ну и что? Перестань, ты же знаешь, что люди бывают разные. Это все равно что сказать: все модели тупые, иначе подыскали бы себе занятие поинтереснее.

– А я, между прочим, с этим согласна! заявила Рейчел. – Ведь о нас судят только по внешности. А нет ничего хуже, когда парня интересует лишь красивая упаковка. А на то, что внутри, ему наплевать.

– Тебе легко так говорить. Ты-то настоящая красавица. А представь, как я себя чувствовала раньше. Я выглядела ужасно, и парням было наплевать, что там я чувствую, какой у меня характер. Они и близко ко мне не подходили.

– Да брось! Ни за что не поверю, что ты выглядела ужасно.

– Ну может, и не ужасно, но я была толстой.

– Ага! Не толстой, а пухленькой! Большая разница, между прочим. Кстати, мужчинам нравится, когда есть за что подержаться! А лицо? У тебя такое красивое лицо! А глаза? Знаешь, сколько мне приходится по утрам заниматься глазами, но даже после всех ухищрений они не выглядят и наполовину так хорошо, как твои.

– Перестань, будто я тебя не знаю, – со смехом проговорила Мелинда. – Ты та еще врушка.

– Ничего я не вру. Поверь. Я никогда не стала бы врать лучшей подруге.

Как хорошо, когда знаешь, что говоришь не просто со знакомой или с соседкой по комнате, а с подругой.

– Просто ты не хочешь меня огорчать. – Мелинда была растрогана. – Ты только прикидываешься такой, а в душе ты нежная и отзывчивая.

– Ну вот… Кто теперь льстит? – произнесла Рейчел. По ее голосу было понятно, что ей понравились слова Мелинды.

– Ну, я побежала. А то мне пришлют такой счет за телефон!..

– Береги себя.

– Обещаю.

– И не поступай так, как не поступила бы я.

– Тогда я буду творить одни глупости. – Мелинда расхохоталась.

– Вот и хорошо.

– Тогда до завтра, Рейч.

– Пока, Лин. Я тебя обожаю! – Рейчел повесила трубку.

А у Мелинды осталось приятное чувство. Все-таки как иногда нужна бывает дружеская поддержка, как приятно слышать, что кто-то тебя любит и понимает.

Рой тоже часто повторял, что любит ее. Но похоже, все это были лишь слова.

Мелинда вздохнула, взяла сумочку и направилась к двери. Хватит уже думать о Рое. И о небритом парне, который заявляется в гости в одних трусах.

Оказавшись на улице, она поняла, что явно недооценила местное лето. Не было и десяти, а жара стояла прямо-таки африканская. Придется попотеть, прежде чем найдешь тенек.

Боковое окно «форда» было раскрыто, машина неслась вперед, но даже ерошивший ее волосы ветерок не приносил облегчения. Да, в таких случаях начнешь ценить кабриолеты, вроде того желтого, в котором ездит Брюс.

Добравшись до городка, Мелинда поняла, что совершила ошибку. Смотреть здесь совершенно нечего. Магазины наполнены безвкусным тряпьем, которое она не взяла бы и даром.

Наконец, побродив по улицам, она пристроилась в небольшом кафе и заказала чай со льдом.

Что предпринять дальше? Отправиться на прогулку по морю? Или сходить в кино? В зале, наверное, сейчас прохладно! Решено, она отправляется в кинотеатр.

В зале и действительно было очень мило.

Фильм тоже оказался неплохой, но к концу сеанса Мелинде надоело пялиться на экран. К тому же руки, ноги и шея затекли так, что она едва встала, когда фильм закончился.

Что теперь? Похоже, дневные мероприятия подошли к концу. Приблизившись к стоянке, Мелинда уже начала рыться в сумочке, чтобы достать ключи, как заметила плакат, висевший на небольшом павильончике: «Массаж. Дайте своему телу расслабиться!».

Это то, что надо, решила она. Мелинда ни разу не делала массажа, но Рейчел всегда с восторгом говорила о нем. Если массаж будет делать женщина, так и быть! Попробуем.

– Заходите. Меня зовут Пенни, – приветствовала ее массажистка. – Раздевайтесь.

Пенни было уже за тридцать. Высокая, худощавая и мускулистая, она напоминала преподавательницу физкультуры. Такая была у нас в Литтл-Роке, подумала Мелинда. Ее звали… Точно, мисс Вайн.

На Мелинду накатили воспоминания. Рейчел была права в одном. Когда она несколько лет назад переехала в Майами, ее уже трудно было назвать толстой. Пухленькой – может быть.

Она потолстела, когда умерла ее мать. Мелинде было тогда всего четырнадцать. Потрясение было столь велико, что Мелинда плакала несколько дней напролет. А потом стала «заедать» горе.

Сладости, которые в Литгл-Роке продавались на каждом углу, и превратности полового созревания сделали свое дело. Она превратилась в толстуху.

Ужасно, когда над тобой издеваются школьные товарищи! Но в Литтл-Роке она, по крайней мере, была дома. Приехав в Майами, она попала в совершенно незнакомый город, с чужими ей людьми и почувствовала себя такой беззащитной. Она стала ходить в гимнастический зал, где в раздевалке ей два раза в неделю приходилось с трудом натягивать на себя короткую юбочку и майку-безрукавку, в которых все ужасные выпуклости ее фигуры становились еще более заметными. Даже ее тренер, довольно дружелюбная женщина, и то с затаенным чувством превосходства смотрела, как Мелинда выбивается из сил, пытаясь согнать лишние килограммы.