Измена. (Не) твои дети - Мария Мендес

Ася сразу тает и с широкой улыбкой поднимает на меня свои большие сияющие глаза.

– Мама, можьно?

Я застываю, не могу сказать «нет». Но и «да» не могу выдавить.

– Я тожье, я тожье хочу! – громко кричит Серёжа, и, в отличие от Аси, не спрашивает, сразу бросается в раскрытые объятия Глеба, чтобы опередить сестру. У них вечное соперничество абсолютно во всём.

Когда малыш оказывается у Глеба, слышу его рваное дыхание, он в глубоком шоке, как и я, только его шок перекрывается гневом. Но не сейчас, когда Серёжа в его объятиях. Глеб закрывает глаза и сильнее обнимает маленького, жадно вдыхает его запах и гладит по голове.

Я уже не могу сдерживать всё внутри себя, слёзы сами предательски катятся по щекам. Ася рычит, как маленькая львица, и требует отпустить, что я и делаю.

Она подходит к ним и пытается толкнуть братика, я прекрасно понимаю, что это соперническое у них, она хочет занять место сына, однако Глеб не отпускает Серёжу, а притягивает Асю другой рукой. Целует дочку в макушку, щёки, носик, глазки и не может остановиться. А дочка во всю в это время хихикает, ручками доставая до его щёк.

Я не выдерживаю и отворачиваюсь. Меня всю трясёт, и я не знаю, как теперь быть.

Замечаю приближающегося к нам Тимура и быстро стираю тыльной стороной руки слёзы. Не хочу, чтобы он их видел, это может его спровоцировать на не самый правильный поступок. За ним следом идёт тот самый Дамир, нахмуренный, и Марина следом бежит, тоже вся напуганная.

– Что здесь происходит? – твёрдо произносит Тим. Он прищуривается, пытаясь заглянуть в мои глаза, но я их отвожу, стараюсь не показывать, чтобы слёзы в них меня не выдали.

– Тимур, ты… ты не мог бы нас забрать?.. Дети устали, я тоже…

Дети, лишь только увидев Тимура, сразу отрываются от Глеба и радостно наперегонки бегут к нему.

– Я пелвая! – кричит бегущая впереди Ася.

– Нет, я! – пытается обогнать её Сережа.

И в этот момент я замечаю, как болезненно зажмуривается Глеб. Но он быстро собирается, берёт себя в руки и, надев холодную маску бизнес-акулы, подходит к Тимуру, у которого на руках уже висит Ася, а Серёжа дёргает за платье дочку, пытаясь скинуть и занять её место.

– Воронцов Глеб Владиславович. Бывший муж Кати, отец Аси и Серёжи.

Тимур бросает короткий взгляд на меня, и я отрицательно машу головой, давая понять, что не признавалась в том, что сейчас говорит Глеб. Он передаёт мне Асю и велит Марине забрать Серёжу.

– Любимая, вы пока садитесь в машину, я скоро присоединюсь, и мы поедем домой, – говорит мне спокойно Тимур, и я бросаю испуганный взгляд на Глеба. Он не смотрит на меня, его глаза замерли на Тимуре, и одним лишь взглядом сейчас даёт понять, что не будет так, как хочет Тимур.

– Жданов Тимур Андреевич. Жених Кати и единственный отец, который был и будет у детей моей невесты, – представился Тимур, голосом выделив два последних слова.

Глеб прищуривается, обнажая белые зубы в оскале, делает шаг к Тимуру, и я понимаю, что сейчас случится непоправимое…

Глава 14.

– Что вы делаете?! Н-ненадо. Прекратите, п-пожалуйста, – прошу дрожащим от испуга голосом.

– Послушай меня, жених Кати, – начинает зло Глеб, но Дамир встаёт между мужчинами и останавливает его, надавив на грудь ладонью.

– Глеб, тут дети, – Дамир кивает в нашу сторону. Бывший муж останавливается, но не отступает. Стоит, еле сдерживаясь, а после смотрит на нас с детьми и наконец отходит в сторону, бросив напоследок слова, которые не оставили сомнений в том, что он не оставит нас в покое: – Если я узнаю, что это ты помогал прятать ей от меня моих детей – уничтожу!

– Вряд ли это у тебя получится! – провоцирует Тимур в ответ, и мне становится страшно, потому что Глеб ещё четыре года назад был мощнее во всём, а сейчас боюсь даже представить его возможности.

Бывший муж ничего не отвечает, лишь хмыкает, а после переводит взгляд на меня. Сканирует ещё несколько секунд, после чего многообещающе кидает фразу, от которой у меня ледяные мурашки по коже начинают бегать:

– Встретимся в суде! Мои адвокаты свяжутся с тобой в самое ближайшее время!

Он разворачивается и уходит, а у меня просто ноги подкашиваются от ужаса. Еле удерживаюсь, чтобы не упасть, когда на помощь мне приходит Тимур.

– Всё будет хорошо. Пошли отсюда.

– Тимур, – слышу за спиной голос Дамира, который что-то хочет сказать, но тот лишь холодно бросает через плечо:

– Не сейчас. Я тебя позже сам наберу!

Домой мы возвращаемся в полной тишине. Дети уснули, Тимур ушёл в себя. Задумчиво смотрит в окно, где на стекло падают большие капли июньского дождя. Я тоже молчу и не знаю, что сказать. Слишком много всего произошло в этот вечер: мой ответ Тимуру, появление Глеба, и, как вишенка на торте, то, что он знает правду о своих детях.

Всё внутри бьётся в панике. Мне одной не противостоять ему точно, а вот с Тимуром… Хотя что он сможет сделать, если Глеб докажет своё отцовство?! Неизвестность мучает, страх за детей и будущее оседает ноющей болью в груди. Я не смогу жить с этим страхом. Но и детей я ему не отдам. Умру, если понадобится, но не отдам.

– Кать, мы приехали, – уставший голос Тимура вырывает меня из мучительной тревоги. Я киваю и беру на руки Асю, Тимур – Серёжу.

Зайдя в квартиру, начинаю раздевать детей сама, Марину отпустила. Мне не хватит сейчас сил и терпения ещё и ей что-либо объяснять. Да и к тому же я ещё не решила, что нужно и можно ей рассказать.

Тимур не уезжает сегодня ночью. Впервые остаётся с нами с момента рождения детей. Моё согласие определённо изменило его права и на меня, и на присутствие в моей жизни, я это поняла с первой секунду, однако не знаю, почему мне сейчас хотелось, чтобы он уехал. Я хотела побыть одна и подумать, что дальше делать. Меня буквально душит то, что из-за меня у Тимура будут большие проблемы. А они явно у него