Притворимся парой, или Подари мне крылья - Алекс Найт

— Что, Теорис, думал, я не догадываюсь, чего ты на самом деле желаешь? — голубые глаза Янниса полыхнули нескрываемой ненавистью.

— И так понятно, чего я хочу. Помочь Алексе, — прищурился с предупреждением, хотя сердце билось в тревоге.

Мне казалось, он отступил, отказался от неё, но то глупые надежды. Как можно отказаться от обладания Алексой? И если Яннис вмешается, он точно всё испортит. Он с завидным успехом настраивал её против меня.

— Помочь сестре? — его брови приподнялись в ироничном выражении.

— Конечно, — ледяным тоном отрезал я.

— Мне-то можешь не заливать. Я ведь тоже мужчина, и замечательно вижу то, что Алекса никогда не замечала. Ты вожделеешь её, а она грустит лишь о потерянном брате.

Его слова ударили в эпицентр только утихшей бури моих сомнений. Ладони сжались в кулаки. Огненные искры пробежались под кожей, наполняя мысли неистовством. Наверное, я бы вновь бросился на него, но дверь за моей спиной открылась, выпуская на улицу новобранцев из Кириуса — Кассию и Айлин. Девушки лишь два месяца в академии, но стали для Алексы подругами и друзьями для Актеона. Видимо, потому их злые взгляды сразу устремились к Яннису. Но так же сердито Айлин посмотрела на меня, что вызвало во мне оторопь и непонимание.

— Сейчас эвоката вызову, — проворчала она, фыркнув в мою сторону.

Девушки двинулись в сторону выложенной камнем дорожки. А не успевшего сойти с их пути Янниса просто оттолкнули. Он посмотрел им вслед в некотором шоке.

— Эй вы, осторожнее, — прорычал он им вслед, опомнившись.

— Это ты осторожнее, — произнёс я с предупреждением, чтобы уберечь девушек от разборок. — Они под покровительством легатов.

Яннис чуть побледнел и отступил в извинении. Теперь он их точно не тронет. Девушки даже не обернулись, гордо вскинули головы и ушли, словно не посчитав его достойным внимания. Их поведение, как и реакция Янниса повеселили, отодвигая мою злость.

— Вот и от Алексы так же отступи, — посоветовал я ему. — Ты её бросил там, в небе.

— Я люблю её, — пророкотал он, а голубовато-алое крыло за его спиной ярко засияло силой магии, развеивая полутьму вечера. — Тебе не понять… После такого падения не выживают, я не желал видеть её мёртвой… — произнёс подавленно.

Тело пробило дрожью. Я находился в небе, потому не видел выступление Алексы и Янниса, о случившейся во время демонстрационных полётов беде мне сообщили на земле. Потому о серьёзности падения мог судить лишь по травмам. Записи полётов сохранились, но вряд ли бы я решился их просмотреть. Но уж точно не остался бы в стороне, пока горит надежда на спасение любимой.

— Ты просто трус, — поморщился я. — Ты должен был спуститься за ней и разделить с ней последние мгновения, если бы травмы оказались роковыми. А потом явиться с извинениями к Актеону и ко мне за то, что не уберёг свою пару.

Он сердито вздохнул, вновь испепелив меня взглядом.

— Извиняться перед тобой? Был бы ты настоящим братом… — пробормотал язвительно.

Я задохнулся от ярости, сделал было несколько шагов к нему, но остановился и мотнул головой, развеивая огненный туман гнева.

— Ты отказался от неё, потому просто исчезни из её жизни и позволь действовать тем, кто действительно неравнодушен к её судьбе, — произнёс я насколько возможно ровным тоном.

— Ты бы помог, если бы не мешал. Я же знаю её, Алекса гордая, но и не дура. Вскоре бы она сама поняла, что единственный шанс добиться того, к чему мы шли столько лет, — обратиться к легату. Мы бы спокойно сплели ей крыло без гонки за первое место. Ты своими действиями питаешь в ней пустые надежды.

— Поверить не могу, — усмехнулся я придушённо. — Ты будто её совсем не знаешь.

— Это ты не знаешь её, Теорис. Ты знал её в детстве. Наверное, ты даже рад, что так случилось. Можно попытаться её завоевать.

— Не говори глупости. Как можно радоваться такому⁈

— Не знаю. Ты мне скажи, — ухмыльнулся он зло, вновь вызывая во мне вспышку раздражения. — Знаешь, как будет? Она поймёт тщетность своих попыток, соберётся, как всегда, и сделает всё, чтобы добиться лучших результатов. И на этом пути уберёт всё мешающее. Тебя, Теорис. Как сделала это раньше. Алекса вернётся ко мне, потому что вместе мы сильнейшая двойка, а в союзе с тобой вы лишь два неудачника, лишивших себя будущего.

— Она к тебе не вернётся, — мотнул я головой упрямо, но его слова подсекли фундамент моей уверенности.

— Если ты действительно неравнодушен к её судьбе, а не идёшь на поводу желаний, ты убедишь её обратиться за помощью к легату.

— Ты просто трус, — вновь повторил я устало.

— Я думаю о будущем. Только почему-то Алекса имеет право на принятие решений о своей судьбе, не беспокоясь о моей, а мои думы расценивают эгоизмом, — он махнул рукой, отворачиваясь. — Ты разочаруешься, Теорис. Она видит в тебе только брата и любит меня. В конце ты останешься и без неё, и без распределения, с непривычным крылом. Перестраивать билд перед выпуском — безрассудство чистой воды.

Он ушёл, оставляя меня вариться в котле подброшенных им сомнений. Выругавшись под нос, я стремительно рванул к двери, влетая в тёмные коридоры пустого в вечернее время здания. Лучше бы подрался и получил плети, чем этот разговор. Яннис до противного уверен в своей правоте, настолько, что порождает нерешимость в других. Как бы оградить от него Алексу? И себя заодно.

Обдумывая события сегодняшнего дня, я добрался до лазарета и замер перед дверью палаты Алексы. Прислушался к себе. Резерв продолжал кипеть. Твёрдый монолит моей силы таял, обращаясь бурлящей магмой. Она захлёстывала сознание, кипятила эмоции, будоражила кровь. За дверью послышался вскрик, и мысли рассеялись, я ворвался внутрь. Алекса лежала на полу, морщась от боли. Гипс с ноги сняли, и она, видимо, тут же попыталась встать.

— Это становится традицией, — хмыкнул я, направляясь к ней.

— Уйди, Теорис, — взмолилась она.

— Никуда я не уйду. Даже не