Притворимся парой, или Подари мне крылья - Алекс Найт

— Снимай, — прозвучал новый приказ, вновь заставляя меня растеряться. — Кристаллы, Алекса.

— И точно ненормальный, — я обхватила себя крылом и принялась сдирать с него все водные кристаллы.

Теорис подхватывал их и поднимал в воздух заклинанием левитации. Через пару минут в палате парило два десятка голубоватых кристаллов.

— Они тебе больше не нужны, их заменят мои, — заявил он, взмахивая рукой.

Кристаллы со звоном лопнули, распадаясь в мелкие брызги. Вода окропила моё лицо прохладой, сливаясь с солью слёз. Стук сердца оглушил. Пришло осознание собственных поступков. Кристаллы, что собирались мной последний год, разбиты за мгновения. Я не просто лишена крыла, ног и пары, но и осталась без полноценного билда. Идиотка…

— Ты… ты что сделал? И что теперь делать мне? — вода больше меня не балансировала, и я вспыхнула, словно факел, языки пламени заплясали на плечах.

— Облегчил тебе жизнь. По одному разбивать долго, я ускорил процесс, — эбонитовый взгляд парня будто наполнился жидким металлом, тот плескался и переливался, выдавая кипение чувств.

Только я не знала, что он сейчас ощущает, не могла понять, потому что сама пылала.

— Я разбила только несколько. Мой билд сформирован в сторону жидкого пламени. Что… теперь? — огонь потух, выдавая нахлынувшую на меня растерянность.

Когда перед остальными новобранцами стоял вопрос с определением направления развития, я даже не задумывалась, ведь мне стоило настраиваться на свою пару. А сейчас передо мной масса вариантов, из которых предстояло выбрать.

— Теперь будешь работать в направлении твёрдого пламени, — пожал плечами Теорис, в два шага приблизившись к кровати.

Он снова без вопросов и церемоний поднял меня на руки и на этот раз удобно расположил на кровати, подложив мне под спину подушки.

— Твёрдый огонь?

— Да, чтобы работать со мной. Или ты забыла, что на ближайшие четыре месяца мы в тесной связке?

— Я уже говорила, что против. Раз Яннис выбыл из нашей пары, мне стоит думать в направлении одиночной работы.

— И здесь я, как одиночник, тоже смогу помочь, — закатил он глаза, присаживаясь на край моей кровати.

Его руки легли на мои плечи, пальцы скользнули под косточку ключицы, надавливая на мышцы.

— Что ты делаешь? — этот ненормальный снова ввёл меня в ступор.

— Целитель сказал, нужен массаж, но тебе запретили натружать запястья.

— И ты решил сделать мне массаж? — лицо Теориса теперь находилось так близко, что можно было разглядеть каждую изумрудную прожилку в его глазах.

— Как видишь, — твёрдые губы растянулись в ухмылке. — Помнишь, ты вечно ходила с разбитыми коленями?

— В детстве, — смутилась я.

«Сейчас подую, и болеть перестанет, вот увидишь», — мелькнуло воспоминание и пропало.

Стало грустно. Мы с Теорисом были так дружны, не счесть сколько раз засыпали в одной кровати, пока Актеон нам не запретил, а теперь передо мной почти незнакомец. Смущающий незнакомец, что каменным тараном прорывается в мою жизнь. Или возвращается? Может, и не так плохо позволить хоть одному из братьев мне помочь, раз Яннис от меня отказался? За плетением крыла мы вновь сблизимся, снова станем родными и близкими. Наверняка и Теорис этого хочет, потому так настойчив. Ведь потом жизнь может нас раскидать по разные стороны передовой.

— Детство прошло, травмы стали серьёзнее, — усмехнулся он, болезненно разминая мышцы моих плеч. Я морщилась и вздыхала, но больше не противилась. Всё лучше королевского целителя, а самой мне не справиться, слишком слабы запястья. — Просто подуть теперь не поможет, да? Хотя… — и он обдул свежим дыханием моё лицо, словно высушивая мои слёзы.

— Я скучала по тебе, — призналась внезапно даже для себя. — Мне не хватало брата.

— Мы не родные, — ещё более неожиданно для меня оборвал он.

— Это ничего не меняет, — возразила, испытав разочарование. — Но если для тебя да, то зачем ты мне помогаешь?

Металл взгляда Теориса застыл монолитом, губы сжались.

— Это мой долг, — ответил он сухо.

Отчего-то стало так больно…

— Если только долг, то уходи, — я рассерженно оттолкнула его руки, но Теорис тут же перехватил их за запястья. Так трепетно, что моментально сбил пламя моей злости. — Я не требую с тебя никакой платы за прошлое.

— Если тебе приятнее считать меня братом, твоё право. Я уже говорил, от меня ты не избавишься. Так что хватит ныть, и давай работать. У нас всего четыре месяца, — голос Теориса напоминал каменный скрежет.

Если бы не бережность его хватки на моих руках, решила бы, что он меня ненавидит. Может, частично так оно и есть. Я же отказалась от него, выбрав союз с Яннисом. Видимо, он не простил, но и бросить меня не может. Чувство долга не позволяет, ведь Актеон его вырастил, поставил на ноги, не дал пропасть.

— Ты действуешь во вред себе, Тео, — произнесла устало. — И я против, так и знай. Очень прошу тебя ещё раз подумать о последствиях.

— Хватит сопротивляться мне, Алекса, — он отпустил меня и вновь переместил руки мне на плечи.

Его пальцы утонули в ложбинке ключицы и прошлись к плечам, оттягивая ворот надетой на меня туники. По коже побежали мурашки, а к щекам прилила кровь. В радужке глаз Теориса вновь разлился жидкий металл. Я отвернулась, пытаясь справиться с круговоротом поглотивших меня чувств, но так и не смогла разобраться в разрозненных ощущениях. Дело в нём или всё же во мне? Ведь если бы Актеон так меня коснулся, я бы не смутилась.

Глава 3

/Теорис/

Сложно сказать, когда я увидел в Алексе не только сестру. Сколько ни задумываюсь, не могу найти однозначный ответ, как и понять причины. Мы росли вместе, играли в одни игры, временами спали в одной кровати, даже ходили на один горшок. Впервые Алекса вызвала небратское восхищение, когда надела платье, избавившись от мешковатых комбинезонов, из которых почти не вылезала с самого детства. Кажется, тогда и Актеон понял, что его младшая сестрёнка уже не маленькая девочка, потому запретил нам спать в одной кровати. Я сначала возмутился, а потом возрадовался, ведь осознал, что тоже уже не мальчишка, и мысли в голове совсем не детские.

В Альвиане кровные узы так же важны, как