Самый первый раз - Мишель Селмер

Глаза Пейдж стали темно-фиолетовыми от возбуждения. Оттенок был такой необычный, как будто она надела линзы. Пейдж действительно была особенной — и явно горела желанием раздеть Брэндона.

Они едва добрались до спальни, а она уже потянулась к ремню его джинсов. Он же не собирался спешить. Бросив презервативы на кровать, он заметил, что она была не заправлена, и это удивило его: Пейдж производила впечатление женщины, любящей порядок во всем. Брэндон сжал ее руки у нее за спиной и прижал ее к себе, покрывая поцелуями ее лицо и шею; похоже, ей нравилось, когда он задевал кожу зубами. Он безумно хотел ее, но они и так ждали долго, могли потерпеть и еще немного.

Пейдж напрягла руки, жадно глядя на него блестящими глазами.

— Хочу прикоснуться к тебе.

— Всему свое время.

Он прижался губами к ее груди над краем лифчика, и она выгнулась ему навстречу. Свободной рукой он освободил одну ее грудь и провел по ней языком, заставляя Пейдж застонать.

Она была идеальна. В ней не было ничего, что он захотел бы изменить. Он сел на кровать, чтобы ее грудь была на уровне его лица, и притянул ее ближе, отпуская ее руки, чтобы расстегнуть и снять с нее лифчик. Она снова застонала, когда он прижался губами к другой ее груди, и запустила пальцы ему в волосы.

Он медленно расстегнул ее джинсы и увидел, что ее трусики тоже черные. Больше всего ему нравилось, когда женщины носили комплекты белья, больше всего ему нравилось смотреть на красивое женское тело в красивом белье, любого цвета, и особенно в кружевном.

Он стянул с нее джинсы, и она отбросила их в сторону. Ее кожа напоминала самый тонкий фарфор, фигура была идеальна. Брэндон провел рукой по кружеву между ее ног и посмотрел на нее, проверяя реакцию. Она закрыла глаза и впилась ногтями ему в плечи, и он прекрасно понимал ее: он был возбужден почти до боли, словно все пять месяцев воздержания вдруг напомнили о себе. Он скользнул рукой ей в трусики, и по ее телу пробежала дрожь; он двинул рукой еще раз, но она крепко ухватилась за нее.

— Если сделаешь так еще раз, все кончится, а я хочу почувствовать тебя внутри.

Пришлось подчиниться: он хотел того же, хотел, чтобы все прошло идеально для них обоих. Он отпустил ее, и она встала на колени перед ним и стащила с него джинсы вместе с бельем. Он вздрогнул, когда его голая кожа коснулась прохладной простыни, а Пейдж тронула его рукой и изумленно выдохнула.

— Что, великоват?

— Надеюсь, что нет.

С этими словами она взяла его в рот. Он едва удержался на грани, так неожиданно это было. Он напрягся, тая от наслаждения, и вскрикнул, когда ее язык нашел его самое чувствительное место. Это было уже слишком, и он легонько оттолкнул ее.

— Я тоже еще не готов.

Она хитро улыбнулась и вытащила из коробки презерватив, разорвала упаковку зубами, и он поспешно сказал:

— Думаю, я сам справлюсь. — Потому что он точно не справится с собой, если это сделает она. — Почему бы тебе не лечь?

Она улеглась на кровать, и через пару секунд он присоединился к ней. Он снял с нее трусики, и, несмотря на невыносимое желание прижаться губами к ее промежности, он вытянулся поверх нее. Она поцеловала его нежно и глубоко, давая возможность немного остыть, но тихие звуки, которые она издавала, и то, как она терлась о него, делали только хуже. Она словно хотела, чтобы он опозорился, но этого с ним не случалось со школы и точно не случится сегодня.