Второй шанс для истинной - Кристина Юрьевна Юраш

Прижав к себе ссыкуна, я мчалась обратно, видя, как с кровати стащили подушку и порвали ее. Теперь все вокруг было белым.

Я спустила ссыкуна с рук, видя, как остальные охотятся на Сиги. Перья летали по комнате, а я простонала и упала в кресло.

У меня такое чувство сейчас, что я немного поспешила с выводами. Я пока не готова стать мамой!

– У-у-у, – простонала я, как вдруг все навострили уши и отвлеклись от безобразия. Малыши резко повернули головы в мою сторону.

Отлично. Главное, чтобы потом ничья мамаша не прилетела сюда, рыча о том, что ребенок принес из детского сада новое неприличное слово, которым теперь щедро пользуется на радость родителям.

– Так, одну минутку! – прошептала я, радуясь передышке.

Но не тут-то было!

Один из них уселся писать на подушку.

– Их нужно вести на улицу, – выдохнула я, пытаясь спасти кровать от потопа. – А чтобы вести их на улицу, нужны поводки! И… пронумеровать их!

Дверь открылась, а я с такой надеждой смотрела в ее сторону. А вдруг у стай дела закончились, и детей разберут по домам! Стоило мне встать, как меня снова атаковали, повалив на пол.

– Как дела? – поинтересовался Сальгард, засовывая голову.

Кто-то жевал мои волосы, а я пыталась отбить их. Сиги заливался хриплым лаем. Я понимала его возмущение. Раньше это все делал один он!

– Отлично! – прорычала я, видя, как на меня смотрят милые глазенки, а из пасти торчит знакомая шевелюра. Уже отдельно от меня. – Неси поводки и краску!

– А краску зачем? – изумился Сальгард.

– Ремонт делать буду! – выдохнула я, снимая с себя очередного топтыжку.

Его не было целую вечность. Минут десять. За эти десять минут я успела спасти ножку стола от очередного игривого бобра, отбить от стаи вторую подушку и успеть спасти вторую штору. Я гоняла от шторы желающих, но они быстро объединились в стаю, намекая, что волки в дикой природе охотятся исключительно на шторы.

– На, держи, – выдохнул Сальгард, а я бросилась за протянутой мне краской. Она была яркой, красной.

Теперь оставалось отловить их по одному.

– Один! – нарисовала я на шерсти цифру. – Два! Три…

Двадцатого пришлось ловить по всей комнате. Он орал, как поросенок, за которым бегут с топором. Я загнала его в угол, мазнула его краской, а он так испугался, что сделал лужу.

– Двадцать один, двадцать два… – нумеровала я, видя красные цифры на спинках у каждого. – Двадцать три… Так, стоп! А где двадцать четвертый?

Мой испуганный взгляд упал на приоткрытую дверь.

Глава 11

Холодный пот заставил одежду намокнуть. Я подумала. Ну его нафиг эту комнату. Нужно разыскать малыша!

– Сиги! Ты за старшего! – пробормотала я, плотно закрывая двери.

Руки тряслись, ноги не слушались.

– Малыш! – позвала я, слыша в пустом коридоре эхо своего голоса.

“Мамочки, что теперь будет!”, – вертелось в голове из цензурного.

Я осмотрелась, а потом направилась направо. Потеряв страх, я бросилась трусцой в конец коридора, видя ряд дверей.

В одну я постучалась, а потом открыла.

– Малыш не пробегал? – спросила я, видя уставившись на меня желтые глаза трех огромных волков.

Я нагло прошла в комнату, видя, как волки встают. Обойдя комнату и проверив за шторкой и за креслом, я вежливо извинилась, видя, как волки переглядываются.

Дальше!

Я постучалась, ответа не дождалась. Моя рука дернула еще одну ручку, а я увидела сцену, достойную кино для взрослых. Парочка занималась очень важным делом, а я услышала возмущенное рычание.

– Малыша не видели? – спросила я, понимая, что малыша они еще не видели. Они только в процессе.

Незнакомый мужик оскалился, а я отодвинула штору, заглянула за кресло, а потом нырнула под их кровать.

– Извините! – произнесла я, отряхивая одежду. Судя по лицам, детей сегодня точно не будет. – Продолжайте!

Наверное, раньше я бы сгорела от стыда, но сейчас пусть радуются, что я под одеялом не смотрела!

Двери кончились, а я вышла в зал, где сразу вскочили на ноги пять огромных волков.

– Малыша не видели? – спросила я, видя, как волки переглядываются.

И тут я увидела черного волка, который направился ко мне.

– Сальгард! – произнесла я, видя, как он на ходу превращается в красавца. – Малыша не видел?

– Какого? – спросил Сальгард. И тут же сощурился. – Ты что? Потеряла волчонка?

Я уже мельтешила в зале, проверяя все углы. Сальгарду приходилось бежать за мной.

– Ты понимаешь, что Сигурд тебя убьет, – прорычал он. – Он тебе доверил самое ценное, что есть в стае! Детей!

Обычно мне нельзя было доверять тортики, пирожные и шоколадки. Я считала себя человеком ответственным, а тут что-то коленки предательски подогнулись. Да, это явно не мой размер неприятностей.

– Ладно, пока его нет, будем искать! – произнес Сальгард, а я посмотрела на него с благодарностью. – Но не бесплатно, ты помнишь, да?

Я почувствовала себя чесательной путаной, мысленно прохныкала, вспоминая несколько часов беспрерывного массажа шерсти. Но делать нечего!

– Я согласна! Главное – найди ребенка! – прошептала я, рыская глазами по залу.

Я бросилась обратно, направляясь в другую часть коридора. Когда я проходила мимо дверей, ведущей в детский сад, я услышала жалобное скуление и скрежет когтей по дереву.

– Потерпите немного, – прошептала я, успокаивая их дистанционно. – Сейчас, одну минутку…

Ноги несли меня в другую часть замка. Я рыскала по комнатам, чувствуя, что никаких следов. Я решила вернуться к детям, как вдруг увидела прогрызенную дверь и морду, которая высовывается в дырку. “Ку-ку!”, – намекала мне морда.

– Тише, – прошептала я, понимая, что сердце у меня не на месте.

В коридоре послышались шаги, на которые я обернулась.

– Сальгард! – прошептала я, глядя на с надеждой. – Нашли двадцать четвертого?

– Нет, – произнес оборотень, а я открыла дверь.

Руки не слушались, ноги тоже. Комната превратилась в руины. Сначала содрали обои, а потом проковыряли бетонную стену. На кровати двое перетягивали подушку. Перья летели в разные стороны. Сиги восседал на кресле с видом императора.

“Деритесь, гладиаторы!”, – смотрел он с императорским прищуром.

“Сколько волков не корми, все равно нянина нога вкуснее!”, – подумала я, пытаясь спасти свою ногу от дружеского отгрызания.

– Слушай, – поймал меня за локоть Сальгард. – Тебе лучше пойти и признаться Сигурду. Он только что вернулся.

– Он же меня убьет! – округлила глаза я, а внутри все оборвалось.

– А что? Лучше, чтобы он сам узнал? – шепотом произнес Сальгард.

Я попыталась проглотить ком в горле, видя, как резвится детский сад. Признаться и обречь себя на смерть? А с другой стороны, если ребенку угрожает опасность,