Я буду мстить - Виктория Николаевна Селезнева

— Мне плевать, что ты думаешь, — слегка обиженно сказала я. — Я хочу добиться правды. Я хочу, чтобы убийца моих родителей понес наказание.

Астахов слегка подался вперед.

— То есть, ты сейчас утверждаешь, что дела моей фирмы тебя не интересовали?

Я пожала плечами.

— Нет. Меня и дела фирмы отца не особо волнуют. Бизнесмен из меня никудышный.

— Но ты же унаследовала акции отца? — спросил он.

— Я. Но я еще даже в право наследования не вступила.

— И что ты будешь делать, когда вступишь? Раз ты утверждаешь, что тебя не интересуют дела компании твоего отца.

Я сглотнула. Если бы я сама знала…

— Без понятия. Наверное, продам акции.

— Ясно.

Астахов встал, а я нахмурилась. Это все? Меня отпустят? Или убьют?

— Ты куда? — спросила я, встревоженно.

Мужчина обернулся, нехотя посмотрев в мою сторону.

— Сейчас моя служба безопасности проверит все твои связи, звонки, посмотрит еще раз камеры. Ах да, в приемной и в кабинете есть камеры. И если ты хочешь в чем-то признаться, лучше сделать это до того, как я сам что-то нарою.

— Мне не в чем признаваться, — отрезала я. — Я лишь хочу наказать тех, кто виновен в смерти моих родителей.

— Угу, — буркнул Астахов. — Если это так, и ты не занималась промышленным шпионажем, утром будешь свободна. Если нет, то говорить буду по-другому.

Я покачала головой и уставилась в окно. И как только таким людям все с рук сходит? Похитил меня, и еще что-то пытается мне предъявить. И как я могу верить, что он не убийца?

Словно подслушав мои мысли, Астахов произнес:

— Юля, я не причастен к смерти твоих родителей. Мне жаль, что так произошло, хоть твой отец и был мне, как кость в горле. Но сейчас не девяностые, если бы я хотел его уничтожить, то сделал бы это без всякого насилия.

После он вышел из комнаты, оставив меня в задумчивости. Я не была уверена, что могу верить его словам, но сомнение во мне он поселил.

А еще, похоже, ночевать я буду здесь, так что лучше немного поспать. Иначе нервная система откажет раньше, чем меня отпустят. Ну, или убьют.

Глава 16

Я устроилась поудобнее и прикрыла глаза. Хотя мне все время казалось, что сейчас кто-то зайдет в комнату и сделает со мной что-то страшное.

Усталость была безумной, и порой я все же проваливалась в тревожный сон. А под утро меня, видимо, все же сморило, потому что очнулась я от того, что открылась дверь.

Я тут же села на кровать, пытаясь прийти в себя. В дверях стоял Астахов, насмешливо наблюдая, как я очухиваюсь.

— Доброе утро. Иди, приведи себя в порядок, а потом можешь спускать вниз в столовую, там за завтраком поговорим. С лестницы направо. В ванной комнате есть новая зубная щетка, полотенце, халат. Что нужно, бери.

На этих словах он вышел из комнаты, оставив меня в растерянности. Конечно, мыться я у него не собираюсь, не в гостях, все же, но вот почистить зубы и сполоснуть лицо, совсем не против. Да и в туалет опять надо.

Я осторожно встала с постели, разминая затекшие мышцы. Интересно, меня тоже будут кормить? Может, мне яд в еду положат? Хотя, глупо тратить на меня драгоценный яд, если можно было бы просто по голове тюкнуть.

Я аккуратно высунулась из комнаты, ожидая увидеть того страшного бугая. Но его не было. Снизу доносились тихие голоса, и я, как мышь, скользнула в ванную комнату.

Умывшись и почистив зубы, я отправилась к Астахову. Спустившись с лестницы, я увидела перед собой заветную входную дверь. Каюсь, была мысль рвануть туда, но здравый смысл меня остановил. Она точно будет закрыта, и я буду чувствовать себя глупо. Еще и Астахова разозлю. Да и даже если выскочу на улицу, наверняка нарвусь на охранника или собаку. Да и бежать я долго не могу, а если забегу в лес, то первая же и заблужусь.

Меня никто не готовил к такому, поэтому военную подготовку я не проходила. Нужно реально оценивать свои силы.

Поэтому я просто свернула направо, и вскоре очутилась в столовой.

Астахов сидел за столом, а какая-то женщина приносила еду. Она недовольно взглянула на меня, словно, я своим видом оскорбила ее. Подумаешь, помятая. Посмотрела бы я на нее, если бы ее силой куда-то притащили и страху нагнали.

Я дошла до стола, и после кивка Астахова, аккуратно присела на стул.

— Кофе? — раздался голос у меня над головой, и я вздрогнула.

— Да, спасибо, — ответила я. Почему-то сейчас я эту женщину боюсь даже больше, чем Астахова.

Мне принесли чашку кофе, и я с удовольствием сделала глоток. Желудок требовал еды, но я не решалась что-то брать без разрешения хозяина дома. Хотя на столе был и свежий хлеб, и круассаны, и разные сыры и деликатесы.

— Вначале позавтракаем, — словно прочитав мои мысли (или услышав урчание желудка) проговорила Астахов.

Я не стала спорить. Никогда не считала голодовку достойным протестом.

Я дотянулась до хлеба и, соорудив себе бутерброд, стала есть.

Астахов молчал, лишь иногда поглядывая свой мобильный. Где мой телефон, я не знала. Видела, что Михаил забрал мою сумку, но мне ее, естественно, не отдали.

Бутерброд и круассан были мною съедены, и я уставилась на мужчину.

Я пока не поняла, являлся ли он убийцей, но знала точно, что он меня похитил. Поэтому доверия к нему у меня нет.

— Михаил проверил твои звонки и сообщения, — дожевывая, произнес он. — А еще я сам просмотрел записи с камер. И не могу тебя раскусить, Юля. Никаких связей у тебя не нашлось, разве что, иногда, ты созванивалась с одним из акционеров. По камерам тоже ничего не понятно. У меня на столе лежала одна очень интересная для твоей компании папка, но ты в нее лишь заглянула и отбросила ее. Во что ты играешь?

Я устало вздохнула. Несмотря на то, что мне удалось немного поспать, да и позавтракала я сейчас, сил вообще не было.

— Я ни во что не играю, — повторила я вчерашние слова. — Я лишь хочу отомстить за смерть родителей.

— Ладно. Почему ты решила, что я их убил? — спросил он, откидываясь на стуле.

— Я знаю, что ты звонил моему отцу накануне смерти и угрожал ему, — сглотнув, проговорила я. —