ФАКультатив - Татьяна Донченко

— В-валяй.

— Мне кое-кто нравится.

Жаль, что я понял это еще час назад.

— И он вроде как мне не по зубам, — со вздохом сожаления призналась она.

— А может, это тыему не по зубам?! — вспылил я. Всучить бы Власову свои очки, чтобы он наконец прозрел.

Марьяна моргнула, ошарашенная моим эмоциональным вопросом, и, кажется, приняла его как комплимент, даже слегка покраснела.

— Мне еще работать и работать над своими комплексами, их так много, — призналась она, — но я почему-то подумала, что научиться чему-то в сексе поможет мне раскрепоститься, узнать себя настоящую… Что-то почувствовать, в конце концов.

Я прочистил горло, слегка покашляв в кулак. Под ширинкой образовался предательский бугор, и я закинул ногу на ногу, чтобы как-то спрятать от девушки свою примитивную реакцию на слово «секс».

Марьяна вдруг повернулась, перекинула ногу через меня и села сверху. У меня дыхание сперло от шока. Теперь она точно почувствует это, поймет, что была не права в своей непривлекательности для меня. Конечно же, я хочу ее. Хотел, хочу и буду хотеть…

— Научи меня хоть чему-нибудь, Никит, — ее губы шевелились, но до меня совсем не доходил смысл сказанного. — Не знаю почему, но я тебе верю, — прошептала она, забавляясь паникой в моих глазах. Верит мне?

Думай, Иванов, думай! Сейчас или никогда.

— Я должен тебе кое-что сказать, — все, голос тоже покинул чат.

— Сначала скажи «я согласен», — улыбнулась она. — С остальным разберемся.

— Нет, это важно, — моя совесть боролась с соблазном из последних сил, и когда Марьяна крепче стиснула мои бедра своими, я чуть не свихнулся. Я чувствовал ее тепло даже через ткань нашей одежды, запах ее волос и парфюма. Остатки разума сдуло как ветром.

— Всего несколько уроков, — умоляла девушка. — Разделим наши занятия: сначала математика, а потом факультатив.

Она игриво подергала бровями. Я смотрел на ее шкодливое лицо и сходил с ума от возбуждения.

— Сечешь? «Фак», типа от английского…

— Я понял, — выдохнул я, положив руки ей на талию в попытке удержать. Если она начнет елозить по мне, я не выдержу. — Ты мастер каламбуров, зачтено.

— Помоги мне, сделай так, чтобы я начала чувствовать себя желанной, красивой, соблазнительной.

Для кого? Для него? Она не понимает, о чем просит. Тем более меня.

— А что потом?

Ничего хорошего для тебя, Иванов. Абсолютно ничего.

— А потом… я не попрошу отношений или каких-то обязательств. Ты же не из тех, кто ищет проблемы. И я тебе их не доставлю. Обещаю.

Уже доставила.

Я попытался снять девушку со своих колен, но она положила руки мне на плечи и провела вверх-вниз, нащупывая мышцы:

— Вау, какие крепкие. И кстати, я уже поняла, что ты все-таки хочешь меня… — она подвигала бедрами, при этом потерлась о мою эрекцию. Я тихо застонал. — Так что, если откажешься, тебе придется потрудиться объяснить мне почему.

Да гори оно синим пламенем! Я ведь не из стали.

— Ты же не отступишься? — прошептал я, опуская голову, что было не самой лучшей идеей. Мой взгляд уперся в ее грудь.

— Нет.

— Тогда уж лучше твоим «учителем» стану я, чем кто-то другой.

— Уи-и-и! — Марьяна радостно взвизгнула и запрыгала на мне.

Я и так держался из последних сил, но это стало последней каплей. Стиснув зубы, я заставил себя сдержать стон и напрягся. По телу прокатилась волна мурашек, сосредоточилась где-то в пояснице. Я непроизвольно дернулся вперед, вжавшись в девушку, и на мгновение перед глазами все побелело. Черт! Я чуть не прокусил себе губу в попытке не издать ни звука, когда меня чуть не накрыло оргазмом. Я начал судорожно вспоминать мерзкие картинки, которые когда-либо видели мои глаза, чтобы меня наконец отпустило.

Марьяна, казалось, не заметила, что со мной происходило, так как была слишком взбудоражена. Она соскочила с моих колен и стала ходить взад-вперед по комнате.

— С чего начнем? — мерзавка ликовала. — Что посоветуешь? Я вообще ничего не умею. Но я уже не девственница, так что можешь не волноваться, что тебе придется с этим возиться…

Да что вы говорите, мисс «не девственница»?! Вот это новость!

Хотелось отпустить саркастическую шутку, но мои мозги все еще отсутствовали. Я застрял где-то на мысленной благодарности производителям собственных джинс за плотный деним, и это отчасти снизило мою чувствительность и предотвратило катастрофу.

— Хочу научиться соблазнять! — решила Марьяна и, остановившись напротив меня.

— У тебя… к-хм… у тебя и так прекрасно выходит, — я вытер ладонью мелкую испарину со лба, — тебе не нужно этому учиться.

— И все же! Я хочу делать это так, чтобы у парня сносило крышу.

— Уже.

— Ну, Никит, ну хватит меня троллить. Давай рассказывай, что вам-парням нравится?

Безумие какое-то! Я попал и в ад, и в рай одновременно. Пока я суматошно думал, что ответить, Марьяна на полном серьёзе стояла и ждала.

— Ох, ла-адно… Мы… то есть парни, они… — я оглядел комнату, как будто она сможет подкинуть мне идею. — Стриптиз.

— Стриптиз? — нахмурилась девушка. — Ты хочешь сказать, что это тебя возбуждает?

— А кого он не возбуждает?

— Ну, давай, — она вдруг начала копаться в телефоне, а когда из него зазвучала медленная ритмичная песня, расстегнула пуговицу на джинсах. — Я покажу, а ты скажешь, если что-то будет не так…

Вот дьявол!

Песня, как назло, оказалась одной из моих любимых, и я не на шутку залип от вида раздевающейся красивой девушки. Она начала не с носков и не с верхней кофточки, а сразу со штанов. Не ожидал, что соседка окажется такой смелой!

Марьяна пару минут соблазнительно крутила восьмерки бедрами и медленно стягивала с себя джинсы, оставаясь в премиленьких симпатичных трусиках с принтом в цветочек. Похоже, эякуляции в штаны мне сегодня не избежать.

— Тебе нравится?

Она еще спрашивает!

Ее джинсы полетели в меня. Следом кофточка. Я был на взводе и на краю безумия, продолжал тупо сидеть и пялиться на девушку. Я что, сейчас увижу ее голой?

Марьяна походкой кошки подкралась к постели, на которой я сидел, и снова залезла мне на колени. Я напрягся, но не оттого, что решил прикинуться недотрогой. Мне показалось, я услышал какой-то шум.

— Я занималась танцами всю свою жизнь, стриптиз для меня не такая уж и проблема, — томно проговорила обладательница колдовских васильковых глаз. — А знаешь, раздеться перед тобой было легко. Я тебя совсем не стесняюсь. Ты как будто свой для меня. Или как это объяснить…

Я еще больше напрягся, никак не ожидав услышать это. А тут еще и дверь с шумом распахнулась, и в комнату вошел Егор.